Глава 3 «Не повторяй моих ошибок»
Тяжелые двери захлопнулись с гулким, окончательным звуком, отсекая яростный шум ливня и леденящие душу завывания мертвецов, оставшихся снаружи. Этот звук, казалось, ознаменовал начало новой главы их кошмара — главы, действие которой разворачивалось в стенах полицейского департамента Раккун-Сити (R.P.D.). Леон и Лорен оказались в главном холле, огромном и величественном помещении, которое сейчас выглядело как декорация к фильму ужасов.
Огромная статуя богини с чашей в руках возвышалась в самом центре зала, ее мраморный лик казался бесстрастным и холодным в неверном свете тусклых аварийных ламп. Здесь царила неестественная, давящая на уши тишина. Лишь мерный шелест системы вентиляции и далекий, едва различимый скрежет, доносившийся откуда-то сверху, нарушали этот покой, заставляя кожу покрываться мурашками.
— Есть тут кто-нибудь?! — выкрикнул Леон. Его голос, полный надежды и отчаяния, эхом отразился от высокого сводчатого потолка и затерялся в темных углах галерей второго яруса.
Ответа не последовало. Тишина лишь стала плотнее. Лорен, стараясь не шуметь, медленно двинулась вперед. Ее взгляд метался от одного пустого рабочего стола к другому. На стойке регистрации лежала забытая кем-то рация; она не горела огнями связи, лишь шипела монотонным «белым шумом», словно транслировала пустоту этого города. Рядом стояла недопитая кружка кофе. Лорен невольно протянула руку — от кружки всё еще шел едва заметный пар. Кто-то был здесь всего несколько минут назад.
— Лорен... посмотри туда, — голос Леона дрогнул. Он указал на компьютерный терминал, скрытый за массивной главной стойкой.
На полу, прямо на отполированном паркете, виднелись густые, липкие следы крови, ведущие в тень. Лорен обошла стол, и ее сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой. У стены, прислонившись к резной деревянной панели, сидел лейтенант Марвин Брана. Человек, которого она знала годами, сейчас выглядел как тень самого себя. Его синяя форма была разорвана на плече, обнажая рваную рану, а лицо приобрело страшный, пепельно-серый оттенок. Он тяжело, со свистом дышал, судорожно прижимая окровавленную ладонь к глубокой ране на боку.
— Марвин! — Лорен вскрикнула и бросилась к нему, буквально падая на колени. — О боже, Марвин, что случилось? Кто это сделал?
Лейтенант с трудом, словно веки весили по пуду, открыл глаза. Его зрачки сфокусировались на Лорен не сразу. Узнав ее, он попытался слабо, одними уголками губ, улыбнуться, но гримаса боли тут же исказила его лицо.