Глава 16
Даниэль. Семь лет назад. Флорида. г. Сарасота.
На телефон пришло видео. От моей бывшей. Я порвал с ней еще неделю назад. Сказал, что у нас не получается быть вместе. Мы периодически ссорились, а тут ещё и Тревис влез. Зачем да почему — ну и я сказал, что встречаюсь теперь с Ники. И предупредил их, чтобы глаза при себе держали. Она моя.
— Не понимаю... Ты променял высокую красотку на рыжую малявку? — ухмыльнулся он. — Ну и как она... хороша в этом? — он поиграл бровями.
Я угрожающе взглянул на него:
— Заткнись. И не смей ничего говорить о ней, рядом я или нет, понял?
— Похоже, ты влип, дружище... — только и выдохнул он. Рут ты так не защищал.
Я открыл видео. На нём — тренировка её группы и нескольких ребят из команды. Потом она машет рукой в сторону, и появляется Ники — тихая, растерянная, но милая, с плакатом в руках. А потом она его разворачивает. И я вскакиваю. Глаза заливает пелена ярости.
«Я сучка, которая спит с чужими парнями».
Меня будто ударило током. Всё тело напряглось, кулаки сами сжались, и мир вокруг прорезался до резкой, мучительной чёткости. Я слышал только собственное сердцебиение — тяжёлое, злое, как будто внутри меня просыпался кто-то другой. Во мне мешались гнев и стыд. Я знал, что она пошла туда ради меня. Что ждала. Что верила. А теперь её выставили грязью перед всей школой. И я дал Рут шанс. Я это допустил. Этого я себе не прощу.
Я звоню Рут. Не берёт. Пишу Тревису — он ведь стоял рядом. Тоже сброс. Срываюсь с урока, Мэтью за мной — не понимает, что происходит, но всегда рядом.
Я почти не чувствовал ног. Мчался по коридорам, срываясь на дыхание. Люди оборачивались, но мне было плевать. Если хоть один человек посмеялся над ней — над тем, кто принадлежит мне сердцем, — значит, он тоже мой враг. И я раздавлю каждого, кто к этому приложил руку.
Залетаю в спортзал — уже никого нет. Быстро шагаю к раздевалкам и нахожу там Рут, в обнимку с другом. Я почти вломился. Воздух там был влажный, пах духами и потом — смесь, от которой меня передёрнуло. А Рут сидела так спокойно, будто ничего не сделала, будто не разрушила чью-то жизнь одним жалким видео. Она смеялась, играла локоном, будто всё происходящее вокруг — её спектакль. И в этот момент я понял: в ней нет ничего настоящего. Только пустота, яд и зависть.
Бросаюсь, отшвыриваю Тревиса.
— Какого чёрта?! — орёт он.
— Ты! — я подхожу к ней, она испуганно смотрит. — Какого чёрта тебе надо? — Я же сказал — ты мне больше не нужна.
— А ты... — я посмотрел на Тревиса. — Ты мне больше не друг. Понял?