🌙 ГЛАВА V - Шёлк и сталь

В гареме всё начиналось с молчания.

Там, где исчезали женщины, никто не задавал вопросов. Те, кто был мудр, просто больше не произносил имён. Всё решалось за улыбкой, за платком, за чашей с фруктами.

Сечиль больше не улыбалась.

После того как султан Эмирхан трижды вызывал к себе Мирайю, положение Сечиль стало шатким. Она всё ещё считалась главной, но стены уже шептали другое. А в её глазах появилась тень — тень уязвлённой хищницы.

И она решила действовать.

⸻

На рассвете во дворце объявили:

— Праздник Белых Фонарей.

Редкий день, когда все женщины гарема могли выйти в сад, украсить себя цветами, танцевать, смеяться, показывать мастерство. Повод — день рождения младшего сына султана. Повелителю было всё равно, но женщины восприняли это как шанс показать себя.

Сечиль предложила: пусть Мирайя выступит в традиционном танце.

— Она так молода, — сказала Сечиль с игривой улыбкой. — Пусть султан увидит, насколько грациозна его новая звезда.
Все же должны знать, что мы — одна семья.

Мирайя чувствовала подвох. Но отказ был бы слабостью.
Она согласилась.

— Пусть будет танец, — сказала она. — В последний раз.

⸻

Ночь была мягкой, как бархат. Фонтаны пели, лампы качались на тонких цепях. Женщины гарема выстроились полукругом. Звучала музыка — нежная, томная, восточная. И Мирайя вошла в круг.

Её платье было белым с серебром, волосы украшены тонкими цепочками. В руках — тонкие вуали.

Она начала танец.

Но вино в её венах загустело.

Что-то было не так. Сердце стучало слишком громко, ноги становились ватными, воздух — тяжёлым, как мокрый камень. Звук исчез. Мир плыл.

Яд.

Она поняла это слишком поздно. Кто-то обработал ткань её вуали тонким слоем яда — через кожу. Незаметно, смертельно.

В последний миг, прежде чем потерять сознание, она увидела Сечиль. Та стояла в тени, глаза её были спокойны.

⸻

Но Мирайя не упала.

Она разорвала вуали, отбросила их и закружилась без них, превращая каждый шаг в вызов. Она дышала с трудом, но глаза её горели.

Фаик был рядом. Он знал. Он подменил ткань за час до танца. Яд был... но уже в других вуалях.

В тех, что позже нашли в покоях Сечиль. Кто-то донёс стражам гарема. Кто-то вложил в ухо султана нужный шёпот.

⸻

Утром Сечиль не вышла к трапезе.
А через день — ей запретили покидать свои покои.
Она не была обвинена официально, но в гареме это значило одно — её власть закончилась.

Мирайя прошла по коридору, где раньше кланялись Сечили. Теперь — кланялись ей.

Но она не радовалась.