Одиннадцатая часть

Зайдя домой вместе с Лизой, я стала снимать куртку и аккуратно вешать её на крючок. В этот момент из кухни выбежала мама — лицо взволнованное, руки непроизвольно сжаты в кулаки. Она сразу же начала ворчать, и, как всегда, речь пошла о Кирилле:

— Вот так вот будешь гулять да веселиться — и в один прекрасный день залетишь, как Лизка! Сестра твоя, гляди, а Кирилл от тебя сбежит так же, останешься одна с ребёнком — и кто тебя тогда кормить будет?

Лиза, которая как раз расстёгивала молнию на сапогах, замерла и бросила на маму возмущённый взгляд. Я выпрямилась, сделала глубокий вдох, чтобы унять закипающее внутри раздражение, и твёрдо ответила:

— Мам, во‑первых, Лиза оказалась не беременна. Всё это были пустые переживания — она тогда была у врача, анализы всё показали. Никаких «залётов», как ты выражаешься.

Мама на секунду опешила — видимо, не ожидала, что я так резко отвечу, — но тут же собралась с мыслями:

— Ну и что? Суть не в этом! Важно, что парни все одинаковые: как только дело до серьёзного доходит, так сразу пятки смазывают!

Я не дала ей закончить:

— А во‑вторых, — перебила я, глядя маме прямо в глаза, — даже если когда‑нибудь я окажусь в такой ситуации — что с того? Да, каждый парень испугается непланированной беременности. Это нормально — испугаться, растеряться, начать переживать. Но это не значит, что все сразу бегут и бросают человека. Есть и те, кто берёт на себя ответственность. И решать проблемы надо вместе, а не вешать на кого‑то один ярлык «предателя».

Лиза подошла ближе, положила руку мне на плечо и поддержала:

— Она права, мам. Нельзя всех под одну гребёнку. Я знаю пары, которые, наоборот, стали только крепче после таких испытаний. Главное — разговаривать, доверять друг другу.

Мама перевела взгляд с меня на Лизу, потом снова на меня. В её глазах читалось что‑то вроде растерянности — будто она впервые увидела нас не как «маленьких девочек», а как взрослых людей, способных думать и отвечать за свои слова.

— Вы... вы серьёзно так думаете? — тихо спросила она.

— Да, мам, — кивнула я. — Я не хочу жить по шаблонам и страхам. Если что‑то случится — будем решать вместе. И я не стану заранее считать всех парней ненадёжными. Это несправедливо.

В прихожей повисла пауза. Где‑то на кухне тикали часы, за окном шумел дождь, барабаня по подоконнику. Мама опустила руки, вздохнула и вдруг слегка улыбнулась:

— Знаете, — сказала она уже мягче, — я просто за вас волнуюсь. Очень. Не хочу, чтобы вы наступали на чужие грабли, чтобы вам было больно.

Лиза шагнула к ней и обняла: