Часть 3. Ну здравствуй, наркоша!

– Сдохни, пидарас! – камень размером с детский кулак полетел в сторону щуплого мальчика, который беспомощно жался к стене, стараясь уворачиваться от летевшего в него мусора и различного рода объедков.

Но это было нелегкой задачей. Трое мальчиков постарше, что стояли в двух шагах от него, не давали продохнуть. Самый толстый – главарь – кидал в него все, что подавал мальчик помладше слева, а старшеклассник справа блокировал все попытки жертвы на побег, зажимая ее в замкнутой подворотне.

Мальчик в углу не плакал, хоть ему очень этого хотелось. Но он не даст этим мерзким увольням то, что они хотят.

– Погоди-погоди, мы еще не дошли до самого интересного! – самодовольно воскликнул самый толстый из банды.

Он поднял с земли большой валун и его рот растянулся в широкой улыбке, обнажая коричневые зубы. Такие, какие появляются у заядлых курильщиков.

– Ого! Ты смотри! Таким и захуярить можно! – пропищал мальчишка слева от главаря. Неизвестно от кого конкретно он в свои двенадцать услышал слово «захуярить», но более подходящего слова, пожалуй, было и не подобать.

Парнишка справа лишь одобрительно хмыкнул.

Валун и вправду был внушительный. Гораздо более внушительный чем те, что они кидали до этого.

Худенький мальчик в белой кофте поднял на них свои большие зеленые глаза и его коленки предательски задрожали. Ему пришлось опереться одной рукой о стену.

«Если такой камень прилетит мне в голову, то неделя в больнице с черепно-мозговой травмой – лучшее, что мне светит» – проскочила недобрая, но очень верная мысль.

Главарь банды заметил страх своей жертвы. Это зажгло в нем еще большую уверенность.

– Ты наехал не на того парня, сосунок! – язвительно проговорил он. При каждом слове из его рта вылетала густая слюна.

Жирный ученик 8 «А» был настолько горд и доволен собой, что ему и в голову не приходила мысль о возможности ошибки. Их жертва не имела никакого отношения к тому, что всю их банду отчитали и наказали за курение около школьной столовой (очевидно же, самое неприглядное место, где никто не сможет заметить).

Хоть щуплый темноволосый мальчик и вправду видел их, закуривающих довольно крепкие и при этом не самые качественные сигареты, но никому ничего не сказал. Так называемая «ябеда» сейчас наверняка вприпрыжку идет домой и не подозревает какие последствия ее действия принесли одиннадцатилетнему школьнику, который попался под горячую руку.

«А может, эта свинья все знает и просто не хочет бить девочку. Все-таки – не по-пацански» – решил он и, наверное, был прав.

Ведь «пацанские» принципы не что иное, как основа в подобного рода компаниях.

От данных размышлений мальчик даже горько усмехнулся, и эта усмешка очень не понравилась обидчику. Он так и застыл с камнем в руке, который через секунду бы уже полетел прямо в череп неугодному. От злости он тяжело задышал и начал наливаться краской.

- Ах ты, мелкий ублюдок! Да я тебя...

Он не успел закончить свою угрозу, ведь неожиданно обмяк и упал на землю, словно мешок, полный картошки, выронив злосчастный валун из рук.

Двое приспешников изумленно обернулись.

За ними с доской в руке стояла девочка. Хоть по лицу ей было приблизительно столько же, сколько их жертве, по росту она уже успела сравняться с главарем, что теперь лежал без сознания на мокрой земле. Ее дыхание сбилось, но в глазах читались злость и решительность. Вероятно, именно эти эмоции позволили поднять такую увесистую доску слабыми детскими руками.

– Ты совсем ахуела, дылда костлявая! – заверещал тонкий приспешник. Видимо слово «ахуела» он услышал оттуда же, откуда знал все бранные слова.

Участник банды был готов броситься на девочку, защищая своего главаря (как тонки оказались «пацанские» принципы), но едва успел сделать шаг, как его резко потянуло к земле, будто на спину повесили тяжелый рюкзак.

– Выбери того, кто тебе ровня, одноклеточное! – завопила бывшая жертва, внезапно почувствовав прилив сил, не желая оставлять все на своего спасителя. Мальчик со своей дури начал избивать обидчика своими худыми руками.

Третий приспешник был не самым сообразительным малым, а потому простоял секунд пять в недоумении, прежде чем потянулся помочь своему товарищу, который истошно орал из-за того, что его кусали и рвали на нем волосы. Но тут же сам был схвачен за загривок девчоночьими руками.

– Не стоит поворачиваться к противнику спиной, горилла! – закричала девочка, стараясь повалить бугая на землю. Это получалось плохо, но после вовремя поставленной подножки, мальчик упал прямо на своего главаря, что уже оклемался и начинал понемногу вставать.

– Да вы что, издеваетесь?! – завопила разъяренная свинья, отчаянно пытаясь выбраться из-под туши своего товарища, который хорошо приложился головой об асфальт. – Не можете справиться с двумя зазнавшимися молокососами?!

Он все же смог выбраться и подняться, и когда встал – увидел неприятную для себя картину.

Двое его приспешников распластались на земле и вставать в ближайшее время явно не собирались, а он сам оказался зажат в подворотне двумя малявками, на которых еще минуту назад он бы просто плюнул.

У девочки напротив него глаза горели бешеным огнем. Такое обычно бывает у зверя, который готов драться за свою жизнь насмерть. Но внезапно она заметила валун, который изначально предназначался мальчику с зелеными глазами справа от нее, и поразмыслив, подняла его.

– Может, на тебе проверим всю мощь данного валуна? – она хитро улыбнулась и прищурила свои карие глаза.

Пухлый главарь понимал, что девочка (скорее всего) блефует, но еще раз посмотрев на своих подчиненных и на доску, что валялась позади «амазонки», он все же нервно сглотнул и быстро проговорил:

– Нет-нет. Мы уйдем. Пока что.

Он подошел к каждому из своих приспешников и пнул их ногой в живот:

– Вставайте, идиоты!

Те в свою очередь, кряхтя и мыча от боли, все же поднялись и поспешным шагом последовали за главарем.

Девочка пристально наблюдала за ними с валуном в руке пока все трое не скрылись из виду. Затем она облегченно отбросила валун и повернулась к мальчику.

Тот в свою очередь смотрел прямо на нее своими щенячьими глазами, полными любопытства и благодарности.

– Спасибо тебе большое. Я Вячеслав, но можно просто Слава. – он неуверенно протянул ей руку, которая вся была украшена ссадинами и шрамами.

– Пожалуйста. Я Никс, просто Никс. – девочка осторожно пожала худую руку. – Будем знакомы, Слава.

***

Парень подскочил в своей кровати, почти свалившись. Он едва помещался в узкую больничную койку.

«Опять этот сон» – раздраженно подумал Слава.

С тех пор как он загремел в диспансер, его начали мучать кошмары о прошлом. А иначе как кошмары их было и не назвать. Его сознание, как будто издевалось над ним, не давая отдохнуть в те редкие моменты, когда ему удавалось заснуть.

Хотя, если так подумать – нынешние кошмары были гораздо лучше тех, которые ему снились, когда он только сюда попал. Удивительно как быстро прошли три месяца. Можно сказать, что он уже привык к больничной обстановке.

Понимая, что в ближайшее время уснуть не удастся, парень сел и осмотрелся. Однотонные серые стены, одинокое окно с решеткой, широкая дверь напротив, две койки, на одной из которых спал сам Слава, и тумбочки около них, которые им поставили за хорошее поведение. Скромно и довольно уныло.

Вячеслав уставился на своего соседа, мирно дремавшего у противоположной стены. Удивительно, что человек с шизофренией спал гораздо лучше, чем он сам.

Хоть диагноз Славы был схож, сам он себя за сумасшедшего не считал. По крайней мере не настолько, чтобы держать его в остром отделении. Но увы, санитарам этого было не доказать.

«Возможно, мои дорогие родители тоже приложили к этому руку» – решил для себя парень.

Его родители имели достаточно связей и желания для такого.

Просидев еще с минуту, Слава почувствовал, как голова начала мутнеть.

Те препараты, что санитары вкалывали ежедневно довольно таки сильно отупляли и в такие моменты парню действительно казалось, что он сошел с ума и видит привидений.

«Было бы здорово, если бы и в тот день это было лишь привидение. Выдумка мозга шизофреника»

За этими мыслями он и не заметил, как рухнул обратно в кровать и провалился в сон.

Разбудил его оглушительный стук в дверь. Разлепив глаза, Вячеслав заметил, что его сосед давно проснулся и уставился куда-то в угол пустыми круглыми глазами.

«Наверное, опять кого-то видит» – решил парень и попытался уснуть снова.

– Вставайте, лежебоки! – прогремел низкий хриплый голос санитара.

Этот верзила не будет повторять дважды. Он был в два раза больше Славы и может легко заставить его встать силой. Поэтому не хотя, но Слава сел в кровати:

– Встали мы, встали! – раздраженно проговорил он.

– Пошли мыться и есть. Тебя хочет видеть «внешний»

«Внешними» называли людей, что свободно гуляют по улицам, живут свою жизнь или хотя бы могут помыться и сходить в туалет без лишних глаз.

Обычно в психбольницах не позволялось устраивать подобного рода «свидания». Например, Славиному соседу по палате такое никогда не устраивали. Но с тихими пациентами, к которым относился и Слава, иногда срабатывало.

Вот только какой «внешний» захочет встретиться с ним. Это точно не родители. И из милиции к нему приходили несколько раз, но, так и не добившись удовлетворительного объяснения произошедшего, оставили его в покое.

«Быть может» – кольнула слабая надежда, но парень тут же ее отогнал. Прошло уже больше десяти лет как он видел свою подругу. И никаких причин ее появления он придумать не смог.

«Наверное, просто ошиблись» – наконец решил он. Такое уже случалось. Он приходил к месту встречи и видел абсолютно незнакомого человека, у которого при виде Славы глаза становились размером с два хороших яблока от удивления.

«Простите, но это не он» – робко мямлили они обычно. После чего парня уводили обратно в палату.

«Сколько мороки» – подумал Слава, принимая душ в холодной воде, пока верзила внимательно смотрел на него из-за приоткрытой двери.

Он переоделся в больничную одежду. Это была обычная белая длинная ночная рубашка, через которую легко просматривались кровавые порезы и синяки, и в которой в крайнем случае можно было всегда завязать рукава на спине. Особенно часто подобные рубашки надевали при свиданиях. Ну просто – на всякий случай.

Парень надеялся, что вначале перед свиданием его хотя бы покормят, но у верзилы были другие планы, а спорить с такого рода людьми довольно тяжело. Потому Слава угрюмо завернул от заветной кухни, из которой пахло кашей, вареными яйцами и чаем, и направился прямо по коридору в кабинет, на котором было крупными буквами написано «Комната свиданий».

«Совсем как в тюрьме» – всегда думал Слава, видя эту табличку.

Верзила открыл ему дверь и парень без особого энтузиазма зашел внутрь, смотря в пол.

Он знал эту комнату довольно хорошо. Она была небольшой и действительно напоминала комнату свиданий в тюремном блоке: пару стульев, между ними стол с прозрачной перегородкой и двумя телефонами. Слава знал, что таких комнат в психбольнице несколько, но у всех них был один и тот же дизайн

Он подошел к стулу и сел на него. Сейчас он поднимет голову, ему скажут, что ошиблись и наконец поведут есть.

Парень поднял взгляд. Перед ним сидела темноволосая девушка азиатский внешности с карими, даже почти черными глазами. Ее рот казался неестественно широким на таком небольшом лице, а нос как будто все время смотрел вверх, вне зависимости от положения ее головы.

«Какая-то иностранка. Дай бог, чтобы по-русски смогла сказать что-то внятное» – подумал Слава.

К его удивлению девушка была абсолютно спокойна и даже как-то взбудоражена при виде него. Она не была удивлена и не было похоже, что она сейчас же начнет просить привести ее мужа, свата, брата или сына.

Это было странно. Слава настороженно поднес трубку телефона к своему уху, готовый к чему угодно.

– Ну здравствуй, наркоша! Засиделся ты тут, однако!

К этому он явно не был готов.