Часть 1. Кажется, это конец

Утро было на удивление солнечным. И это было ужасно. Солнечные лучи пробились сквозь окно и попали прямо на лицо Кей. Не самое приятное пробуждение не в самый приятный день. Кое-как раскрыв веки, девушка попыталась нащупать телефон, но вспомнила, что накануне откинула его куда подальше. С болезненным стоном она села, сморщившись от боли в шее. Спать без какого-либо подобия на подушку явно было ошибкой. Затем взгляд упал на середину дивана, где выглядывала пружина. Ожидая худшего, следователь посмотрела на майку, посередине которой теперь красовалась дырка. Похоже каким-то невероятным образом девушка смогла зацепить ткань за пружину во сне.

Голова раскалывалась и в ней крутилась лишь одна мысль: «Кофе».

Встав, она подошла к чайнику и щелкнула переключатель. Быстро сполоснув грязную кружку, девушка насыпала новую порцию кофе и пошла в ванную. Холодная вода ее взбодрила.

«Хоть какие-то плюсы в плановом отключении» – подумала Кей, пока чистила зубы.

Кофе получился на редкость крепкий. Похоже, спросонья, она насыпала в чашку гораздо больше порошка чем обычно. Впрочем, это было только на руку.

В шкафу царил хаос. Не глядя, следователь достала первую попавшуюся футболку и штаны, а после принялась искать телефон. Найдя его в углу комнаты, она посмотрела на время и с ужасом обнаружила, что опаздывает.

Бумаги с отчетом она собирала в спешке. Не став расчесывать растрепанные черные волосы, она вылетела из квартиры и тут же наткнулась на соседку.

– Боже, смотри куда несешься, – почти прокричала женщина неестественно высоким для ее возраста голосом. Полотенце на ее голове накренилось на бок и точно упало бы, если бы она вовремя не придержало его.

У Кей не было времени останавливаться и отвечать ей, но все же она успела на ходу показать средний палец, прежде чем скрыться за дверью, ведущей к лестнице, под возмущенные вопли женщины-поганки.

«Ощущение, что она никогда не снимает этот сверток с головы. Может под ним она держит змей» – подумала про себя девушка, выбегая из подъезда. Эта мысль слегка подняла ей настроение по пути на остановку.

И все же она опоздала на автобус. Он ушел прямо под ее носом, что снова испортило ей весь настрой. Хорошо выругавшись, она села на скамейку в ожидании следующего.

Кей даже не заметила, что задремала, подперев рукой подбородок. Мысли увели ее куда-то в прошлое, в детский приют, в эти голые стены и запах сырости, который, казалось, никогда не выветривался. Кей провела в нем большую часть своей жизни. Родных родителей она никогда не знала и, повзрослев, не пыталась их найти. Она не видела в этом смысла: если они оставили ее в приюте и за столько лет не вышли с ней на связь, значит, она им не нужна. Мысли о приюте и биологических родителях плавно перешли в мысли о школе, о первом и единственном друге, о приемной семье...

Шипящий звук открывающихся дверей резко вернул ее обратно в реальность. Она быстро забежала внутрь, почти задев какую-то бабушку, что стояла у дверей.

«Почему сегодня все хотят со мной столкнуться?» – раздраженно подумала она, садясь на первое попавшееся место.

Автобус был полупустой. Работа предполагала довольно ранний подъем – на пару часов раньше основного час пика. В салоне кроме нее были разве что бабушки, которым, видимо, совсем не спалось.

«А ведь соседка тоже сегодня встала очень рано» – проскочила мысль. Удивительное дело, соседка уже дважды всплыла за сегодняшнее утро. Задумавшись об этом и снова задремав, Кей почти пропустила свою остановку. Все же выбежав на своей, она перепроверила все бумаги и обнаружила, что забыла пропуск.

«Черт» – девушка стиснула зубы и побежала вперед. Времени возвращаться домой уж точно нет.

Огромное длинное здание возвышалось над ней. Множество длинных и узких окон, витиеватые карнизы в сочетании с небольшими белыми арками и высокими колоннами у входа. Со стороны оно скорее походило на резиденцию средневекового дворянина, чем на здание следственного комитета. Не смотря на свою красоту, сегодня оно казалось на редкость зловещим.

Выдохнув, Кей открыла дверь и вошла. К счастью вахтер куда-то отошел, что позволило следователю быстро прошмыгнуть под шлагбаумом. Она взлетела на нужный этаж, не став дожидаться лифта. Но едва она сошла с лестницы, как ноги тут же стали ватными. Каждый новый шаг отзывался новой мыслью, создавая целый водоворот внутри. Ей нечего показать. Один. Она не скажет ничего нового. Два. Она не справляется с расследованием. Три. Она топчется на одном месте. Четыре. Ее точно уволят. Пять. Она ведь с таким трудом устроилась. Шесть. Ноги абсолютно не...

– Эй, Никс! – раздался из-за спины мужской голос. Девушка вздрогнула. Она настолько привыкла к своему прозвищу, что слышать свое настоящее имя было непривычно. Она обернулась, отвлекаясь от своих мыслей.

К ней большими и уверенными шагами приближался человек, лица которого она предпочла бы не видеть. Черные взъерошенные волосы, мутно-зеленые глаза, напоминавшие болото, и лицемерная улыбка, походившая на оскал. Это был старший следователь – парень чуть старше чем она сама. Девушка всей душой презирала его.

Он был из тех, кто получил свою должность благодаря связям. Крайне ленивый и двуличный ублюдок. Уже двое уволились из-за него. Конечно, по официальной версии они ушли по собственному, но Кей точно знала, что старший следователь повинен в этом, как никто другой.

Быстро сократив расстояние, парень встал прямо перед ней.

– Чего тебе? – раздраженно спросила девушка, опираясь локтем на стену. Ноги все еще были ватными.

– Да так, решил поздороваться со своей напарницей. Или ты не рада меня видеть? – прощебетал он, и улыбка на его лице стала еще шире. Слово «напарница» из его уст звучало настолько мерзко, что Никс поморщилась.

– Видно, ты хорошо ударился головой. Я тебе не напарница и никогда ей не буду. А теперь, прочь с дороги – я опаздываю. – она достала отчет из сумки и, пихнув преграждавшего ей путь парня, пошла дальше.

– Ну, выбора у тебя немного. – ехидно сказал он, выхватывая бумаги, которые Никс держала в руках. – Видишь ли, руководитель отдела недоволен результатами, поэтому я решил выдвинуть свою кандидатуру. И он согласился. Но из уважения к тебе и твоей работе, разрешил быть моей напарницей. – в его глазах загорелся огонек, когда он заметил, что девушка напряглась.

Сердцебиение Кей участилось. Нет, нет, нет. Кто угодно, но не он. Она в жизни не станет девочкой на побегушках у этого индюка. Ему нет никакого дела до убийства и людей, что пострадают. Парень лишь увидел в девушке новую игрушку, над которой можно поиздеваться, прежде чем выкинуть. Никс продолжит не спать ночами, а он будет читать нотации, отчитывать, подгонять, унижать, а после присвоит себе все заслуги.

– Отдай мой отчет! Сейчас же! – она яростно обернулась. Руки ее сжались в кулаки, а глаза будто налились кровью. Она шумно вдыхала и выдыхала воздух, не в силах сдерживать подступавшую ярость.

Старший следователь лишь усмехнулся, разглядывая бумаги:

– С чего бы? Раз дело мое, то мне нужен отчет для понимания прогресса расследования. Нельзя же, чтобы твои игры в следователя прошли даром.

Игры...

ИГРЫ.

При этих словах в голове Кей что-то щелкнуло. Будто последняя цепь, что сдерживала ее, порвалась.

– Ах ты, вшивая гиена!

Она не успела осознать, что произошло. Ее злость, беспомощность и усталость, накопленные за все эти месяцы, вышли наружу в одну секунду. Она со всей силы ударила парня в челюсть. Старший следователь видимо совершенно этого не ожидал, ведь, потеряв равновесие, с грохотом упал на пол, выронив отчет. Листы взметнулись в воздух, поочередно падая на распластавшееся тело.

– Что здесь происходит? – грубый низкий голос тут же привел девушку в чувство и позволил ей осознать, что произошло. В открытых дверях кабинета стоял рассерженный руководитель отдела.