Глава 28.
Иногда мне кажется, что вечерние сборы — это своего рода война.
Только вместо брони — рубашка, идеально выглаженная до хруста,
вместо меча — аромат духов,
а вместо стратегии — попытка убедить себя, что ты спокойна.
Я стою перед зеркалом, поправляю воротник.
Белая рубашка, чёрные брюки, чуть расстёгнутый верхний пуговиц — достаточно формально, чтобы не выделяться, и достаточно дерзко, чтобы оставаться собой.
На запястье — часы с серебряным ободком, подарок от отца. Он сказал, что они «напоминают о времени, которое нельзя вернуть».
Сегодня это особенно чувствуется.
Я знаю, что Билли будет там.
И это почему-то одновременно облегчает и тревожит.
Вижу её — не рядом, а в воображении: смех, блеск глаз, мягкое движение руки, когда она поправляет волосы.
И мысль — я не смогу даже прикоснуться.
Просто смотреть.
Как на звезду, которая слишком близко, чтобы не сжечь, и слишком далеко, чтобы дотянуться.
Парковка у отеля "The Silver Hall" встречает как декорация к фильму:
флеши камер, шелест платьев, запах дорогих духов, фары, отражающиеся в мокром асфальте.
Я выдыхаю, глушу мотор и остаюсь в машине ещё на минуту.
Дыши, Кейн. Просто благотворительный вечер. Не арена.
И всё же... взгляд скользит по стоящим рядом авто.
И вот она — черная Audi с характерными колёсами.
Её.
Билли здесь.
Сердце делает тихий, почти смешной рывок, будто я снова подросток.
Ладони чуть влажные.
Пальцы машинально проверяют пуговицы, манжет, воротник.
Соберись, Скай.
Даже если внутри буря — снаружи только ровная поверхность.
Фойе встречает вспышкой света и звуков.
Там пахнет шампанским, духами и чем-то фальшиво-гламурным — как будто каждый хочет убедить других, что всё в порядке, и никто не врет.
Смех, звон бокалов, аплодисменты, фразы, которые не значат ничего:
«Так приятно видеть вас!»
«Вы сегодня восхитительны!»
«О, мы обязательно свяжемся!»
Я прохожу сквозь толпу с кивками и короткими улыбками.
Всё кажется блестящим, но пустым.
Этот вечер должен был быть про помощь, про сердца, а стал про наряды, бренды и рейтинги.
Всё словно вылизано до стерильности.
Люди щедро покупают билет в хорошесть.
— Диди! — звонкий голос пробивает шум.
Я едва успеваю повернуться, как в меня врезается вихрь — светлая голова, объятия, запах жасминового шампуня.
— Джозефина Роуз, — выдыхаю, обнимая её.
— Пошли, — говорит она, хватая меня за руку. — Родители уже тут. И братья тоже, они опять спорят о фондовом рынке, как будто кто-то из них реально понимает, что такое NFT.
— Отлично, — усмехаюсь. — Давай посмотрим на семейный цирк.