Глава 8: Ноа
Ноа сидел за столом в лаборатории сто седьмого отряда, сгорбившись над разложенным металлом, словно монах над еретическим манускриптом. Это место они с Итаном делили нехотя, и каждый раз — с молчаливым раздражением. Их споры были почти неизбежны: Итан копался в плоти и коде жизни, в спиралях ДНК и капризах биохимии, тогда как Ноа доверял лишь стали, импульсам и логике машин. Где Итан видел клетку — Ноа видел механизм. Где тот искал реакцию — этот искал причину.
На столе перед ним лежали части доспехов задержанной банды: нагрудники, сегменты сочленений, пластины, изогнутые так, будто повторяли форму человеческого тела с пугающей точностью. Ноа методично вскрывал их один за другим, разбирая слой за слоем, будто свежевал зверя. Каждый болт, каждый винт сопротивлялся, словно не желая выдавать свои тайны. Металл был тонок, почти гибок, но при этом крепок до безумия — не царапался, не трескался, не поддавался привычным инструментам. Казалось, он был живым и упрямым.
По лаборатории разносилось глухое бормотание — поток брани, срывающийся с губ Ноа. Он ругался зло и изобретательно, как последний работяга на окраине мира, а не как один из лучших инженеров организации. Слова сыпались, словно искры, но металл всё равно не спешил сдаваться.
И всё же страдание было вознаграждено.
В самом центре нагрудной пластины Гатса, там, где сердце должно было биться особенно уязвимо, Ноа заметил крошечное несоответствие. Чуждую деталь. Он замер, задержал дыхание, затем осторожно поддел её инструментом. Из брони вышел крохотный передатчик — размером с арахис, почти невидимый для неподготовленного глаза.
— Попался... — выдохнул Ноа, и на его лице впервые за долгое время появилась улыбка.
Он поднял устройство, повертел между пальцами, изучая с жадным вниманием, словно держал в руках ключ от давно запертой двери.
— Значит, их всё-таки отслеживали? — раздался вдруг голос за его спиной.
— Да, я ведь говорил, что таким идиотам... — начал Ноа машинально и тут же подпрыгнул, словно его ударили током.
Он не слышал шагов. Не слышал дверей. Никого.
Рефлексы сработали раньше разума. Ноа схватил отвертку и резко обернулся, выставив её перед собой, как клинок. Сердце колотилось в груди, глаза расширились от страха... но уже через пару секунд он всмотрелся внимательнее — и страх отступил, уступив место растерянности.
— Забавный выбор оружия... — усмехнулся мужчина.
Перед ним стоял Кален.
Отвертка выскользнула из пальцев и с тихим стуком упала на пол.
— Господин Кален... — выдавил Ноа.