Глава 3: Ноа
Ноа и Итан остановились у заброшенного здания на краю промышленного квартала, где ржавые балки торчали из темноты, словно кости древнего скелета. Здесь когда-то кипела жизнь, а теперь лишь ветер выл в проломах окон, таская с собой запах гнили, сырости и старого металла. Они разбили импровизированный лагерь прямо под полуобвалившейся крышей. Условия были скверные до предела: холодная земля, пропитанная влагой, крысы, шуршащие в грудах мусора, и давящая тишина, в которой каждое движение отдавалось слишком громко. Но оба были к такому привычны. Профессия учила спать там, где можно, и не задавать лишних вопросов.
Итан развёл костёр в самом центре укрытия. Пламя неохотно лизнуло сырые поленья, закашляло густым дымом и лишь после этого разгорелось тусклым, неровным светом. Тени задёргались по стенам, делая разрушенные перекрытия похожими на коридоры мёртвого замка. Ноа тем временем вытянул из рюкзака спальные мешки и разложил их у огня.
— Твоя предусмотрительность сегодня оказалась крайне к месту, — усмехнулся Итан, вороша костёр палкой и подталкивая к пламени ещё одно полено.
— Радуйся, что я взял два мешка, а не один, — буркнул Ноа. — Иначе спал бы сейчас на сырой земле, в компании крыс и неизвестных кожных болезней.
Итан тихо рассмеялся, коротко и беззаботно, словно на миг забыл, где они находятся.
Ноа посмотрел на него исподлобья.
— И с чего тебе так весело? — пробурчал он. — Зачем мы вообще тут остались?
— Мы ждём ответа от Клауса. Неужели забыл? — удивлённо ответил Итан.
— Вот именно это и бесит, — фыркнул Ноа, распахивая рюкзак и доставая еду. — Зачем ему вообще понадобилось время? Сказал бы «да» или «нет» сразу — и дело с концом.
Рюкзак оказался куда вместительнее, чем выглядел. Из него появились упаковки лапши, металлический чайник, запасы воды.
— Он выглядел потерянным, — спокойно сказал Итан. — Таким людям нельзя задавать вопросы и требовать немедленного ответа. Пусть обдумает. Так честнее.
Ноа передал ему пачку лапши и поставил чайник над огнём. Вода внутри глухо загрохотала, нагреваясь, и этот звук странно перекликался с гулом пустого здания.
— Не знаю... — пробурчал он. — Плохое у меня предчувствие насчёт этого парня.
Итан усмехнулся, не отрывая взгляда от огня.
— Ты? И предчувствие? Человек, который признаёт только факты и расчёты? С каких это пор ты стал суеверным?