Часть 7. Начало конца или конец начала.

Утро для меня началось не с ласкового пения пташек, не с холодных струй душа, не с обжигающих лучей восходящего солнца, что медленно утекает за облака, а с самого настоящего побоища, участницей которого мне, слава Богу, стать не довелось.

Наш отряд и ещё несколько, привезённые, наверное, этой же ночью устроили массовую драку. Грызлись не на жизнь, а на смерть. Шум, грязные физиономии, крики, шлепки, удары... Всё перемешивалось. Кровь лилась во все стороны, будто вино. Я просто стояла рядом с Котом и Тяпой. Валя рвался к ним, ведь перед началом этого ужаса его кто-то оскорбил, но Костя держал пацана всеми силами, не обращая внимания на громкие крики и просьбы о том, чтобы тот немедленно пустил его.

У меня не возникало желания помочь Чернову. В принципе не хотелось лезть ни на их сторону, ни тем более на сторону дерущихся.

В один момент всё прекратилось. Шум перекрыла короткая очередь выстрелов. Все замерли и посмотрели в сторону небольшого домика, и я тоже. На крылечке стоял некий в сапогах, тёмно-синих брюках и белой рубахе, держащий в руках ППШ. Я выгнула бровь в недоумении. Это еще что за персонаж в моей страшной сказке, что именуется жизнью? Из толпы послышался подобный вопрос.

—Это Антон, начальник лагеря. — Ответил кто-то из пацанов.

Некто Антон, видимо, бугор наш, был точно недоволен и, кажется, даже удивлён той жестокостью, которую сейчас показали пацаны, махая кулаками.

А где-то там, сзади нас, послышался звук гудка машины. Привезли что-то или кого-то.

—Затеять драку из-за шайки горячей воды! — Произнёс стоящий на крыльце Антон. Он сделал паузу, поджал губы, стараясь сдержать нецензурную брань, которая так и лезла наружу. —Мы расчитывали набрать... Отчаянно смелых парней! Вместо этого получили полсотни безмозглых сявок и дешёвок!!! В следующий раз... Всех зачинщиков...

—Исключат из школы что-ли? — Насмешливо, дерзко спросил Тяпкин, не желая слышать ответа.

—Исключат. Из школы. — Мужчина кивнул. —Потом вниз отправят, и расстреляют!

—Кончай парашу гнать! Мы малолетки, нас по закону даже судить нельзя. — Спокойно, легкомысленно продолжал брыкаться Валя.

—Судить нельзя, шлёпнуть — можно. Всем привести себя в порядок, разойтись!

Все шли кое-как, а кто-то и не шёл, просто падал от боли и бессилия. Сценарий первого дня вполне был ожидаем, без драк в мире сирот невозможно, но я и предположить не могла, что это может зайти настолько далеко. Сегодня они уж точно зашли за грань дозволенного даже понятиями...

***

Вечер. Лагерь. В курилке. От лица Юли.