42. Принцесса
Обычно студенты не толпились у кабинов на переменах, они предпочитали гулять, веселиться или ходить в библиотеку, в крайнем случае, но сегодня их ждал особенный урок — ЗОТИ с легендарным Грюмом.
Ванесса не ждала его прям уж так сильно, она не особо увлекалась мракоборцами. Хоуп всегда называла их высокомерными и когда её подруга — Нимфадора Тонкс решила связать свою жизнь с этой профессией долго смеялась, но конечно же поддержала её. Несса росла без какой то надобности в восхищение кем то, ведь ею самой могли восхищаться, хоть она этого ещё не понимала.
Ну и волнение нависло в классе. Все ждали урока так трепетно, аккуратно разложив учебники, будто первокурсники на первом занятии. Нога Бёрк невольно начала дергаться, она уставала от такого ожидания и с облегчениям выдохнула, услышав приближение профессора, но чем ближе он становился, тем сильнее её окутывал мандраж. Признаться, Грюм её пугал, особенно когда приказал отложить книги. Не только у неё дрожал голос при проверки присутствующих и такое банальное «здесь» показалось весьма трусливым.
— Хорошо, — сказал он, когда последний заявил о своем присутствии. — Профессор Люпин написал мне об вашем классе. Похоже, вы достаточно основательно овладели противодействием Темным Созданиям — прошли боггартов, Красных Колпаков, болотных фонарников, гриндилоу ползучих водяных и оборотней — я правильно понял?
Класс согласно зашумел.
— Но вы отстали — и очень отстали — в отношении заклятий. Поэтому я здесь для того, чтобы подтянуть вас в области того, что сами волшебники могут причинить друг другу. У меня есть год, чтобы научить вас, как разбираться с Темными...
— А вы не останетесь? — вырвалось у Рона.
Магический глаз Грюма повернулся и уставился на Уизли. Тому стало здорово не по себе, но почти в тот же момент Грюм улыбнулся — в первый раз за все время, что они его видели. От этого его изуродованное лицо исказилось еще больше, но тем не менее было приятно убедиться, что Грюм способен на что-то дружественное, например на улыбку. Странная такая улыбка. Ванесса нахмурила брови, ощущая бурчание в животе, и нет, не от голода, что-то явно было не так.
— Ты будешь сын Артура Уизли, да? — сказал Грюм. — Твой отец пару дней назад выручил меня из очень плотного капкана... Да, я пробуду здесь ровно год... окажу любезность Дамблдору... Один год, — и назад, в мою тихую обитель.