Впервые

В тот вечер ты не собиралась никуда идти. Всё было спокойно: домашка сделана, телефон - в стороне. Ты лежала, закутавшись в худи Кан Уёна, смотрела в потолок и вспоминала тренировку. Его взгляд. Его руки. Его тишину.
И вдруг - сообщение.

Кан Уён:

Буду в зале через 20 минут. Если хочешь - приходи. Но не заставляй себя.

Сначала ты не поняла. Он почти никогда не звал просто так.
Ты быстро переоделась и выбежала из дома.

Зал был почти пуст. Огни - тусклые. Только один ринг в центре освещён ярко.
Ты вошла тихо, не заметная. Он тебя не видел. Стоял спиной. И... бил.

Кан Уён сражался. На ринге. С каким-то взрослым противником - вероятно, его тренером или спарринг-партнёром. Бой был не тренировочный. Он был жёсткий. Зубастый. Лютый.
Каждый удар - с яростью. Каждое движение - с болью. В его глазах не было фокуса. Только злость. Только мрак.

Он бил быстро. Точно. Резко. Удары летели, как пули. Его партнёр едва успевал защищаться. Кан Уён дышал тяжело, рывками. На губе - кровь. Бровь рассечена. Но он не останавливался.

Ты смотрела, не в силах пошевелиться.

В какой-то момент соперник отступил, поднял руку, мол - всё, хватит.
Но Уён не остановился. Он ударил ещё раз. Слишком сильно. По-настоящему.
Тренер рухнул.

- Уён! - ты закричала, прежде чем осознала.

Он обернулся. Его глаза... они были другими. Не спокойными. Не уверенными.
Они были пустыми. И в них - страх.

Он смотрел на тебя, как на привидение. Как будто не верил, что ты здесь.

- Т/и... - выдохнул он.

Ты подошла к рингу.
- Что это было?

Он молчал.

- Это не ты. Я знаю тебя другим.

- Нет, - хрипло выдохнул он. - Это и есть я. Я... такой.

Ты поднялась на ринг.
Он сидел в углу, сжав кулаки, как будто держался изо всех сил. Его руки дрожали.

Ты подошла. Осторожно села рядом.

- Я не боюсь тебя, - сказала ты тихо.

Он резко поднял взгляд.

- Дура, - прошептал. - Я боюсь себя. Я не умею... держать это внутри. Я всю жизнь ломал. Сначала других. Потом - себя.

Ты молчала.
Он опустил голову. И... впервые ты увидела настоящего Кан Уёна.
Не бойца. Не хулигана.
А мальчика, который всё время защищался, потому что его никто не защищал.

- Удар за деньги. Удар по приказу. Удар на улицах. Я не умею иначе, - он говорил быстро, как будто очищался. - Я просто хотел быть сильным. Но сила стала тюрьмой.

Ты протянула руку и коснулась его плеча.

Он вздрогнул.
- Не прикасайся, - прошептал. - Я опасен.

- Ты - нет, - сказала ты твёрдо. - Опасность - в том, что ты веришь, будто не достоин быть любимым.

Он поднял на тебя взгляд.
Глаза мокрые. Но он не плакал. Просто... переполненный.

- Останься, - сказал он вдруг.
Тихо.
Но голос дрогнул.

Ты не ответила. Просто обняла его.
Он замер. А потом... позволил.
Прислонился лбом к твоему плечу. Дышал глубоко. Тяжело. И медленно отпускал всё, что копилось годами.

Вы сидели на ринге, окружённые тишиной.
Тренер давно ушёл, свет почти погас.
Но тебе было всё равно.

Ты была с ним.
Впервые - в нужное время, в нужном месте, по-настоящему