2. Змея
Вечереет — косые лучи солнца почти перестали бросать тёплые блики на мебель.
Тони лежит, свесив голову с края постели так, что кончики волос подметают пол, и лениво листает брошюру с уставом, которую мы выцепили у первокурсника на первом этаже.
Зачем читает — понятия не имею. Знает эти правила наизусть.
— Что если подмешаем ему алкоголь? В вишнёвый смузи. Видел, он часто берёт его в кафе.
— Твоя одержимость Стивом пипец ненормальная.
Тони выдыхает, перекатываясь на живот и отбрасывая буклет.
— Идеи получше? Что-то не слышу.
Сдуваю прядь со лба, скидываю обувь и плюхаюсь рядом.
— Тут воняет, ты вообще проветриваешь?
— Не хочу, холодно. Клэр, включи мозги. Мне нужны варианты.
— Тебе нужно проспаться. Мне уже не кажется, что мы сможем к нему подобраться, — усаживаюсь, скрестив ноги и подтянув их ближе. Тони приподнимается следом.
— Неприкасаемых нет.
— Знаю, — улыбаюсь, склонив голову набок. — Кроме тебя.
Тони фыркает, падая на подушки.
— Я этого не просил. Быть внуком ректора — влажная мечта Стива, не моя.
Сбрасываю кардиган и тоже откидываюсь на подушку — пылинки взлетают в воздух. Тени постепенно вытягиваются на потолке. Вся его комната пропиталась шоколадными сигаретами — сладость забивается в нос, но я не поднимаюсь, чтобы открыть окно.
— Может, ну его нафиг? — шепчу, повернув голову.
Устало прикрыв глаза, Тони тихо произносит:
— Мне это нужно, мелкая.
— Зачем? — выдыхаю сквозь зубы. Его ласковые прозвища всегда звучат как-то... унизительно, что ли. Словно смотрит свысока, — хотя знаю, что это не так.
Тони приоткрывает один глаз. В сумерках серая радужка окончательно теряет оттенки.
— Разве для всего нужна причина?
— Не знаю, Тони. Ты мне скажи.
Он усмехается, повернувшись набок, и щёлкает меня по носу. Складочки собираются возле уголков его губ.
Думать о решениях Тони самой — бесполезно. Он несёт чистый хаос каждым своим поступком, и иногда это почти пугает: то, насколько далеко готов зайти.
— Просто... Уже меньше, чем полгода — и меня не будет рядом, понимаешь? Совсем.
Тяжело сглатываю, косясь на потолок. Тени кажутся ещё более уродливыми.
— Понимаю, Тони.
Его ладонь ерошит волосы на макушке, запутывая мои пряди. Пытаюсь вывернуться, но пальцы сильнее тянут за локоны, вынуждая остаться на месте. Фыркаю и хватаю за руку, а потом и вовсе впиваюсь в рёбра, щекоча.
— Такая ты зараза, — уворачиваясь, Тони соскальзывает с края постели.
— В зеркало давно смотрел?
Тони смеётся, плечи легонько трясутся. Улыбаюсь и я, бросая взгляд на улицу. За широкими окнами окончательно стемнело.