3. Вкус хурмы

Стив отползает, порывисто подавшись назад. Делаю то же самое — спиной упираюсь в стол секретарши. Сердце всё ещё гулко бьётся о грудную клетку, чужое рваное дыхание мерещится на лице.

Дыхание Стива... Охренеть мысли.

Тони усмехается и почёсывает затылок, листая фотографии — лицо освещается холодным экраном.

Стив встречается со мной взглядом — и тут же подскакивает, резко вырывая телефон из рук Тони. Тот даже не пытается сопротивляться: лишь коротко хмыкает, пока пальцы Стива лихорадочно скользят по экрану, а затем направляется ко мне.

Приёмная плывёт перед глазами, медленно покачиваясь влево и вправо, и это почти убаюкивает. Тони протягивает руку, помогает неспешно встать.

— Сильно приложилась? Сколько пальцев?

— Т-три.

— Жить будешь. Соболезную.

— Иди ты.

Он слабо улыбается, падая в кресло секретарши. Прижимаю ладонь к затылку, от которого пульсирующая боль ползёт на ещё соображающую часть головы.

— Тони... Ты знал, что я сюда приду?

— Ага. Ты ж сигареты не взяла. Но я не знал, что ты втянешь мистера идеальность в свой коварный план. Это прям подарок, Клэр. Я польщён.

Подарок замирает на секунду, исподлобья глядя на Тони, и швыряет телефон на стол. Тот громко ударяется о столешницу и падает прямо на Тони, который опасливо, но поздновато отклоняется вбок.

— Купить курс управления гневом? — усмехается Тони, но Стив не реагирует — поправляет футболку, разгладив складки, и, одарив меня финальным взглядом, разворачивается к двери.

Едва касается ручки, Тони бросает, растягивая слова:

— Куда собра-ался? Мы ещё ничего не обсудили.

Стив приоткрывает дверь.

— Мне нечего обсуждать с тобой. Компромат я снёс. Даже если ты сохранил его в облако...

— Стиви, ты правда думаешь, что эта фотка — то, чем я тебя собирался шантажировать? Это было для личного архива. Так, на память. Я ведь буду скучать.

Пытаюсь поймать взгляд Тони, но он будто специально игнорит, возведя глаза к потолку. И вдруг машет рукой.

— Скажите «сы-ыр». Сегодня днём помогал дедуле подключать камеры в приёмной и на этажах. О, вам не сказали?

Глупо смотрю наверх, где в самом тёмном уголке прячется мигающий огонёк камеры. Стив мягко прикрывает дверь и возвращается обратно.

Пальцы снова начинают пересчитывать звенья цепочки на ремне, голова раскалывается — боль от затылка набросилась на виски.

— Что... Что это значит, Тони?

Он не отвечает, закидывая ноги на столешницу и отклоняясь на спинку так, что та жалобно взвизгивает.