Глава девятая: Лицо кукловода.
Утро едва занялось, и Лондон был окутан плотным, серым туманом. Шон и Ева ехали в старом, неприметном седане Шона. Тихий, монотонный звук дворников, отчаянно боровшихся с влагой, был единственным звуком, нарушающим абсолютную тишину их союза. У них было 20 часов, и это осознание висело в воздухе. Ева сидела на пассажирском сиденье, сжимая в руках старый дневник с кодами. Впервые она была вне своей лавки, вне мира, который служил ей одновременно убежищем и тюрьмой. Её движения были скованными, взгляд — острым.
— Ты уверен, что Павильон — это командный центр? — голос Евы был хриплым.
— Он не оставит своего детища на произвол судьбы, — ответил Шон, не отрывая взгляда от дороги. — "К." одержим эстетикой и контролем. Павильон Ботанического сада — идеальное место. Это природа, которую он контролирует, где он может наблюдать за городом и за своими цветочными кодами.
Шон чувствовал тяжесть: он вез убийцу на место преступления, используя свой личный автомобиль. Каждая минута, которую он проводил рядом с Евой, была нарушением Кодекса. Но каждый раз, глядя на её тонкий профиль, на её руки, грубые от работы с землей, он понимал, что его Долг изменился.
— Если мы не найдем его, ты позвонишь Дэвиду. Он арестует Ву, — сказала Ева. — Тогда я пойду в полицию и дам показания.
— Нет, — Шон решительно покачал головой. — Если мы его не найдем, мы немедленно едем к Вэйну. Майя важнее.
Впервые в их диалоге прозвучало прямое признание приоритета: Жизнь Майи выше Закона.
Королевский Ботанический сад в Кью представлял собой огромный, стеклянный лабиринт, где мир дикой природы был заключен в человеческие формы и порядок. Они припарковались, пройдя на территорию под видом сотрудников, используя старую форму садовников, которую Шон достал через Дэвида. Павильон, который они искали, был построен в викторианском стиле: огромный купол из стекла и чугуна, предназначенный для экзотических растений. Атмосфера была густой, жаркой и влажной, наполненной удушающим ароматом тропической растительности, смешанным с запахом старого, влажного металла.
— Здесь нет покоя, — прошептала Ева. — Слишком много жизни, заключенной в стекло. Это не сад, детектив. Это террариум.
Шон знал, что она права. В этом месте, где каждый лист был идеален, а влажность контролировалась машинами, он чувствовал присутствие "К.". Ева, используя свой профессиональный взгляд, нашла первый след. Она указала на ряд редких, хищных растений.