17. Череда проблем
«Порой, за счастье нужно бороться даже с самим собой». Джейн Остин
Но нет, я просто как всегда все утрировала, но по-прежнему сидела за столом. Я не упала в обморок, правда крепко и нервно вцепилась в вилку, будто хотела превратить ее в горстку жалкой пыли.
- Все в порядке? - Тамара заботливо накрыла мою ладонь своей. Я вздрогнула и непонимающе на нее поглядела. Обвенчаться, вот оно как дело обстоит.
- Просто подавилась, - я пару раз моргнула и закашлялась. В горле першило, я почему-то ощущала себя униженной и оскорбленной, словно меня облили грязью.
- Бедняжка, - казалось, она говорила искренне, и даже предложила мне стакан воды. Я вежливо отказалась.
- И что же, ты даже не поздравишь нас? - в голосе Саши слышался яд. Я вздрогнула и удивленно на него поглядела: да что с ним такое?
- С чем же?
- Мы любим друг друга и может осуществить свою мечту, - с издевкой сказал он, а Тамара улыбнулась, не понимая для кого затеян этот спектакль. - Быть вместе, - Саша склонил голову набок, я скрипнула зубами от жгучей досады. Все ясно: он мне мстит.
- Желаю вам благополучия в семейной жизни, - выдавила я, задыхаясь от ярости, и поспешно встала. - А теперь прошу меня простить, но я очень устала.
- Конечно, конечно.
Я вытерла масляные губы салфеткой и чуть ли не выбежала из столовой, спиной чувствуя на себе ехидные и победоносные взгляды Саши. От несправедливости я готова была заплакать: ведь он обещал, что забудет ту ночь. Неужели я прошла через столько испытаний лишь для того, чтобы застрять здесь в депрессии? Почему он никак не может понять, что я не смогу больше никого после Славы любить?
- Не смей в меня влюбляться, - набатом отдалось у меня в голове. Вот самонадеянный, циничный, дерзкий, самоуверенный, наглый, вызывающий тип! Что в нем вообще можно найти и что нашла эта Тамара? Зря я все-таки тогда встретила его на остановке: теперь он станет моей постоянной слабостью. А у таких, как я, их вовсе не должно быть. И в теории, В том числе.
Я зашла в гостиную и, дрожащими руками найдя телефон, набрала номер. Меня всю колотило, и я сама не могла понять от чего. Ясное дело, от эмоций, но от каких?
- Алло!
- Марина, - не выдержав, я всхлипнула, - Мы можем встретиться?
- Россия? - ее голос стал испуганным и настороженным. - Что случилось?
- Я потом все объясню, хорошо? - озноб увеличивался. Как хорошо, что у меня есть Марина. Лишь сейчас я поняла высокую цену новой подруге.
- Конечно. Где и во сколько? - из столовой донесся взрыв смеха, и я скрипнула зубами, невольно сжав кулаки. На ладони проступили капельки крови от ногтей, которые я сильно впила в кожу. Впрочем, боль хорошо приводит в себя.
- Сейчас, на той самой заброшке, - я больше не плакала, лишь грудь судорожно поднималась.
- До встречи. Будь осторожна, - проговорила Марина и отключилась. Как всегда она не обещала, а исполняла. И ей было далеко все равно на разные формальности. Она их терпеть не могла.
- Пока... - теперь меня переполняла холодная решимость. Казалось, она льется даже из моих ушей. Я уверенно встала и твердой походкой подошла к окну. Вдруг я почувствовала поток цифровой информации. Коды, сетевые тексты, ссылки вливались в мой мозг и проходили обработку там. Я запоминала все и в любую секунду могла воспроизвести нужную комбинацию. Это легко давалось мне, просто потому что мысленно я могла открывать искомый слайд и читать его, как книгу. Сперва я испугалась рядов цифр и букв, пикселей и килобайт, но потом вспомнила, что нынешняя стадия развития мозга позволяет мне управлять материей. Мне стало даже очень хорошо, словно эта цифровая лента дополняла меня. Оглядевшись, я заметила на низком журнальном столике смартфон Саши; видимо, он и служил источником информации.
В долю секунды у меня в голове возник новый, слегка коварный план. Усилием воли я расслабила каждую клеточку своего тела и отдалась потоку. Я свободно плыла среди обломков сайтов и обрывок фраз, впитывая все. Не было искажений, как в материальных потоках внешней сети, все было точно и расчетливо. Чувствуя себя неосязаемой, я была частью электроники. Я ощущала технику, все ее неполадки, словно это было живое существо, и оно кричало о своей болезни. Если раньше я толком не разбиралась в частях компьютера, зная лишь где системный блок, где мышка, а где колонки, то теперь я прекрасно видела все проемы для проводов и флешек, все рычаги и кнопки. Теперь я отлично понимала, что такое фазы, и почему провод заземления черного цвета. Я с головой могла нырять в интернет, как в омут, и часами проводить там, ловя и ловя новые секреты технического простора. Я чувствовала себя, как рыба в воде.
Но вернемся к моему плану, далеко не честному. Я нашла в контактной книжке Саши номер мобильного телефона Тамары и отправила на него все фото Саши со мной. Благо, он до сих пор их хранил в своей телефонной галереи, в папке избранного. После такого маневра ни один специалист не отыщет причину этого отправления, а жизнь его станет совсем не сладкой. Нет, это не было местью; Тамара любит его сильно, это видно и слепому, так что выйдет за него, даже потерпев измену. А тут ничего такого не было, лишь дружеские объятия, но пара ссор обеспечена. Я не желала Саше зла, но негодовала из-за его поведения. Ведь я, в конце концов, при нем не бросаюсь на шею Славы. Когда все было сделано, я вынырнула из потока, как из воды, и вернулась в реальность. Из-за новизны такого путешествия меня чуть не вырвало на богатый вычурный ковер, но я сдержалась и, упав на спинку дивана, глубоко дышала. Всю меня скрутило, сплющило, и я едва ли могла стоять на ногах. Надо признать, возвращаться обратно мне очень хотелось: уж очень сильно понравилось в электронной параллели. К тому же, я была весьма довольна проделанной работой.
Я встала и, пошатываясь, подошла к двери. Схватившись за нее, я закрыла глаза и попыталась привести дыхание в норму. Мне не верилось, что я смогу быстро восстановится после такого, но встречу с подругой отменять я не собиралась. Поэтому я кое-как дошла до столовой, сказала Саше, что я пошла гулять, и одела куртку с сапогами. Саша лишь кивнул, даже не взглянув на меня, поэтому и не видел в каком я состоянии. Им с Тамарой и пузатой бутылкой купажного венгерского вина было весело настолько, что они и при начале атомной войны ухом даже не повели бы. Назревал вторичный танец, и я, не желая быть его невольной свидетельницей, поскорее смылась. Прихватив берет, вышитый снежинками, и длинный шарф, я выскочила на лестничную площадку и прокатилась по перилам, как пятилетний ребенок. Впрочем, безумцы и гении навсегда остаются детьми. И даже если я не гений, то уж безумец точно.
Я проехалась на маршрутке, вышла на нужной остановке и со свинцовой головой прошла до заброшки.
Марина меня уже ждала. На ней были клетчатые джинсы, коричневые сапоги на высоком каблуке и белые плотные варежки. Из расстегнутой замшевой куртки в тон сапогам виднелась серебряная блузка с рюшами на воротнике. Блузка была объемной и стягивалась на талии широким ремнем с заклепками и брелками, звенящими при каждом движении. Черные кудри девушки свободно лежали на плечах, открытые небу. Марина стояла, подперев спиной кирпичную стену и оперившись согнутой ногой в фундамент. Правая держала вес всего тела, удобно стоя в щебенке. Девушка уткнулась подбородком в грудь и водила пальцем по сенсору телефону, ища что-то. Она так была увлечена этим занятием, что не заметила моего прихода.
Приятно пораженная ее стилем, я бесшумно подошла поближе и с восторгом всмотрелась в идеально очерченное лицо. Веки были подчеркнуты золотыми тенями и черными стрелками, пухлые губы спрятаны под толстый слой коралловой помады. Как же я скучала по ней, внезапно поняла я, мне все сильнее и сильнее не хватает ее. Марина, такая беззаботная, веселая, отзывчивая, интересная, искренняя, стала мне по-настоящему дорога. Вдруг она подняла глаза, и я отшатнулась, вздрогнув.
- Привет, - бархатным голосом сказала Марина, и я поняла, что она недавно курила. Видно, что не у меня одной кругом проблемы. Губы девушки тронула улыбка, в глазах танцевали смешинки.
- Марина... - выдохнула я, храбрясь. Мысленно, внедрившись в мозг ее телефона, я уже обработала фото, с которым она так долго не могла справится.
- Все настолько плохо? - уточнила девушка, не тратя время на пустые слова, бессмысленные распросы и непонятливые гримасы. Это-то в ней мне и нравилось.
- Вовсе нет! - вздернула я подбородок. - Я сильная и независимая женщина! И даже не собираюсь плакать!
Ответом мне послужила изогнутая бровь Марины. И ее скептический взгляд.
Уже через несколько минут внутри здания я рыдала в куртку Марины. Мои плечи тряслись, как вагоны на рельсах, а речь была невнятной, как у пьяницы.
- Ну, ну, - девушка успокаивающе гладила меня по голове. - Таков характер Саши, он не может иначе...
- А я не хочу, не хочу так! Я думала, раз он меня по-настоящему любит, то не будет мучить! Даст время освоиться, начать заново жить; ведь это не так-то просто. А он!..
- Обижен, - закончила Марина и уткнулась мне в волосы. - Ему больно. А ты чего ожидала?
- Я? - я всхлипнула. - Ну, уж точно не мести.
- Это не месть, - я почувствовала, как она едва заметно покачала головой. - Это просто детский спектакль, самое грандиозное на что он способен.
- Таки уж и самое, - буркнула я, уже беззвучно плача. - А мне-то, мне-то что делать?
- Принять правила игры, - сказала девушка настолько спокойно, будто вела речь о настольных или уличных играх, а не о жизни.
- Принять правила игры? И какие же они?
- Он хочет, чтобы ты злилась и очень сильно, - Марина протянула мне фиалковый носовой платок.
- Я не злюсь, - фыркнула я и, приняв платок, привела лицо в порядок. - Спасибо.
- Не за что. Ну, так и покажи это ему, и как можно лучше. Предложи свою помощь этой Тамаре, помоги Саше, организуй девичники и мальчишники.
- Я не могу, - вновь всхлипнула я, - Мне... Мне больно, понимаешь? Вот здесь, - я указала на сердце.
Очень долго Марина молчала, и я испугом ждала ее реакции, не зная, что от нее ожидать. Все еще подруга оставалась для меня полной загадкой. Наконец девушка медленно подняла верхнюю губу, сощурила глаза, наморщила лоб и нос и... Вы не поверите: прыснула!
- Что? - в негодовании вскочила я. Марина заливалась искренним невероятно радостным смехом.
Через несколько минут, которые я все краснела и краснела, она сказала, выдохнув:
- Ты что, его любишь?
Пришла моя очередь хохотать, как безумная. Кажется, у меня был нервный панический срыв.
- Что?! Я люблю этого... Этого... Этого..?
- Да, Сашу.
- Нет! - резко возразила я, взмахнув руками. - Нет, ни капельки!
- Но ты нервничаешь из-за него, - Марину далеко не просто было переспорить: она не принимала никакие здравые доводы, полагаясь лишь на свое шестое женское чувство.
- Потому что он мне друг! И я не хотела бы его потерять! - вспылила я в конце концов. Мои глаза пускали молнии. Мне казалось безрассудным то, что сказала Марина. - Нет, я его не люблю. Но Саша мне не чужой, и я не хотела бы его потерять. Я слишком многих людей потеряла, Марина.
- Ты не всех потеряла, - она взяла меня за руку. - У тебя еще осталась я, и я тебе верю. И знаешь еще что? - она вскочила, полная энтузиазма, и подала мне руку, улыбаясь. - У меня есть идея. И даже не думай отговариваться, все равно не дам. Нам нужны свои традиции.
- Традиции? - я непонимающе на нее поглядела и встала следом, одернув куртку.
- Да, знаешь ли такие теплые дружеские традиции. Что-то вроде просмотра одного и того же фильма по воскресным утрам, одинако одеваться, допустим, во вторник. Придумать какие-то свои жесты и манеру общения, шифр, вместе куда-то ходить, гулять...
- Но мы ведь и так гуляем, - сказала я, прерывая ее увлеченную тираду.
- Да, но не как лучшие подруги, - Марина укоризненно на меня посмотрела.
- Прости, я не могу, - с сожалением возразила я. - Я... Я пока еще не готова. Все это очень сложно.
- Ничего, я подожду, - уголки ее губ дрогнули.
- Я не знаю, как долго придется ждать. Я не хочу, Марина, чтобы кто-то из-за моих капризов ставил крест на своей жизни.
- А вот сейчас и вправду начались капризы, - шутливо нахмурилась девушка. - Пойдем, а то я уже замерзла. И вот, - она подала мне тушь для ресниц в элегантном металлическом футляре, - ты все же девушка. Не забывай этого.
Я не смогла не улыбнуться и попросила зеркальце, достав кисточку.
- На. И знаешь еще что? - она лукаво улыбнулась. - Найди-ка себе парня, да покрутись с ним так перед Сашей, чтобы тот от злости завыл.
Я подвела ресницы, отдала тушь и зеркальце, поправила волосы и удивленно поглядела на Марину.
- Мне казалось, что в этой истории ты за него, не так ли?
- Между прочим, я всегда предпочитаю играть за женскую половину, - она подмигнула мне и достала телефон. - Ой, мамочка!
- Красиво? - спросила я, поняв что она увидела фото. Марина перевела ошарашенный взгляд на меня.
- Это ты, да? С помощью разума?
- Пойдем, а то я уже замерзла, - передразнила я и ничего не ответила. Финалом нашей женской встречи послужили восхищенные редкие аплодисменты подруги.
- Браво!