7

Три дня после окончания течки казались Феликсу тянущейся вечностью, каждый час был наполнен странным сочетанием физического и эмоционального истощения. Гормональный шторм, наконец, утих, оставив после себя ощущение внутренней пустоты и в то же время новой, неожиданной решимости. Он знал, что должен вернуть контроль над ситуацией, не позволить чувствам определять свои действия и сосредоточиться на делах.

Феликс вернулся к работе с удвоенной энергией. Он провел эти дни в раздумьях, пересматривая все за и против возможного сотрудничества с "Hwang Enterprise". В итоге он принял решение, которое казалось ему единственно верным. Он был готов пойти на компромисс, но с условиями, которые обеспечат независимость его компании и защитят его интересы. Более того, после длительных переговоров и формальностей, компания Феликса "Lee Corp", теперь официально стала частью конгломерата его родителей, получив общее название "Lee Industries".

Собравшись с духом, Феликс набрал номер Хенджина и назначил ему встречу в тот же вечер. На этот раз он не собирался уклоняться от разговора или пытаться избегать его. Ему нужно было положить конец этой неопределенности, и он был готов сделать первый шаг, каким бы трудным это ни было.

Вечером, в 20:00, Феликс прибыл в ресторан "L'Élixir d'Or", один из самых изысканных и уединенных ресторанов Сеула, известный своей безупречной кухней и атмосферой, которая располагала как к деловым переговорам, так и к чему-то более интимному. Он был одет в строгий темно-серый костюм-тройку, который подчеркивал его стройную фигуру и придавал ему вид уверенного, но неприступного человека. Его образ был продуман до мелочей - от элегантных запонок до тщательно уложенных волос, каждый элемент кричал о его силе и независимости.

Хенджин уже ждал его в укромном уголке ресторана, за столиком, украшенным белыми розами и мерцающими свечами. На нем был безупречный темно-синий костюм, который идеально сидел на его подтянутой фигуре. Он выглядел спокойным и расслабленным, но Феликс чувствовал, что за этой маской скрывается буря эмоций. В его глазах плясали искорки страсти и какого-то темного предвкушения, от которых у Феликса невольно перехватывало дыхание.

"L'Élixir d'Or" был оформлен в стиле барокко, с высокими потолками, стенами, украшенными бархатными драпировками, и мебелью из темного дерева с позолотой. В воздухе витал тонкий аромат пачули и сандалового дерева, смешиваясь с запахом дорогих вин и свежеприготовленной еды. Звучала тихая классическая музыка, создавая утонченную и располагающую к неспешным разговорам атмосферу.

Когда Феликс подошел к столу, Хенджин встал, приветствуя его легким поклоном, который, однако, не скрыл волнения, пробежавшего в его глазах.

- Рад видеть тебя, Феликс, - произнес Хенджин, его голос был мягким и обволакивающим, словно теплый шелк. - Присаживайся, - добавил он, и его губы тронула еле заметная, но при этом явно довольная улыбка.
- Я не любитель тратить время зря, Хван Хенджин, - ответил Феликс, его голос был холоден и отстранен, в попытке скрыть волнение, которое он чувствовал от одного только присутствия Хенджина. - Предлагаю сразу перейти к делу, - добавил он, его взгляд был полон неприязни, тщательно выстроенной, чтобы скрыть собственное смущение.

Хенджин усмехнулся, как будто ему нравилась эта игра, и указал Феликсу на стул напротив.

- Как скажешь, - произнес Хенджин, его тон был полон иронии, но в глазах играли веселые огоньки. - Я весь внимание, - добавил он, и его взгляд стал более пристальным, словно он пытался разгадать все тайны Феликса.

Феликс сел за стол, стараясь сохранять невозмутимость, и начал говорить, собрав всю свою волю в кулак:

- Я принял решение, что сотрудничество между "Lee Industries" и "Hwang Enterprise" будет выгодным для обеих сторон, - произнес Феликс, его голос был твердым и уверенным, словно он зачитывал заранее выученный текст. - Однако, я буду настаивать на определенных условиях, - добавил он, и его взгляд стал более прямым и пронизывающим, словно он испытывал Хенджина на прочность.
- Я ожидал, что ты примешь единственно верное решение, Феликс, - ответил Хенджин, его голос был мягким, но в нем чувствовался стальной стержень. - Я уверен, что мы сможем договориться обо всех деталях, - добавил он, и его глаза засветились каким-то странным, волнующим огоньком, от которого у Феликса сбивалось дыхание.

Феликс на мгновение замолчал, стараясь взять себя в руки, а затем продолжил, придерживаясь заранее составленного плана:

- Я готов подписать соглашение о сотрудничестве, но при условии полного невмешательства в работу "Lee Industries", - произнес Феликс, его голос был полон решимости, и, казалось, ничто не могло его поколебать. - Я не позволю тебе меня контролировать, - добавил он, и его глаза сверкнули от негодования, не выдавая ни малейшего намека на растерянность.
- Мне это нравится, Феликс, - ответил Хенджин, и его губы тронула легкая, довольная улыбка. - Твоя независимость меня только привлекает, - добавил он, смотря прямо в глаза Феликсу, словно провоцируя его на откровенность.

Феликс, стараясь игнорировать явный намек, не стал отвечать на провокационные слова Хенджина, а продолжил обсуждать детали будущего контракта. Он подробно изложил все свои условия, стараясь не давать Хенджину ни малейшей возможности для манипуляций. Он говорил о распределении прибыли, о правах и обязанностях сторон, о гарантиях и механизмах разрешения возможных споров. Хенджин внимательно слушал, иногда задавая уточняющие вопросы, но в целом, казалось, был согласен со всеми предложениями Феликса. Он с неподдельным любопытством наблюдал за ним, словно изучал необычное, но очень притягательное существо.

Пока они обсуждали дела, официант незаметно принес их заказ. На столе появились тарелки с изысканно оформленными блюдами: тартар из тунца с авокадо и лаймом, нежный крем-суп из белых грибов с трюфельным маслом, и филе миньон с соусом из красного вина и картофельным гратеном. Вино, которое выбрал Хенджин, было выдержанным, с насыщенным фруктовым букетом и древесными нотками, идеально дополнявшими вкус блюд.

После того, как обсуждение формальных условий сотрудничества подошло к концу, в ресторане воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим позвякиванием столовых приборов и приглушенной классической музыкой. Феликс и Хенджин некоторое время молчали, глядя друг на друга, словно пытаясь проникнуть в самые потаенные уголки сознания. Наконец, Хенджин прервал затянувшуюся паузу:

- Знаешь, Феликс, - произнес Хенджин, его губы тронула легкая ироничная усмешка, которая выдавала его игривое настроение. - Ты совсем не похож на типичного милого омегу, - добавил он, его взгляд стал более открытым и изучающим. - Все, что выдает в тебе омегу, это твой обжигающий запах и некоторые черты лица, - закончил он, не отводя взгляда от Феликса, словно испытывая его терпение.
- Что ты пытаешься этим сказать? - спросил Феликс, его голос был полон недоумения, хотя он и старался не показывать своих эмоций.
- Я просто констатирую факт, - ответил Хенджин, его голос был полон иронии, но в нем чувствовалась и какая-то странная заинтересованность. - Ты слишком строгий, слишком независимый и слишком... непредсказуемый для омеги, - добавил он, его взгляд скользнул по лицу Феликса, словно пытаясь найти в нем хоть малейший намек на смущение.

Феликс не стал оправдываться или спорить с Хенджином. Он просто посмотрел на него с вызовом, всем своим видом показывая, что не собирается меняться только потому, что Хван Хенджин ждет от него какой-то определенной модели поведения.

Хенджин, кажется, был заинтригован его реакцией, и его губы тронула легкая, почти довольная улыбка. Он наклонился вперед, сокращая расстояние между ними.

- Но мне это нравится, Феликс, - прошептал Хенджин, и его губы накрыли губы Феликса в нежном, но, в то же время, требовательном поцелуе, который заставил все внутренности Феликса скрутиться в тугой узел. Он был таким неожиданным, но таким притягательным, что Феликс просто не мог сопротивляться ему.

Феликс, против собственной воли, ответил на поцелуй. Его тело мгновенно наполнилось теплом, а разум словно окутала дымка. Он не мог понять, почему прикосновения Хенджина вызывали в нем такую бурю эмоций, почему его тело так предательски тянулось к нему, несмотря на все его протесты.

Хенджин углубил поцелуй, и их языки сплелись в нежном, но требовательном танце, словно каждый из них пытался разгадать тайны друг друга. Феликс осознавал, что теряет контроль над ситуацией, но ничего не мог с этим поделать. Инстинкты брали верх, и он отдавался во власть своих желаний, хотя разум все еще отчаянно кричал в протесте.

Вскоре, опомнившись, Феликс отстранился от Хенджина, глядя на него с замешательством и недоумением. Его щеки пылали, а дыхание было сбитым.

- Что ты творишь? - прошептал Феликс, его голос был полон отчаяния и непонимания. - Ты же прекрасно знаешь, что это неправильно, - добавил он, отворачиваясь от Хенджина, словно не в силах выдержать его пронзительного взгляда.

Хенджин смотрел на Феликса с нежностью и какой-то странной болью в глазах, как будто он пытался понять его, и одновременно, выразить свои собственные чувства.

- Я ничего не могу с собой поделать, Феликс, - ответил Хенджин, его голос был полон неподдельной страсти и какой-то уязвимости. - Ты сводишь меня с ума, - добавил он, глядя прямо в глаза Феликсу, словно пытаясь убедить его в искренности своих слов.

В этот самый момент, когда напряжение между ними достигло своего пика, телефон Феликса завибрировал, разрывая сложившуюся атмосферу. Он неохотно достал телефон из кармана и посмотрел на экран. Сообщение пришло с неизвестного номера:

«Осень уже на пороге, Феликс. Юнхо готов к возвращению домой.»

Феликс нахмурился, прочитав сообщение. Он не ожидал, что все произойдет так скоро, хотя и ждал этого момента с нетерпением. Он с трудом подавил вспышку радости, не желая делиться своими эмоциями с Хенджином.

- Кто это написал? - спросил Хенджин, его голос стал более настороженным, а глаза сузились от ревнивого подозрения.
- Тебя это не касается, - ответил Феликс, его голос был полон раздражения и какого-то внезапно возникшего желания отгородиться от Хенджина.

Феликс не стал ничего объяснять, положил телефон обратно в карман, и поднял свой взгляд на Хенджина, который смотрел на него как никогда пристально, словно пытался прочитать его мысли.

- Мне пора, - произнес Феликс, его голос был холодным и отстраненным, словно он вновь надел броню, стараясь защитить себя от своих чувств. - Контракт будет готов в самое ближайшее время, - добавил он, и его взгляд стал ледяным, и от прежней теплоты и открытости не осталось и следа.
- Хорошо, - ответил Хенджин, его голос был на удивление спокоен, но в нем чувствовалась нескрываемая досада и, кажется, какое-то предчувствие. - Но это еще не конец, Феликс, - добавил он, и его глаза загорелись темным, пугающим огнем, который заставил Феликса невольно вздрогнуть.

Феликс, не ответив ни слова, поспешил к выходу из ресторана, оставив Хенджина в полном одиночестве, за столом с догорающими свечами и неразрешимыми чувствами. Он понимал, что эта встреча изменила все, и что он должен быть готов к тому, что ждет его впереди, в той неизвестности, в которую он сам так упорно стремился. И внезапное сообщение о Юнхо, неожиданно появившееся на горизонте, только подливало масла в огонь его внутреннего беспокойства, заставляя его сердце биться быстрее, от непонятного предчувствия и тревоги.