2

— Что ты наделал?! – грохотал Добромир.

Старовер ходил по залу туда-обратно, нервно пряча взгляд. Он прекрасно расслышал каждое слово, он видел, что сделал Влад, но продолжал в неверии таращиться на него.

— Я её спас, — твёрдо отчеканил Влад, стараясь сдержать свою внутреннюю бурю.

Он стоял на своём, выпрямился во весь рост, с каменным лицом. Но внутри всё было иначе. Неведение сжимало легкие, сжимало сердце. Влада потряхивало от незнания, где она. От незнания, что с ней. Успеют ли. Не навредят ли больше. Он даже мысли допустить не мог в тот миг, чтобы оставить её спасение – волхву.

— Спас?! – старовер не мог сдержаться и стал мерить шагами комнату. – Ты обрёк её душу на проклятие!

Влад сцепил зубы, держа себя в руках. Он всё ещё стоял на своём, несмотря на гнев волхва. Она должна была остаться живой, как бы ни было трудно:

— Не обрёк, — процедил он, холодно глядя на него.

Ему плевать на эти выдумки. Она останется живой. Если дальше они не станут медлить.

— Влад! – возмущённо воскликнул Добромир, остановившись, и голос его отлетел от каменного потолка. – Это судьбоносный ребёнок! А ты... дал ей своей крови! Заставил бедное дитя выпить это!

Влад молчал. В ушах звенел его гнев. Но Топальски даже на йоту не раскаивался. Она, в его руках, раненая, умирающая. Эта нежная энергия, эта чистая суть, её хрупкость, её естество... и пусть половина из этого преобразится – Влад согласен на это. Был согласен на всё, лишь бы знать, что он использовал единственный доступный ему шанс сохранить ей жизнь.

— Я бы сберёг это дитя! Сохранил бы её на стороне света!! Своим способом! Теперь – её настигло сие проклятие! – гневался волхв.

— Ты бы не спас её, — железно припечатал Влад, извернув слова с тяжким гневом. – Ты не успел бы. Ты бы не смог.

Добромир сдерживался. Гневно прошёлся туда-обратно:

— Ты погубил её! – развернулся к нему волхв. — Погубил её душу! Она умерла с твоей кровью в теле...

— А лучше, чтобы умерла без неё?! – – выпалил Влад, не сдерживая ярости, с мрачной злостью упрямо глядя в ответ. Клыки царапали губы. Глаза полыхали синим.

Теперь тяжело молчал Добромир.

— Мне плевать, каким способом, я не отдам эту девочку в лапы смерти! Я не мог потерять её, Добромир!!!

Дверь в зал открылась. И внутрь зашли Кирилл и Павел. Скинув добытые запасы крови в сумках, они вопросительно замерли у порога.

***