12.Веселый праздник.1.0

P.s. В данной главе с разрешения упоминаются персонажи из «Хрустальные сердца|| Кащей. Турбо» от Tilya_22

19 января 1983 год.
Казань. Тюрьма.

Холодные серые стены коридора в казанской тюрьме были по особенному мрачными. Ни капли свежего воздуха, надежды на светлое будущее и счастливую жизнь. Только слезы матерей, боль в сердце и непреодолимое желание отомстить всему миру.

Тут сидят люди разных возрастов, со своей справедливостью и правдой. Здесь нет ни хороших, ни плохих. Только поступки, что привели юных, пожилых и не очень,людей, к такой жизни. Кто-то воровал, убивал, похищал. А кто-то сидел за чужие косяки.

Именно здесь уже четвертый год мотал свой срок Костя Кощеев. Совсем невинно осужденный, ещё тогда 18-летний Костя, попал в ловушку криминального мира, столкнулся с трудностями, которых не ожидал.

Потерял возможность видеть такое красивое небо над головой и вкушать запах свободы, потерял моменты последних школьных дней. Упустил шанс станцевать последний вальс, к которому его Василек так готовилась. Он не виделся с друзьями, с родителями, с его любимой девушкой и все это он получил в «подарок» просто так. Потому что Джавда так захотел.

Костя часто сидел и размышлял, каким было бы его будущее без тюрьмы, без глупых ошибок и трудностей. И вдруг понял, что не представляет себя послушным гражданином, совершающим только правильные поступки. Не видит себя в роли работающего на заводе человека, возвращающегося домой совершенно уставшим, а рядом жена, что жалуется на бедность. Нет, это жизнь не про него.

Не про Костю Кощеева, что пусть и не убивал тогда, зато точно сделает так в будущем, если того потребуют обстоятельства. И уж точно не про Костю Вершинина, что убил пусть и случайно, но жалости к содеянному испытывать не собирается.

Тяжелая дверь камеры с тягучим скрипом открывается. За ней стоял мент, что держал одной рукой молодого паренька за локоть. Двое пар глаз сразу бросились в сторону звука. Молот, что сидел, закинув ногу на ногу и тасовал карты, усмехнулся. Кощей лишь тяжело вздохнул, ведь Вершинин в который раз устроил разбой на общей спортивной площадке.

Такое повторялось и раза в раз. И сколько бы ему не говорили успокоиться, он не слушал. Сбивал костяшки о чужую человеческую плоть, не заботясь о последствиях. И Кощеев его понимал. Трудно сдерживать гнев, когда в душе полная пропасть.

В последнее время старшой часто вспоминал тот день, когда увидел бывшего одноклассника на пороге тюрьмы. Думал больше старых знакомых не увидит, пока на свободу не выйдет. А тут на тебе, сюрприз. Потом Костя Вершинин под дедовщину попал. Люди бывалые, не первый год отсидевшие избивали молодого паренька со всей силы. Потом больница, реабилитация и Вершинин в камеру к Кощею попадает.

Тогда то они и излили друг другу души. У одного девушка пропала, Николь, сразу после смерти своих родителей с сестрой как сквозь землю провалились. И как Вершинин не искал возлюбленную, так и не нашел. С горя напился и человека, совсем непричастного, на тот свет и отправил. В тюрьму казанскую попал. А там Кощея встретил, что год срок свой мотал. А у того тоже любовная драма. Оленька любимая один на один с Джавдой осталась, что так подло Костю в тюрьму отправил. Да все реже и реже письма пишет, может уже кого себе на стороне нашла, а говорить боится.

Вот так и подружились. Что-то общее в друг друге нашли.

Толкают Вершинина вглубь камеры, быстро захлопывая железную дверь, будто действительно боялись, что сбегут тюремщики. Кощей быстро взглядом своим пробегается по знакомой фигуре, хмыкает и встает. Вершинин только одну бровь вверх поднимает.

–Ну че, кто на этот раз под раздачу попал? - задает ему вопрос Кощеев.

– Долбаеб один в крысы меня записать хотел.- Вершинин как-то по дружески того по плечу хлопает, пусть и общались они в школе не много. – Теперь не захочет.

–А че так? - спросил Кощей, доставая из кармана тоненькую сигаретку Marlboro , что так дорого стоила в союзе. А в тюрьме так подавно такого добра не найдешь, да и нельзя в камерах заключенным курить.

Но как говорится: «Не пойман, не вор»

Вдыхая в легкие дым сигарет с ментолом, Костя присел на совсем неудобную, но уже такую привычную кровать, а глазами на небо сквозь окно и решетки смотрит. Зимний вечер, на улице рано потемнело. С темного серого неба медленными маленькими точками падет снег.

Костя часто в последнее время за пейзажем наблюдает. И сам себе вопросы задает.

Как оно, на свободе?

Как авторитет поднимать?

Маму с Отцом увидеть бы надо, да только как в глаза им смотреть?

А Оленьку как искать?

Как жить то в новом мире?

– Так что полежит на койке месяц, другой. - Костя Вершинин рядом с молотом садится, партейку в карты сыграть хочет.

А Кощеев происходящего не замечает, все сидит, дым в потолок пускает, да только мысли в голове перебирает, о жизни думает. Ему ж последний год сидеть осталось. А дальше что? Как жить?

Много вопросов, мало ответов. А самое главное, сердце воровское по первой и последней любви скучало. Оленька ему снится часто стала. О помощи его просит, спасения ищет в его душе.

Эти кудрявые волосы, что он любил на палец накручивать, губы пухлые, что всегда с нежностью его целовали, а глаза всю любовь показывали. Духи её любимые вспоминает. Цветочные. Лилии. Именно из Оленька получать на день рождения любила. Улыбалась самой яркой улыбкой и страстно целовала под фонарем в темный вечер.Такая нежная, красивая, любимая. Его.

«–Ты что,никогда на льду не была, тут все с горбами ездят,краса. - пошутил Костенька,пытаясь разрядить обстановку.

А Оленька и не слышала его, все хлопала своими ресничками, да любовалась им.

–Ты чего краса, любуешься мной? - опять нахальная улыбка и игривый взгляд. Васильева как ожила и тут же тараторить начала.»

«–Так ты что ,краса, обиделась,да? - улыбнувшись сказал он, подойдя к девушке. А она стояла,ресничками своими хлопала и на него высокомерно смотрела.

–На вас? Да что вы,как можно! - стояла насупившись,да все глаза закатывала. Вот же притворница! Хохотнув, Кащеев подошёл к ней вплотную.

–Искренне заверяю вас,что больше столь важное заведение без уважительной причины пропускать не буду. - улыбнулся он,крепко обнимая Оленьку. А та вся растаяла, всегда быстро прощала его.»

«–О, краса, и ты тут. - Костя улыбается сквозь боль в боку. Оленька ему неуверенно отвечает, аккуратно поднимает ткань, что всё это время накрывала Кощеева, и видит торчащий нож сбоку.

У девушки перехватывает дыхание, она опять закрывает глаза, борясь с наступающей истерикой.

–Оль, да ты не плачь, найдешь себе еще такого бедолагу.

–Дурак. -девушка открывает глаза и смотрит на этого невыносимого Костю, что своей улыбкой давно занял особое место в девичьем сердце.»

И эти счастливые сны били больнее любых ударов. Сердце тосковало по Васильевой. Только письма её отдушиной были, а когда и это прекратилось, Кощей смерти своей захотел. Благо Молот с Вершининым помогли из запоя выйти.

–Походу Коща опять в депресняк ушел. - сказал Молот, кидая последние карты на стол, во второй раз проигрывая Вершинину.

Тот голову свою в сторону друга повернул. И правда, сидит, сутулится, вроде на небо смотрит, но на самом деле мыслями своими не в этой комнате находится.

–По Оле скучает. –сказал Костя без запинки. Понимал он друга, сам по своей нике скучал. По светлым волосам, зеленым глазам, счастливой улыбке, заботливым ручкам, что цеплялись за его шею в томительном поцелуе. Вершинин и сам не заметил, как тоже по Князевой тосковать стал.

Глаза прикрыл и картинки из прошлого видел.

«Костя прислонился к вишни. Заметив её, бросил сигарету, затушил каблуком и поправил пиджак. На нем была та же форма, что и всегда. Синий костюм, но сегодня он сидел на нем с неожиданной элегантностью. И главное... на шее алел пионерский галстук. Князева округлила глаза. Она никогда не видела его на нем.

- Бегу! — крикнула девочка, преодолевая последние ступени.

Он поймал её, кружа в воздухе. Белые банты вспорхнули, смешавшись с лепестками вишневых цветов.

- Красивая ты у меня, Царевн, - прошептал он, опуская и касаясь губами её виска. - Моя выпускница.

Она рассмеялась. Руки сами потянулись к шее. Ника бережно поправила ему галстук.»

«–Привет, Царевн, -ответил он мягко.

Она подошла ближе. Взгляд упал на фиолетовое пятно под глазом. Он ловко забрал её портфель и было хотел идти, но почувствовал как тонкие пальчики осторожно провели чуть ниже пожелтевшего по краям синяка.

— Сильно болит? - прошептала Ника.
Костя замер, дыхание участилось. Карие глаза начали темнеть, но уголки губ предательски дрогнули и поползли вверх в настоящей улыбке.

–Не болит, - ответил он так тихо, что она едва услышала.»

«Парень остановился. Сжал плечи любимой и мягко развернул к себе. Взял её подбородок двумя пальчиками, чтобы она посмотрела на него.

— Ник, я всегда буду рядом. Смогу защитить тебя от неё. Она не тронет тебя, - сказал Вершинин твердо. Его слова не оставляли места для сомнений. В таких родных глазах светилось обещание. - Ты веришь мне?

— Верю... — прошептала девочка. — Я всегда тебе верю.

Костя снова взял Царевну за ручку и потянул в сторону школы.»

Молот покосился сначала на одного Костю, потом на другого, у которого сигаретка в руках догорала и тяжело вздохнул. Глаза закатывает, понимая что партейка в карты отменяется. Что ж тут поделать, если в камере два влюбленных идиота,у которых на пути ещё много проблем и любовных неудач.

По крайне мере, Молот точно знал, что тоска по любви пройдет. У всех проходила. Всегда. И у него прошла. Прошла же ведь, правда?

Наблюдать за происходящим мужчине не особо хотелось, потому отложив игральные карты, на койку свою лег, поворачиваясь спиной своей широкой к сокамерникам. И тоже почему-то одну девчушку вспомнил, которая шрам на душе оставила.

Через год Костя Кощеев на свободе оказался. Отсидел весь срок и решил дела делать, да думы думать как Оленьку искать. И нашел. В своей любви к ней тонуть стал, так же как и она в нем растворялась. Вопреки всему миру. Про сокамерников своих Кощей не забывал, передачки носил. Навещал. И медленно, но уверенно авторитет набирал

Через два года на свободе оказался Молот и Костя Вершинин.  Один с житейским опытом таких отсидок праздновать отправился. А другой в Казани остался. С диким желанием найти свою Нику и отомстить всему миру.

16 мая 1987 год.

В советском союзе дни рождения праздновали скромно, но со вкусом. Ведь у обычных честных граждан не хватало денег на роскошь, потому гости приходили к имениннику домой, принося с собой разные блюда.

Но если речь идет о бандитах,дела обстоят совсем иначе. Когда у кого-то из вышки криминального мира день рождение, а ещё лучше - юбилей, принято отмечать «дорого-богато», показывая всю стать и власть за прожитые года. Именно в такой теплый майский день 55-летие встречает Дед.

И отмечать он намерен по крупному и со вкусом. Отсняв огромный коттедж в Московской области, авторитет пригласил всех из своего круга. Стороной не обошло и Джавду, который как раз им и нужен.

Кощей знал о всех приглашенных гостях, потому надеялся, что Завтад возьмет с собой «свою» жену прямо в их ловушку. Ведь идти на юбилей к высшей знати, означает знать свод правил, не смея их нарушать. Одним очень важным пунктом для воров в законе на таких праздниках является:

• Имея законную супругу, вор в законе обязан выйти с ней в свет единожды и представить высшей знати.

Неповиновение данного пункта ведет за собой изгнание.

И как же все удачно складывалось, Джавды и Оленька выпадает именно на день рождение Деда. И Кощей ждал этого праздника больше всего в жизни. По его рукам и ногам течет ярость и месть, которую он преподнесет Джавде на блюдечке с золотой коёмочкой.

–Мне тут птичка нашептала, что видели его в 15 минутах езды от сюда. - тихо подошел Вершинин к Кощею сзади. Тот был в курсе всего грандиозного плана и решил принять непосредственное участие в его исполнении, опираясь на то, мол: «Пусть хоть у кого-то будет счастливый конец».

Кощей кивнул, опрокидываясь в себе граненный стакан с коньяком. Обернувшись к толпе гостей, стал головушку блондинистую выискивать. Как бы не хотелось, но Деда поздравить с законной супругой надо. Алена как раз где-то тут бегает, счастливая от того, что ее дядя такой масштабный праздник устроил.

Найдя совсем не родные голубые глаза, Кощей отправился к женушке своей.

–Пошли быстрей дядю твоего поздравим и дела делать будем. -шепотом на ухо сказал Авторитет, хватая девчушку за локоть.

Та как из холодной воды выпрыгнула и в реальности оказалась. До сих пор не привыкла к указам мужчин и кольце на пальце, что так давило.

Кивнула своей головушкой Алена и за мужем своим отправилась.

–Здрасте, дети мои. - уже чуть подвыпивший Дед с объятиями на молодую семью полезет. Те стояли и глазами хлопали, чувствуя как в душе отвращения к складывающейся ситуации вырастало.

Быстро поздравив старика, отвернулись и чуть ли не бегом от места событий ушли.

Алена и её хрупкое женское сердце не желало свадьбы. Точнее, желало только с одним. И этот единственный на празднике этом будет. Совсем один. Будет смотреть своим изучающим взглядом на нее и, сковывающее движения, кольцо.

От того страшно становилась, а по спине мурашки бегали. Совсем запутанной её жизнь стала. И как бы не любила Алена своего дядю, все равно на него злилась, ведь стала какой-то фишкой в чьей-то игре. Просто пешка в глупом и опасном криминальном мире.

А ведь так хотелось простой любви, нежность и спокойствия,а под боком был Он.

– Здарова Желтый, - радостно сказал Кощей, подимая руку совсем новенькому авторитету. – Прегляди тут за супругой моей, мне отлучиться надо. Дела.

Костя с самого первого дня понял, что Вадимка парень хороший. Ответственный. По тому доверять ему можно. Не кинет. А если вдруг такое случится, Кощей знал как с  предателем расправиться.

Вадим Желтухин только год в криминальном мире был, по наследству группировку получил. Дом быта, группировка, что находилась по соседству с Универсамом и новым Тяп-Ляпом, который через огромный труд Кощея, обрел новую жизнь. Потому дружить с соседями надо. А Вадимка ещё зеленый совсем, не знающий. Так что взял Костя под свое крыло пацана. Советы раздавал и водку по вечерам распивал, если время свободное было.

Наконец-то избавившись от блондинки, Костя к Вершинину подходит. Тот сидит за барным столиком и граненый стакан с коньяком вертит.

–Поздравил? - тихо спрашивает Костя Вершинин, когда видит, что друг рядом садится.

Кощей кивает головой и просит официанта такой же заказ сделать.

–Как думаешь, Дед этот поможет? -спрашивает Вершинин, поворачиваясь лицом к Косте. Тот как-то неоднозначно кивает, понимая что лучше горькую правду сказать, чем сладкую ложь.

–Может, а может и нет. Кто его знает. Мне вот от его помощи в подарок жена нежеланная досталась. А тебе может повезет, да Ника без препятствий найдется.

–Ты сам то в это веришь?- хмыкнул Вершинин, допивая янтарную жидкость.

–Главное, чтоб в это верил ты. - увернувшись, как и всегда - виртуозно, Кощей по плечу друга хлопает.

–Ладно, хватит нудить. У тебя тут встреча долгожданная намечается. - Костя Вершинин по коленям себя хлопает,резко взбадриваясь и со стула встает. Видно, что тяжело ему любовная тема давалась, не любил он эти сопли.

Собственно так же, как и Кощей, душу изливал только раз в жизни. Больше плакаться никто из них не станет, мол «Плачут только бабы, а мужик плечо свое подставить должен»

И пока двое друзей поджидали Джавду, в другом конце зала,в самой дальней комнате громко плакала Алена на плече у Вадима, что прижимая возлюбленную к себе и по голове гладил.

–Я же только тебя люблю, Вадим. - громкие женские рыдания раздались с новой силой. Блондинка уже не думала о испорченном макияже, о боли в ногах из-за высокого каблука туфель, ей бы только с ним, с Вадимом быть и никогда его не отпускать.

–Знаю, ангелок, знаю. - как-то обреченно говорит Желтый, понимая что их история закончилась так и не успев начаться.

–Давай убежим, уедем от сюда. Только ты и я. -сказала Алена, отрываясь от мужского плеча и с надеждой смотрит на возлюбленного. Казалось, она сходила с ума от своей любви, от несправедливости этого мира.

А Вадим с улыбкой на любимую смотрит, руками своими теплыми ее слезинки со щек убирает.

–Ангелок, ну что ты такое говоришь? Как убежим? Мы же с тобой сильные, да? - задал Желтый риторический вопрос. Алена закивала головой в знак подтверждения, совсем не понимая, что тонет в голубых, таких любимых и любящих, глазах.

–Ну вот, значит бороться за свое счастье должны. Может оно и к лучшему всё. -Вадим опять рыдающее тело у себе прижимает.

– Нет, не лучше, я люблю тебя, дурак.

–Я тоже тебя, ангелок.

Вадим с тяжестью на сердце отпускает Алену, смотрит в её светлые, невинные глазки и совсем не сдержавшись, целует. С болью, с горечью, с привкусом соленых слез. Он целовал блондинку не так, как прежде: с нежностью, с обещанием. Теперь поцелуй был прощальным. Вадим прощался с ней, с её светлыми прядями, голубыми глазами, счастливыми моментами и любовью.

А Алена это понимала, всем нутром чувствовала. Но глушила в себе эти чувство, стараясь запомнить каждую малейшую деталь его родного лица.

Ещё две разбитые души были на этом празднике. И сколько таких ещё будет?

Джавда, в деловом костюме входит в главный зал. Рядом с ним законная жена. Оля. Что была в черном платье на бретельках и кудрявым пучком на голове. Побои и синяки давно сошли с её кожи. Но то, что они оставили после себя внутри, никогда не уйдет.

Оля знала, что на это празднике будут все. Значит и Костя со своей женой. Васильева не хотела ничего знать про Кощеева и его новую избранницу. Обида была слишком сильна. И чтобы хоть как то её облегчить, Васильева намерена рассказать Косте о несостоявшемся ребенке, пока тот напивался в хлам на свой праздник.

Ребенок.

У нее мог быть ребенок, но из-за этого тупого криминального мира она осталась без возможности стать мамой. Она лишилась лучика света. Лишилась счастья, и даже любовь к Косте теперь казалась ненастоящей, ушла куда-то на второй план.

Подумать только, она любила столько лет одного человека, что так подло обианул и предал. Обещал спасти, найти, разобрать с Джавдой. Но как выяснилось, для него это были совсем пустые слова.

Любовь зла, полюбишь и козла.

Джавда украдкой поглядывал на бледное лицо жены и чувствовал вину за содеянное. Хотел бы как-то искупить, только вот не знает как. Проходя в еще один банкетный зал, мужчина сразу заприметил неладное.

Резко, совсем неожиданно, на пути Джавды и Оли видится до боли знакомая фигура.

«Ну здравствуй, Костя» - хмыкнула Оля, выравнивая свою, и так блестящую, осанку. Янтарные глаза сверкали яростью, а ногти на пальцах больно впивались в ладонь.