6

Диаспора Романова

Я поднялась наверх не для того, чтобы Валерио заснул на диване — хотя он, конечно, решил именно так.

Я поднялась, чтобы постелить ему постель.

Спальня, которую я выбрала, была гостевой, но я впервые использовала её по назначению. Белое постельное бельё пахло свежим хлопком и непрошеной близостью. На тумбочку — вода, новые полотенца, в ванную — гигиенические принадлежности. Как будто я ждала мужчину всю свою жизнь.

И только когда закрыла шкаф, осознала, насколько странно это выглядит. Я, которая никогда никого не пускает в дом, тем более на ночь, вдруг веду себя как жена, создающая уют.

Для меня было в новинку, что кто-то находится у меня дома. Что кто-то ночует. Что чьи-то мысли и тревоги сейчас связаны со мной.

Я действительно была напугана. Это не истерика и не каприз — страх всегда живёт тихо. Кто-то следил за мной. Я знала это ощущение слишком хорошо, чтобы ошибиться. И хотя догадывалась, кто мог оставить тот след, у меня не было доказательств. Только подозрения — а подозрения нельзя подать на стол.

Валерио сделал вывод, что это моя Анора. Я не спорила. Не потому что согласилась, а потому что спорить без улик — слабость.

Я даже завела кролика, чтобы не чувствовать себя такой одинокой фигурой на шахматной доске. Но, по иронии, кажется, он чувствовал себя одиноким рядом со мной.

Когда всё было готово, я спустилась вниз. На лестнице скрипели ступени — мои шаги всегда выдают меня дому, но не людям.

Он уже лежал на диване, но, заметив меня, резко поднялся — мгновенно, будто его выдернули из сна за ниточку. Инстинкты. Мафиози.

И тут я впервые поймала себя на том, что смотрю на него. Не украдкой — просто смотрю.

На нём была простая футболка, но тело под тканью было слишком выдающимся, чтобы одежда могла что-то скрыть: широкие плечи, грудь под дыханием, руки, будто созданные держать и ломать. Чистая функциональность. Без позы, без тщеславия.

Я поняла: мужчина, привыкший жить в костюмах, выглядит куда опаснее в хлопке.

— Я приготовила твою спальню. Иди за мной, — сказала я, стараясь звучать буднично.

— А разве я не буду спать на диване? — он почти ухмыльнулся, будто проверял.

— Конечно нет. Я же пошутила. Не так обращаются с гостями. И к тому же лорду Вашему Величеству вряд ли понравится диван.

— Ты меня переоцениваешь, — ответил он. Но голос стал чуть ниже, чем минуту назад.

Мы поднялись по деревянной лестнице. Я шла впереди, но чувствовала его взгляд на затылке — горячий, внимательный, без стука и разрешения.