8

Диаспора Романова

Я проснулась в час дня.

Сознание возвращалось медленно, будто нехотя. Свет за шторами слишком яркий, голова тяжёлая, гудящая — как после бессонной ночи. Я почти никогда не спала так поздно. И тело тут же напомнило об этом тупой, ноющей болью от затылка до самых чувствительных мест.

Анора сидела у своей миски и смотрела на меня с таким обвинением, будто я лишила её смысла жизни.

— Сейчас... — прохрипела я, спуская ноги с кровати.

Я насыпала ей столько зелени, сколько могла найти: салат, петрушку, рукколу. Пусть ест, пусть простит. Анора тут же уткнулась мордочкой в миску, громко зачавкала — всем видом показывая, что конфликт исчерпан.

Я налила себе горячий лимонный чай, обхватила чашку ладонями. Руки дрожали. Голова трещала. Тело болело — всё сразу, особенно между ног. Я старалась не думать о прошлой ночи. Стереть её, как страшный сон.

Но это не был кошмар.

Мне понравилось то, что между нами произошло. Мне действительно хотелось этого — его. И именно это пугало больше всего. Потому что желания имеют свойство цепляться и требовать продолжения.

А этого не должно было быть.

Я быстро приготовила завтрак — омлет с зеленью, тосты с маслом и мёдом, нарезала фрукты. Всё на автомате. Потом позвонила Марселле, уверенным голосом сообщив, что со мной всё в порядке. И что младший Витиелло ещё спит в спальне наверху.

Я села за ноутбук и стала искать фермы поблизости. Кролики. Аноре нужен был друг. Кто-то живой, тёплый, кто будет рядом, даже когда я снова уйду в себя.

— Я обещаю, найду тебе друга, милая, — сказала я, погладив её по мягкой светлой головке.

Она выглядела такой спокойной. Пушистой. Настоящей.

Я нашла ферму неподалёку: лошади, собаки, змеи, морские свинки, хомяки, куры... и кролики.

— Может, даже сегодня, — тихо добавила я, словно объясняя это не только ей.

— Доброе утро.

Я вздрогнула.

Валерио спускался по лестнице. Мокрые волосы, усталый взгляд, тени под глазами. Та же одежда. Он выглядел так, будто ночь не дала ему ни отдыха, ни облегчения.

Я поперхнулась чаем. Горячая жидкость пролилась на кожу, задела старые шрамы.

— Чёрт... — выдохнула я, резко наклоняясь к раковине.

Включила холодную воду. Валерио оказался рядом почти сразу. Его ладонь легла мне на спину — осторожно, бережно. Он достал полотенце и начал аккуратно промакивать кожу, не торопясь, не задавая вопросов.

— Спасибо, — сказала я тихо.

Щёки загорелись. В памяти вспыхнула прошлая ночь. Моя первая ночь с мужчиной.

На мне была та же чёрная ночнушка. Теперь мокрая, липнущая к телу.