Глава 49
Остаточный жар от выжженной земли ударил в лицо, смешиваясь с запахом грозы, которая только что разверзлась над пагодой. В ушах ещё звенело от грохота, перед глазами плыли багровые пятна, но уже знала этот почерк, словно Небеса решили ткнуть нас носом в то, что наш «отпуск» официально закончен.
Пустослов, превратившись в испуганную серую кляксу, попытался забиться мне под ханьфу, но лишь мазнула взглядом по светящейся подкове. Не собиралась стоять здесь и ждать, пока бюрократическая машина Столицы пережуёт моего мужа и выплюнет обратно, тем более что что-то внутри подсказывало: этого скоро не будет.
Сгруппировалась, чувствуя, как внутри закручивается тугая пружина духовной энергии. Резкий толчок от земли и мир вокруг смазался в безумный калейдоскоп. Гравитация на мгновение перестала существовать, а затем подошвы моих поношенных сапог с глухим стуком опустились на безупречно гладкие плиты из белого нефрита. Прыгать мне понравилось, к несчастью для небожителей, которых теперь точно буду посещать.
В центре улицы (без понятия какой, всё же в первый раз тут) прямо под аркой разыгрывалась сцена, достойная лучшего уличного театра. Се Лянь стоял в кругу, поправляя широкополую шляпу с таким видом, будто просто зашёл спросить дорогу. Вокруг него стеной застыли служащие небес, чьи лица выражали сложную гамму чувств: от священного ужаса до неприкрытого раздражения.
— Опять он! Да сколько можно-то?! — верещал какой-то бог войны какого-то ранга, чьё имя я, слава богам, не знала. — Весь Западный сектор тряхануло! Владыка только-только навёл порядок!
— Кхе-кхе... — Се Лянь неловко улыбнулся, пытаясь разгладить заплатку на рукаве. — Простите, я... я правда не хотел. Это вышло случайно. Просто чинил забор...
Не стала ждать, пока этот цирк наберёт обороты. Расталкивая плечами небожителей (они отшатывались от меня, как от чумной, ошалели от красоты просто), в три шага преодолела расстояние до мужа. Он заметил меня в последний момент, глаза расширились от удивления, но не дала ему вставить ни слова. Пальцы мертвой хваткой вцепились в его плечи, начала трясти так, что шляпа съехала ему на нос, прерывая извинения.
— Я! Не! Договорила! — прорычала, глядя ему прямо в глаза, игнорируя гробовую тишину вокруг. — Лянь, ты издеваешься?! Мы обсуждали вечное! Ты не можешь просто так взять и вознестись посреди предложения! Это хамство! И забор... ты хоть понимаешь, что ты с ним сделал?! Он разлетелся в щепки!