Глава 11
Тан Цзюньхэ только появился в первой школе, и каждое его действие приковывало к себе пристальное внимание. На переменах многие девушки, держа в руках контрольные по математике, подходили к нему якобы за консультацией, а на самом деле — чтобы завязать разговор. Но не прошло и нескольких дней, как энтузиазм одноклассников угас.
Тан Цзюньхэ перевёлся посреди года, характер у него был холодный, и он, по всей видимости, не горел желанием влиться в новый коллектив. Даже когда к нему обращались с вопросом, он лишь с невозмутимым видом доставал свою тетрадь, бросал: «Какой момент непонятен?», объяснял всё в двух словах, и на этом разговор заканчивался.
В таком отношении, впрочем, не было ничего предосудительного, ведь он никогда не выказывал и тени раздражения. Но именно эта холодная, отстранённая манера, будто происходящее его совершенно не касается, несла в себе подтекст: «Не трогайте меня, оставьте меня в покое».
Хотя первая школа Жуньчэна была всего лишь основной школой городского уровня, её слава гремела на всю страну. Ученики, попавшие в третий класс естественно-научного профиля, были лучшими из лучших. Здесь никто ни перед кем не заискивал, и уж тем более никто не собирался навязываться тому, кто встречает радушие ледяным безразличием. Это ведь как прижиматься горячим лицом к холодной заднице.
Постепенно в классе сформировалось два мнения о Тан Цзюньхэ. Девушки, отпугнутые его холодностью, пришли к выводу, что он тот, кого можно лицезреть издали, но нельзя осквернять близостью, и осмеливались обсуждать его только тайком, вполголоса. Парни же, видя его высокомерие, в душе злобно сплёвывали: «Подумаешь, перевёлся из третьей школы, чего так выпендриваться?», — и сбивались в стайку вокруг Фэн Бо и Чэнь Хао, явно его игнорируя.
Тан Цзюньхэ, которого наконец оставили в покое, не видел в этом ничего плохого. Напротив, он чувствовал себя не в своей тарелке в первые дни, не зная, как реагировать на проявление дружелюбия. Он давно привык быть в тени, в уголке, куда не проникает свет. В этой полутьме он пускал свои ростки, и отсутствие солнца лишь позволяло ему развиваться свободнее.