Глава 47
Тан Цзюньхэ спал, неловко примостившись на диванной подушке, крепко сжимая в объятиях учебник английского. Его ноги свисали, касаясь пола. Ян Сюань наклонился, забрал книгу и положил на прикроватный столик. Затем приподнял Тан Цзюньхэ над кроватью. Едва он это сделал, тапочки, свободно висевшие на ступнях, одна за другой с глухим стуком упали на пол. Не обращая на это внимания, Ян Сюань осторожно уложил Тан Цзюньхэ на середину кровати. Ресницы спящего дрогнули, словно он силился открыть глаза, но, не сумев побороть сон, перевернулся на другой бок и уснул крепче.
Ян Сюань некоторое время пристально смотрел на него, а затем протянул руку и взъерошил ему волосы. Он помнил, что в детстве младший брат был именно таким: если уж заснул, не добудишься. В то время Ян Сюань любил над ним подшучивать: засовывал ему в рот кислый виноград, от которого Тан Цзюньхэ передёргивало, или щекотал так, что младший не выдерживал и со смехом вскакивал. Впрочем, за исключением самого первого раза, когда брат сильно плакал, позднее он не обижался, понимая, что с ним шутят. С улыбкой подползал ближе, пытаясь забраться на Ян Сюаня, и они начинали возиться, сплетаясь в клубок.
Ян Сюань выпрямился, обошёл кровать с другой стороны и, подняв руку, выключил верхний свет.
***
На следующее утро, едва открыв глаза, Тан Цзюньхэ замер от увиденного — он провёл ночь в комнате Ян Сюаня! Более того, повернув голову, он обнаружил Ян Сюаня лежащим рядом на боку лицом к нему. Расстояние между ними было ничтожно мало, он даже чувствовал, как ровное дыхание Ян Сюаня касается его лица.
Глаза, в которых ещё не до конца рассеялся сон, резко распахнулись. Тан Цзюньхэ припомнил вчерашний вечер: он читал учебник, пока английские слова не начали расплываться перед глазами. Возвращаться к себе совсем не хотелось, и он всего на минутку прикрыл глаза, прислонившись к подушке. Кто бы мог подумать, что, открыв их снова, он обнаружит, что проспал в постели Ян Сюаня всю ночь.
Впрочем, засыпал он, кажется, не в этой позе... Тан Цзюньхэ отчётливо помнил, что сидел на краю кровати, и, даже когда он откинулся на подушку, его ноги стояли на полу. Получается, Ян Сюань уложил его на кровать?