Глава 3

Вкус, которого нет в Форксе

Утро в Форксе снова началось с плотного серого тумана, который будто окутал дома влажной дымкой. Воздух пах сосной и дождём. Эмилия сидела на краю своей кровати, перебирая в руках маленькую пустую коробочку из-под ирландских жвачек "Любовь это". На крышке была нарисована смешная пара, а под ней — фраза, которую она знала наизусть.

Айлин тихо постучала в дверь.

— Эмми, ты уже готова?

Эмилия подняла взгляд. В её зелёных глазах мелькнула усталость.

— Да… почти.

Айлин подошла ближе, села рядом и посмотрела на коробочку.

— Ты снова с ними.

— Я просто… привыкла, — пробормотала Эмилия. — Когда папа покупал их мне, день всегда будто начинался правильно. В Ирландии они были везде. А здесь… будто исчезли.

Айлин погладила её по плечу.

— Если хочешь, можем заказать их. Или попросить знакомых прислать.

Эмилия покачала головой.

— Это не то же самое. Папа всегда приносил их неожиданно. Он говорил, что маленькие вещи делают день большим.

Айлин улыбнулась, но в её глазах светилась грусть. Эмилия росла, а память о маленьких радостях казалась вдруг чем-то драгоценным и хрупким, что легко потерять.

— Давай хотя бы попробуем сделать этот день хорошим без жвачек, — сказала она тихо.

Эмилия пожала плечами, но ничего не ответила.

На улице загудел старый красный пикап Беллы. Девушка ждала у ворот, слегка помахав рукой Эмилии.

— Иди, дорогая, — сказала Айлин. — И постарайся… не грустить целый день.

Эмилия натянула рюкзак и вышла.

— Привет, — сказала Белла, когда Эмилия села в машину. — Ты как-то… тише обычного.

— Всё нормально. Просто утро, — попыталась улыбнуться Эмилия.

Но Белла видела: что-то не так.

— Если не хочешь говорить, я не буду спрашивать, — сказала она мягко.

Пикап заурчал, и они поехали в сторону школы. По дороге Белла включила тихую музыку, больше чтобы заполнить тишину.

Через несколько минут Белла осторожно спросила:

— Тебе здесь… трудно привыкнуть?

Эмилия смотрела в окно. Мокрые ели, дома, скрытые в тумане, узкая дорога.

— Знаешь, иногда маленькая вещь может испортить день. Или улучшить, — сказала она после паузы. — В Ирландии мой папа часто покупал мне жвачки "любовь это". Они смешные, детские, но… если я брала одну, день становился лучше. А здесь их нет.

Белла моргнула.

— Жвачки?

— Да. Звучит глупо, я знаю.

— Нет, — Белла покачала головой. — Совсем не глупо. Я тоже скучаю по маленьким вещам из Аризоны. По запаху жареной кукурузы на ярмарках. По сухому воздуху, который был как горячее одеяло. Здесь такого нет. И иногда кажется, что чего-то не хватает.

Эмилия благодарно улыбнулась — впервые за утро.

— Спасибо, — сказала она тихо.

Пикап Беллы въехал на школьную парковку. Некоторые ученики уже стояли группами, обсуждая последние сплетни, кто-то смеялся слишком громко, кто-то курил за спортивным корпусом.

Как только девушки вышли из машины, к Белле устремились несколько знакомых лиц.

— Белла! — крикнула Джессика Стэнли, размахивая рукой, хотя стояла в пяти шагах. — Мы думали, ты заболела!

— Ага, — вторил Эрик Йоркки, поправляя очки. — Или что у тебя новые соседи, и ты решила скрываться от мира.

Белла закатила глаза.

— Очень смешно. Я просто… подвозила Эмилию.

Джессика мгновенно переключила внимание на Эмилию, оглядывая её с ног до головы.

— О, так это та самая новенькая! Ты переехала в дом напротив Беллы? Я Джессика. Но можешь звать меня Джесс.

— Привет, — сказала Эмилия, чувствуя, как взгляд Джессики слишком долго задерживается на её лице. — Да, мы переехали недавно.

Майк Ньютон, который стоял рядом, внезапно шагнул ближе.

— Майк, — представился он так, будто ожидал непрерывного восхищения. — Если что, я могу помочь тебе с чем угодно. Показать школу, помочь найти классы, ну и…

Белла едва слышно простонала.

— Майк, хватит.

— Что? — он сделал вид, что не понимает.

— Она новенькая, — сказала Белла. — А не свободная территория.

Майк обиженно надулся, но отступил.

— Прости за них, — прошептала Белла Эмилии. — Они иногда… слишком.

— Это нормально, — ответила Эмилия. — В Ирландии было так же. Новенькие всегда как магнит.

Джессика на секунду отвлеклась от собственного монолога и спросила:

— Ты из Ирландии? Правда? Вау. Там ведь красивые замки, да? И зелёные холмы?

Эмилия улыбнулась чуть шире.

— Да. Очень красивые. И тумана столько же, сколько здесь.

— Супер! — Джессика подпрыгнула. — Может, ты расскажешь как-нибудь? Я люблю такие истории!

Однако в этот момент их внимание было резко отвлечено. По парковке медленно проехала чёрная машина. Из неё вышли пятеро — идеально красивые, будто не отсюда. Каллены. Все разговоры вокруг затихли.

Эмилия ощущала, как воздух стал плотнее. Она не могла понять, почему эти люди притягивают взгляды так легко.

— Кто это? — тихо спросила она.

Белла хмуро посмотрела на Калленов.

— Семья. Усыновлённые. Очень странные. Очень красивые. Очень… отстранённые.

Эмилия почувствовала лёгкое напряжение внутри.

— Странные — это как?

Но Белла не успела ответить. Джессика уже перебила:

— Они ни с кем не общаются. Никогда ни с кем не встречаются. Хотя могли бы. Они… ну… словно думают, что лучше всех.

Эмилия снова посмотрела на них. Что-то в их взглядах было холодным, будто они видели больше других, но ничего не собирались рассказывать.

Она глотнула воздух — и вспомнила о пустой коробочке "любовь это" в своём столе. Как будто весь день держался на ней, а теперь он рушился, потому что нет привычной сладости утра.

Белла, заметив перемену в лице Эмилии, тихо спросила:

— Ты в порядке?

— Да, — выдохнула Эмилия. — Просто… здесь всё новое. И я пока не знаю, как ко всему привыкнуть.

Белла коснулась её локтя.

— Всё будет хорошо. Я рядом. И, честно… некоторые дни здесь бывают лучше, чем кажутся утром.

Эмилия почувствовала, как напряжение внутри немного отпускает. Даже без ирландских жвачек день мог стать хорошим. Особенно если рядом была Белла.

Но она ещё не знала, что совсем скоро узнает: настоящий вкус судьбы гораздо горьче и сладче любой жвачки. И что Каллены не просто странные люди, а часть того мира, в который ей придётся войти.