Лифт

Всю душу испещрили...
Всю —печатями своими...
Чтобы душа болела...Умерла...
(Олег Севастьянов)

Бизнес-центр «Ковчег» был старым, высоким, в десять этажей, зданием, единственным на всю округу. Сейчас такие уже не строили... Оглядев здание снизу вверх, Джолет вошёл через парадный вход. В просторном светлом фойе не было администратора, зато позади пустующей стойки располагался список организаций в здании. Издательство «Империя» находилось на последнем, десятом этаже.

Джолет подошёл к лифту и нажал кнопку вызова. Как ни странно, лифт правда приехал. Оказавшись внутри тесной, тёмной кабинки, Джолет нажал на кнопку последнего этажа и, опершись о стенку, задумался. Ехать предстояло долго — это был очень старый и очень медленный лифт.

Джолет мысленно вернулся в детство. В те годы он жил в Драчеве, который тогда имел статус столицы Рутенской Империи. Но власти Империи всеми силами пытались сохранить изжившее себя единство. Диакон Казикур был одним из главных идеологов кровавого подавления любых помыслов о сепаратизме. Его книги издавались миллионными тиражами, его язык пленял, а пропаганда была утончённой и ненавязчивой. Под влиянием книг Казикура Джолет, как и многие другие молодые горячие головы, даже вступил в имперскую полицию. И это несмотря на то, что его родители были яркими политическими борцами за независимость. Он понял, как ошибался, только когда Империя приказала убивать. Понял — но было уже поздно: тысячи отравленных пропагандой молодых ребят не постеснялись применить оружие.

В итоге Империя всё равно развалилась, поскольку уже давно дышала на ладан. Её кровавая полиция — и руководители, и исполнители — понесли заслуженное наказание. Её идеологи были приравнены к преступникам и навсегда утратили свой политический вес. Единственным, кто избежал наказания, был диакон Казикур. Единственное, чего он лишился, — это своей должности в церкви, и то по совсем иным причинам. Что касается его проимперской агитации, он не только не принёс никакого покаяния — он остался при своих убеждениях. И, судя по тому, что теперь сотрудничал с издательством, само название которого должно было повергать в шок здравомыслящих рутенцев... Впрочем, тяжёлый экономический кризис, который переживала страна после краха Империи, способствовал росту реваншистских настроений. Если Казикур решил снова начать писать книги — значит, он собирается эксплуатировать эти деструктивные идеи...