Глава 2: Обряд и оковы

Первым ощущением была боль. Острая, пульсирующая боль в висках, где кровь прилила от долгого висения вниз головой. Вторым – запах. Едкий дым костров, смешанный с ароматом жареного мяса, запах кожи и какой-то незнакомой травы. Эдгар медленно открыл глаза. Мир перевернулся с ног на голову в самом прямом смысле.

Он висел, привязанный за ноги к длинному шесту, вместе с кем-то еще. Его собственная кровь гудела в ушах. Рядом, в такой же унизительной позе, болтался Фэнг. Его повязка съехала на лоб, открывая уродливый, багровый шрам, пересекающий правую глазницу. Он уже пришел в себя и молча, с ненавистью оглядывал все вокруг.

– Проснулся, приятель? – голос Фэнга был хриплым и полным яда. – Прекрасный вид, не правда ли?

Эдгар попытался пошевелиться, но крепкие сыромятные ремни впились в его лодыжки. Они висели на краю лагеря команчей. Десяток кожаных человечков стояли полукругом, вокруг центрального костра и их тени плясали. Воины с невозмутимыми лицами, украшенными боевой раскраской, чистили оружие. Женщины занимались бытом. Дети, прекратив игру, с любопытством поглядывали на двух белых, висящих, как туши оленя после удачной охоты.

– Где... золото? – первое, что просипел Эдгар.

– А тебе еще не надоело? – Фэнг фыркнул. – Из-за тебя и твоей жадности мы здесь! Если бы не твоя погоня...

– Я? – Эдгар дернулся, заставляя шест качнуться. – Это ты, как одержимый, скакал сюда, не разбирая дороги! Кричал что-то шерифу, как последний шут!

– Я отвлекал его! А ты... ты даже попасть из своего кольта не смог! – Фэнг попытался развернуться, чтобы быть лицом к Эдгару, но безуспешно.

– Замолчите.

Голос был спокоен, но в нем была такая сила, что оба бандита мгновенно замолчали. К ним подошел старый индеец. Это был Вождь. Его лицо было покрыто глубокими морщинами, словно карта сухой прерии, а глаза смотрели с бездонным, холодным спокойствием. На нем не было воинственных перьев, лишь простое одеяние из кожи, но авторитет исходил от него почти осязаемо.

– Вы пришли на Священную Землю Предков, – заговорил Вождь, его английский был безупречным, с легким акцентом. – Землю Молчаливых Духов. Ваши копыта осквернили ее. Ваш шум спугнул покой.

– Мы не хотели... мы просто проезжали, – попытался соврать Эдгар.

Вождь посмотрел на него, и Эдгар почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот взгляд видел его насквозь.

– Ложь – второе осквернение. Духи земли жаждут очищения. Кровь должна быть пролита.

Сердце Эдгара упало. Фэнг выругался сквозь зубы.

– Но закон наших Отцов дает шанс даже чужаки, принесшим несчастье, – продолжал Вождь. – Вы не умрете от ножа или стрелы. Вы станете жертвой по воле духов. Вы будете отпущены в каньон. Если Духи примут вашу смерть как искупление – земля очистится. Если вы выживете... значит, такова их воля. Это ваше перерождение.

С этими словами Вождь развернулся и ушел. Лагерь жил своей жизнью, будто двух приговоренных и не существовало.

Прошло несколько часов. Солнце поднялось высоко и начало нещадно палить их перевернутые лица. Жажда становилась невыносимой.

– Надо выбираться, – скрипя зубами, прошептал Эдгар. – Смотри, охрана меняется каждые два часа.

– А мне посмотреть не на что, кроме пыли под твоими сапогами? – огрызнулся Фэнг.

– Перестань! – резко сказал Эдгар. Раздражение копилось в нем с каждой минутой. – Ты только ноешь! Предложи что-нибудь! Или у тебя в голове опилки?

– А ты думаешь, только ты один что-то придумать можешь? Шулер...

В этот момент мимо них пронесли их мешок с золотом. Двое молодых воинов несли его к краю лагеря и с безразличным видом высыпали содержимое в старую, пыльную кожаную сумку, стоявшую рядом с кучей прочего хлама – сломанных стрел, старых одеял. Блестящие монеты и самородки упали туда с глухим стуком, ничуть не более ценным, чем куски ржавого железа.

Фэнг замер, его единственный глаз расширился от изумления.

– Смотри... они... они его просто выбросили. Как мусор.

Эдгар, несмотря на свое положение, тоже не мог скрыть шока. Вся их погоня, риск, пули... а для этих людей это ничего не стоило. Это был культурный шок, поразивший их обоих глубже, чем любая угроза.

– Безумцы, – прошептал Фэнг. – Совершенные безумцы.

Но в его голосе вдруг послышались нотки не только недоумения, но и азарта. Он замолчал, внимательно наблюдая за лагерем. Эдгар, изнывая от раздражения, уже хотел снова его обругать, но Фэнг вдруг заговорил тихо и быстро:

– Ладно, слушай, пончо. План есть. Видишь ту кучу, куда они выкинули золото?

– И что? – буркнул Эдгар.

– Оно лежит рядом с нашим оружием. Я видел, как туда же бросили наши кольты и ножи. Охрана смотрит на вход в лагерь, а не на мусор у тыльной стороны. Когда стемнеет и сменится караул, будет небольшая суматоха. Они разведут еще один костер. В этот момент... – Фэнг изложил свой план. Он был безумным, отчаянным, но это был единственный шанс.

План был прост до гениальности. Используя раскачку, они должны были синхронно двигаться, чтобы их шест соскользнул с подпорок. Падение с высоты было болезненным, но не смертельным. Главное было сделать это тихо. Потом, ползая спинами друг к другу, они могли попытаться перерезать веревки тем осколком камня, который Эдгар разглядел в пыли прямо под ними.

Когда солнце село и синева сумерек сменилась чернотой ночи, они начали действовать. Раскачиваться, связанным вдвоем, было адски сложно. Шест скрипел, веревки впивались в ноги.

– Раз, два... – шептал Эдгар, координируя их усилия.

– Тихо, черт бы тебя побрал! – шипел в ответ Фэнг.

Наконец, с глухим стуком шест съехал с козел, и они рухнули на землю. Удар выбил из них воздух, боль пронзила плечи и головы. Лежа в пыли, они несколько минут просто дышали, приходя в себя.

– Жив? – прохрипел Фэнг.

– К сожалению, – откликнулся Эдгар.

Они поползли, спинами друг к другу, к заветному камню. Процесс был мучительным. Пальцы затекали, острый край камня резал им запястья, но они по очереди пилили ремни на своих руках. Наконец, с последним щелчком, они освободились.

Как тени, они метнулись к куче хлама. Сердце бешено колотилось. Эдгар нащупал холодную рукоять своего кольта. Фэнг схватил свой и тут же сунул за пояс. Потом они принялись набивать карманы и пустые подсумки золотом. Жажда наживы снова затмила здравый смысл.

– Хватит, пора! – прошипел Эдгар, видя, как Фэнг пытается затолкать в себя еще один тяжелый самородок.

В этот момент их заметил мальчишка, вышедший изо угла. Его глаза округлились, и он издал пронзительный крик.

Лагерь взорвался. Крики, вой, топот ног. Эдгар и Фэнг, набитые золотом, рванули прочь, в темноту, откуда приехали. Сзади послышался свист стрел. Одна вонзилась в землю в сантиметре от ноги Эдгара.

Погоня была адской. Они бежали по неизвестной местности, спотыкаясь о камни, хватаясь за колючие кусты. За ними неслись тени воинов, бесшумные и быстрые, как призраки. Стрелы свистели все чаще.

– Делиться будем? – крикнул Фэнг, запыхавшись.

– Как же, сейчас! – рявкнул в ответ Эдгар.

И в этот момент в его голове созрел подлый план. Он немного притормозил и толкнул Фэнга под руку прямо на пути одного из воинов.

– Что ты делаешь, ублюдок?! – взревел Фэнг, едва увернувшись от подлого толчка.

В ответ Эдгар лишь усмехнулся. Но месть не заставила себя ждать. Фэнг, отскакивая, наступил на ногу Эдгара, и тот полетел лицом в пыль. В этот миг в его плечо впился не стрела, а маленький, почти невесомый дротик. Та самая снотворная отрава.

– Ага! Получил, сволочь! – злорадствовал Фэнг.

Он рванул вперед, не оглядываясь. Эдгар, чувствуя, как по телу разливается свинцовая слабость, с трудом поднялся. Он видел, как Фэнг удаляется, и ярость придала ему сил. Собрав последние остатки воли, он рванулся за ним и в отчаянии схватил за болтающийся мешок с золотом на поясе Фэнга.

– Отдай! Это мое! – закричал Эдгар, его голос уже был заплетающимся.

– Отстань! – Фэнг попытался вырвать.

В этой грызне они не заметили, как земля под их ногами внезапно провалилась. С грохотом и треском они рухнули вниз, в темноту, прямо в несколько старых, ржавых вагонеток, стоявших на рельсах. Мешки разорвались, и золото с грохотом рассыпалось по металлическому дну. От удара вагонетки с грохотом тронулись с места и покатились вниз по наклонным рельсам, унося их в черную пасть тоннеля.

– Что... что это? – прохрипел Эдгар, едва держась от беспамятства.

– Заброшенные шахты! – крикнул Фэнг, цепляясь за борт вагонетки, которая набирала скорость.

Они неслись в полной темноте, подпрыгивая на стыках рельсов, а позади них с оглушительным грохотом обрушился свод тоннеля, заваливая вход камнями и землей. Преследование было отрезано. Но и выход тоже.

Вагонетка со скрежетом остановилась в какой-то подземной камере. Фэнг, как ошпаренный, выпрыгнул из нее. Эдгар, полностью ослабленный ядом, с трудом выполз, обливаясь холодным потом. Он рухнул на землю, не в силах пошевелиться.

Огляделись. Они были в ловушке. Глубоко под землей. Вокруг – сырые стены, деревянные подпорки, покрытые плесенью, и полная, давящая тишина. Воздух был спертым и пыльным.

Фэнг подошел к завалу и ткнул в него ногой. Ничего. Сплошная каменная стена.

– Великолепно, – его голос прозвучал громко в гробовой тишине. – Просто великолепно. Из огня да в полымя. Сначала висячие мешки с мясом, потом погоня, а теперь... гроб под землей. Поздравляю нас.

Эдгар лежал на спине и смотрел в черноту потолка. Слабость медленно отступала, оставляя после себя пустоту и холодный ужас.

– Воды... – просипел он.

– Ага, сейчас принесу, – язвительно бросил Фэнг. – У меня тут целое озеро в кармане. Или ты свое золото пить собрался?

Он пнул один из самородков, валявшихся на полу рядом с вагонеткой. Тот звякнул и покатился в темноту.

– Если бы не твои шулерские руки... – начал Фэнг.

– Если бы не твоя тупость... – тут же парировал Эдгар, с трудом приподнимаясь на локте. – Ты мог бы просто отдать золото и мы бы разбежались!

– И позволить тебе им завладеть? Мечтай!

– Мы бы его поделили, идиот!

– Делиться с тобой? Ты же попытался бы меня подставить при первой же возможности! Ах да, Ты это уже сделал!

– А ты что сделал? Оставил бы меня там с этими дикарями!

Их голоса гремели под сводами пещеры, отражаясь эхом. Они переругивались, выплескивая всю ярость, страх и отчаяние. Но с каждой минутой громкость их криков спадала. Эхо отвечало им лишь зловещей тишиной. А запах золота, смешанный с пылью, уже не казался таким сладким.

Наконец, Фэнг, выдохшись, прислонился к стене и медленно сполз на землю.

– Ладно, – он выдохнул. – Хватит. Мы здесь. Одни. В ловушке. Ни воды, ни еды. И тот факт, что ты кретин, а я гений, нам сейчас не поможет.

Эдгар с трудом сел, прислонившись к колесу вагонетки. Он смотрел в темноту, где лежало их проклятое сокровище.

– Рельсы... – тихо сказал он. – Они же куда-то вели. Может, есть другой выход?

Фэнг усмехнулся, но уже без злобы.

– Гениально, Шерлок. А я и не догадался. Только вот вагонетка одна, а тоннель, похоже, разветвляется. В какую сторону поедем? Направо, где нас ждут приветливые команчи, или налево, в неизвестность?

Они замолчали. Тишина снова сгустилась вокруг, теперь уже не прерываемая их криками. Она была страшнее любой погони. Она была звенящей и абсолютной.

– Временное перемирие? – наконец, скрипя зубами, предложил Эдгар. – До тех пор, пока не выберемся отсюда.

Фэнг долго молчал. Потом тяжело вздохнул.

– Временное, – согласился он. – Но только до первого выхода на поверхность. Потом... потом мы сведем счеты.

– Договорились, – кивнул Эдгар.

Они сидели в темноте, два заклятых врага, связанные теперь не веревками, а общим страхом и инстинктом выживания. Их вражда никуда не делась. Она лишь затаилась, как гремучая змеа в камнях, ожидая своего часа. А пока что впереди их ждала только непроглядная тьма заброшенной шахты и звенящая тишина, нарушаемая лишь их тяжелым дыханием.