Крах Шертхальма, часть 4

Бурлящая, будто вода чёрная биомасса простиралась на такое расстояние, что ей небыло видно и конца и края. По черной плоти, усеянной шипами, зубами и глазами, передвигались по рою так, будто они не часть одного огромного сверх организма с коллективным разумом, а отельное существо. Возможно, этот сверх организм настолько уникален и сложен, что каждый заражённый, зуб, глаз и орган в нем является на самом деле отдельным от роя существом, а черная плоть играет в роль терраформирователя новой среды специально для них, такой, что Земля никогда не видела. Помимо их, по рою, окутанные плотью настолько, что это выглядело так, будто ходят колоны, передвигались заражённые. Чем ближе был центр коллективного разума, тем эти существа были больше по сравнению с теми, что начнут терроризировать Вегиммиию через 15 лет. Но, до начала совместного вторжения надо дожить и подготовить все необходимое, к примеру - собрать семена для их дальнейшего подселения в молодняк. Группа из нескольких людей прилетела сюда на дирижабле,  в самое сердце коллективного разума , который был размером с город, чтобы начать подготовку к скорому вторжению(но, они действовали крайне осторожно, ибо плоть без колебаний поглотила бы и их). Его высота простиралась на несколько километров и сам он не имел чёткой формы. Вместо внешнего вида, нечто, что когда-то было человеком и стало причиной появления Орды, сделало ставку на полный функционал и пользу каждой детали. Огромные "трубы" бурились прямо в недры земли, выкачивая от туда черную плоть для роя, которая создаётся в расколах и многое другое. Возможно, даже здесь, каждый элемент, был собственным организмом. Настолько это уникальное существо!
Дирижабль пролетал над сердцем коллективного разума, при этом несколько членов экипажа постоянно вели огонь из пулемётов, так как организм, пытающийся подчинить и терраформировать под себя всю планету, включает в свой состав даже птиц, пролетающих рядом с помощью органов, похожих на обелиски и выстреливающих в животных биологической массой и беря их под свой контроль. Экипаж сменялся по очереди, потому что пока они не пролетят эту территорию, им нужно вести огонь 24/7. Сбив ещё один обелиск, пулемёт перегрелся, пулемётчик встал со своего места и подошёл к большой цистерне, на которой была нанесена надпись "только для пулемётов". Внимательно наблюдая за другими стрелками, дабы те не прекратили следом за ним, начал наливать в ведро воду и попутно разговаривая с главным организатором миссии. В пределах этого дирижабля разговоры на счёт предстоящей операции настолько часто обговаривались, что все члены экипажа устали от них и захотелось поговорить о чем-то бытейском, но, мысли по поводу операции иногда проскальзывали даже в таких разговорах:
- Ты настолько занят нашей операцией, что не можешь воспринимать семью как семью?
- Ты о чём, Леха?
Мужчина 30 лет с головой окунулся в грядущую революцию мирового порядка, что, полностью забил на свой внешний вид и не только. От такой жизни, его борода, которую он всегда стриг, без ухода, выросла очень уродливой, скрыв под собой усы, за которыми он до начала своего сумасшествия, в отличие от бороды, следил. Голову он практически не мыл: белые волосы слиплись и висели вниз, как сопли. Но, нельзя ничего сказать плохого о его одежде, она у его была опрятной и элегантной.
- Да ты просто вспомни, какой твоя жизнь была до связи с ними и ордой. Да даже после, некоторое время, твоя жизнь не была сплошной зубрежкой материалов, в которых все написано на давно вымершим языке. Просто вспомни, как мы вместе собирались, чтобы обсудить наши планы и как весело заканчивали эти обсуждения! Как нас пытались разогнать и мы прятались где только можно, как ты встретил Марию, сыграли свадьбу и у тебя появился ре...
- Пойми ты, Лёха, что настоящая политика и подготовка к революции, это не сборы нескольких человек в подвале и дальнейшая выпивка до потери сознания, чтобы нас не услышали полицаи. То, что мы делаем сейчас, является самой настоящей жизнью подпольщиков - диверсантов и вы должны были это понимать. Про Машу ты так не говори, не зная, либо забыв, мы изначально планировали ребёнка, чтобы он стал участником операции. Пока вы видели в этих сборах просто посиделки с друзьями, я сразу готовил и планировал всё.
- Ну вот, ты подтверждаешь мои слова о том, что ты перестал видеть в семье семью, Лео. То есть, получается, ты в самом начале рассказал Маше о своих намерениях и она согласилась? Бред. Ты либо сейчас пытаешься держать образ и говоришь чушь, либо у вас было все нормально, но, потом, наука в голову ударила вам обоям. Я, Ганс, Карл, Фрид и другие помним, с чего начинались твои отношения с ей, хватит врать и по возвращению домой приведи себя в порядок и сходи с ей в ресторан или просто помоги ей с ребёнком.
Кай отвернулся от Лео и продолжил набирать воду для пулемёта. Краны сломались, поэтому, ему пришлось стоять здесь ещё очень долго. Лео бесила такая наглость Алексея, что он решает, как он должен распорядиться своей жизнью и встав со своего места и чуть не упав от резкой тряски, не на шутку рассердился на своего друга.
- Бред, говоришь, бред?! Я сейчас работаю больше вас всех, чтобы, наконец, привести нас к победе и уничтожить Вегиммию раз и навсегда и делал абсолютно все для этого, чтобы что? Ты сейчас тут стоял и решал, что мне делать с моей женой и ребёнком?
Услышав крики, несколько пулемётчиков повернулись в их сторону и это заметил Лео. "Чего уши развесили? Стреляем дальше, или хотите, чтобы нас убило здесь? Стреляем стреляем!"
- Ты, Алексей... Как так живёшь, без цели, к которой ты рвешься всеми силами? Изначально, наши планы же были таковыми. Но, среди нас, для этого, делаю только я.
- Спокойно. Я понимаю твой гнев, но и ты пойми меня, нас всех. Мы все стремимся к нашей цели, но, мы не зацикливаемся на этом. У нас есть семьи, у некоторых дети, у некоторых вообще внуки, но мы же не готовим их с пелёнок к целям, которые хотим лично мы? Мы просто хотим жить со своими детьми как люди и возвращаться к им после работы. Как раз той, про которую ты мне говоришь - наша цель. Если бы мы не шли за ней, то, сейчас эти ребята и я с тобой не пролетали в самом центре Черной Орды, расстреливая её. Просто будь проще, Лео. Я не заставляю тебя следовать моему указу, но подумай, каким станет твой ребёнок, если ты ему с самого детства будешь вбивать только информацию о революции?
- Вальтер станет прекрасным воином, который даст начало и уничтожит Вегиммию. Мне всё равно на твои слова, мы должны идти к цели и придти к ей как можно раньше, иначе мы не успеем к моменту, когда Чарли будет не остановить.
- Дружище, ты совсем перегрелся. Какая Чарли? Сядь, успокойся и подумай о всём, что мы сейчас обговорили. Но по возвращению, все же, правда, погуляй с Машей. Если тебе она безразлична, то она точно имеет к тебе чувство.
- А и вправду, какая Чарли. Странно. Просто спонтанная мысль в голову пришла. Ладно, подумаю. Иди уже на позицию, вот у тебя через край литься уже начало!

Почти час ночи. Ночи здесь тихие, на территории Шертхальма, особенно после увольнения сотрудников и гибели руководства с личным составом ещё несколько дней назад. Эта тишина была даже там, где были люди. Она пробиралась сквозь каменные стены и создавала странную, немного напрягающую и уютную атмосферу, а эффект усилился тогда, когда тишина царила и в пределах самого штаба. Зигфрид, Рудольф и София сидели в одной, но достаточно большой темнице на деревянных, почти разваливающихся стульях. Но, их никто не посадил за решётку за правонарушение или в качестве штрафных мер. Сидели здесь они потому что ждали, когда пробудится Вальтер.
Зигфрид, с учётом его размеров, на фоне дряхлого стула ещё времён Священной Римской Империи, спящим, но, постоянно вздрагивающим от любого скрипа стула, боясь, что она развалится, выглядел очень комично. Не спали и не хотели(хотя, у их всех, кроме часового было право пойти спать в казармы) Рудольф и София, сидящие впритык друг к другу, пока Зигфрид сидел на другом конце камеры и вдвоем читали газету 19 летней давности, за 500 год, найденную на небольшой тумбочке здесь же. "Власть Крюгера на волоске! За народ, свободу, Германию и право!" Гласили строчки, отсылающие к крюгерским восстаниям, где нашлось место и восстанию борцам за свободу, ака так называемые "демократы". Совершенно новая для Вегиммии идеология, но, неизвестно каким способом, нашедшая распространение тогда. Читать было очень некомфортно, особенно Рудольфу. София постоянно закрывала ему обзор своими волосами и мешала читать своим достаточно жутким дыханием, а сам Бисмарк, хоть и бездельник - оборванец, но очень оценил книги со чтением и если ему приходилось читать даже состав хлеба с консервами, он относился к этому очень трепетно, можно сказать, как к ритуалу или традиции. Такое уже не сказать о Софии, которой было абсолютно всё равно, при каких условиях ей читать. Запах тающего воск от свечи добавлял особую атмосферу этому событию.
София дышала ему чуть ли не на ухо и он не обращал внимания на другие звуки, бывшие в этой комнате и не заметив, что сейчас так громко дышала уже не венгерка, а Вальтер, выживший тогда. Буквально несколько часов, его травмы были не совместимы с жизнью, но, солдаты убедились, что он был живым и создав пар, смогли скрыться с его телом. Почти все раны были расставлены, даже часть лица, которую он потерял ещё при битве за Данциг (она была восстановлена ещё давно, но,  они не знали о таких способностях Вальтера и под маской восстановленного лица небыло видно). Критические повреждения были восстановлены и остались только меньшие, по типу пальцев и волос, которые росли прямо на глазах на ту же длину, которая была до их сожжения. "- Опять СИЗО? Ян, только не трогай меня, я ничего ещё не сделал" увидев, что находится в камере и не полностью придя в себя, сказал Вальтер вслух и только тогда сидевшие здесь подорвались и подошли к нему.
- Стой, стой! Потом встанешь, ложись.
Только проснувшись, он тут же сел на кровати и солдаты принялись его улаживать. Месту вопросов "где я?" Здесь не оказалось. Вальтер всегда приходил в себя достаточно быстро и ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что происходит. Напарники смотрели на его сверху вниз так, будто они врачи и собираются делаться операцию, но, просто ждали, пока кто-то них что-то спросит, либо он сам откроет свой рот.
- Что ты раньше не рассказывал, что так можешь? Это же так ахерено выглядело! Просто взял и разнёс всех...
- А, да! Почему ты молчал?
- А ну замолчали. Не видите, что он сам ничего не знает? Ну, наверное... Вальтер, ты что-то помнишь?
Первым, как лучший друг Вальтера, с им заговорил Рудольф, а следом, подхватив инициативу, заговорила и София, но, их остановил Зигфрид, быстро поняв, что к чему. Сев на край кровати и смотря прямо ему в глаза со странным интересом, следом за им, на кровать сели и все остальные. Вальтер слышал вопрос и разговор своих друзей, но, долго не мог ничего сказать и язык заплетался так, будто вовсе не умеет говорить.
- Помню, как выбежал коровоподобный, как в меня попали дробью и потом - темнота...
- Тебя тогда проглотил этот сукин сын. Может попробуешь вспомнить, что было дальше?
Вальтер пытался вспомнить и в итоге вспомнил. От резкого воспоминания картины, ему стало не по себе и непроизвольно, он сел на кровати, схватился за голову левой рукой  и оскалил зубы так, будто терпит сильную боль. После того, как его проглотили, он вспомнил, что внутри пасти небыло темно и что он не провалился в желудок (если он был вообще у его). Мерзкая слюна обволокла его всего и не дала ему двигаться, а следом, как свечи, один за другим, внутри пасти и на зубах открывались глаза, смотрящие прямо на него. Всё что он мог тогда умолять о помощи, валяясь в слюне монстра и захлёбываясь своей кровью. Но, и эти было не все. Потом, изнутри, будто щупальца полезли к нему и тогда, он вспомнил, что вокруг его начал формироваться "кокон", который растворял его в жидкость начиная от сердца. Но, боли абсолютно небыло, а его сознание сохранялось даже тогда, когда мозг превратился в жижу. Ещё через несколько секунд, Вальтеру стало настолько тесно и после, черные стенки пасти коровоподобного начали разрываться, полностью показав новый облик Вальтера. Что было дальше он помнил лишь небольшими отрывками, которые окончательно прекратили запоминаться после первой успешной ответной атаки рыцаря. После его рассказа, очередь рассказывать наступила его друзей и он рассказали ему всё то, что происходило после того, как коровоподобный съел его. "Смерть" Вальтера Рудольф отлично помнил после прикосновения Чарли, хотя лично не присутствовал тогда. Он хотел рассказать об этом всем остальным, но, не смог, прямо как не может не подчиняться приказам Шарлотты.
Какие они теории и мысли могут выдвинуть на этот счёт? Почти никакие, даже сам Вальтер ничего об этом толком не знает и они предложили ему наведаться к остальным, добавив, что Вильгельм жив, но, есть одно но, которое он узнает, когда сходит с ними. Он попытался самостоятельно встать и пройтись, дабы не задерживать явно уставших напарников, но, сейчас, им было всё равно на свою усталость и вместе с им, они медленно пошли в другую часть подвала, в которой и был Кольт, Рим, Ян и Чарли. Подвал штаба был куда больше, чем вы его представляете и имел много поворотов и комнат, в которых новенький мог легко заблудиться и поэтому, они не сразу заметили, кто ждал их помимо командующих. Зайдя за угол, солдаты увидели только Чарли, стоявшую в окружении людей в странных и длинных одеяниях, которые что-то объяснили, можно даже сказать умоляли о чём-то и не сразу заметили подошедших к им солдат. Подойдя ближе, они поняли, что это были гиммлеровские служатели. Заметив солдат, сначала, они посмотрели на Вальтера, которому помогали передвигаться напарники, а затем того, за кем они пришли - Рудольф Бисмарк.
- Слава Гиммлеру, Алард, ты пришёл сюда! Мы уже собирались уходить, не хотела твоя тётка и сестра выдавать тебя.
Расправив руки в стороны, будто желая обнять его и назвав не по имени, сказал один из служащих Гиммлеру.
- Мужики, а вы кто такие?
После этого вопроса, все служатели встали в ступор, будто он сказал это на непонятном для их языке.
- Что это значит "кто такие?". Чарли? Ты же сказала, что было касание, так почему дитя ничего не понимает?! Ты понимаешь, что он единственная надежда на поиск библиотеки
Они повернулись к Чарли, которая явно что-то не договаривала и почти весь разговор с ними, ещё до прихода солдат сюда, была будто в помутненном состоянии, отвечая на все холодно и коротко.
- Я не знаю. Отстаньте от его уже.
- Как не знаешь? Касание было! Это почувствовали мы все, Чарли! Ты хочешь, чтобы наша, великая цель о создании святого будущего провалилась? Ты была единственной с ним в последние несколько суток, то, что он не знает, кто мы твоя вина. За такое мы тебя из церкви выгоним!
- Выгоняйте. Рудольф не подчинится вам, а вы потеряете единственного возможного кандидата на успешный поиск библиотеки, а без её ни святого мира, ни просто победы в этой войне не будет.
- Ты... Да ты погляди на её! Ещё дерзит, ладно, потом с тобой разберёмся, а сейчас.. Дитя наше, Алард, расскажи, что с тобой происходило все эти 16 лет, пока твоя грязная мать ушла от последователей инквизиции.
- Зиг, София, посмотрите, чтоб этот олух не упал, а то сейчас намечается сейчас какой-то движ, не до этого мне будет.
Рудольф отпустил Вальтера, держав его за руку и подошёл к служащим, услышав в ответ на его "олух" "алкашне слова не давали".
- Вы чё... Кхм, вы про что, простите, с головой не дружите? При все моём уважение к вам и учитывая, что я сам из этих, то есть из Новобожия Гиммлера, но что вы ко мне то прицепились. Меня не Алардом зовут, да и кто вам вообще дал право оскорблять мою мать? У самих небыло, так на других отыгрываетесь, да?
Рудольф пытался быть вежливым перед членами церкви Гиммлера, но, в наше время, оскорбления близких, тем более родителей были недопустимы и презирались. Самим священникам было всё равно, что он их открыто оскорбил, им было достаточно того, что он не последовал их приказу.
- Алард... Понимаешь, ты должен был быть другим человеком, но твоя проклятая мать предала инквизицию и Гиммлера. Впрочем, вместо тысячи слов, можно просто попробовать.
После этого, без слов, два священника подошли к нему и взялись за запястье Рудольфа. Как тогда, в деревне, при первом прикосновении с Чарли, его сознание перенеслось в далёкое прошлое. Сначала, был ряд моментов неизвестных ему процессов, которые протекали в теле человека а затем, вся его жизнь до момента, как он начал что-то осознавать и помнить это. Бисмарк, как Чарли и Рим, являются предками некогда благословенных Гиммлером членов инквизиции и он должен был стать человеком, который по писаниям Гиммлера, возможно, найдет его библиотеку, в которой скрыты книги его авторством, рассказывающие и объясняющие всё то, что неизвестно и дальше. Благословенным родителем был только его отец, мать была обычным человеком и после трагической смерти отца, мать забрала Рудольфа и дала ему это, новое имя, поскольку не хотела ничего больше иметь с церковью, в которой его прозвали Алардом и его фамилия была такой же, как и у его тёти Шарллоты - Гутенберг. После показа своего жизненного цикла, он смог понять, он может сопротивляться приказам Рим: их родство очень далёкое и это благословение действует только на род со стороны его погибшего отца. Как в деревне, ему показалось, что он так простоял вечность, но на деле не прошло и секунды. Он жил в неведении. Ему никто ничего не рассказывал. Вся его жизнь, даже имя были ненастоящими и от такого потока информации и осознания страшной правды, он взвалился на колени, схватился за голову и едва сдерживался, чтобы не зарыдать. В таком состоянии его не видел никто: ни Вальтер, ни Зигфрид, ни София и Чарли и особенно первые трое сильно взволновались за него и Вальтер, не смотря на не полностью окрепшие конечности, шаткой походкой подошёл к своему другу и будто сам пробыл в состоянии "транса", тихо говорил ему "- Для нас ты как был Рудольфом, со своими причудами и особенностями, так им и останешься". Следом за Вальтером, к нему подошёл София и Зигфрид. Как же сильно война поменяла людей. Церковные служащие, хоть не добились своего его, а именно подчинения Вальтера, были довольны хотябы тем, что он вспомнил всё остальное, но, были также сердиты на Чарли и не понимали, что вообще произошло между ей и Рудольфом. Эта злоба усилилась ещё больше при взгляде на Вальтера, уже зная, что произошло несколько часами ранее.
- Мог бы и помочь библиотеку найти, а не церковь и города уничтожать, тиран зубастый.
Священники повернулись обратно к Чарли, но, не смогли с ей заговорить - лица Кольта и Рим, с окровавленными тканевыми масками смотрели на них с взглядом полным ненависти и вопроса "почему".
- Ох, Рим, ну, ты могла бы и знать, пускай ты и с другого рода...
Попытались они оправдаться, но, было поздно: они слышали и видели всё. Через секунду, большая металлическая дверь резко открылась, не смотря на свой большой вес и растолкала в стороны священников. Из комнаты, как обезьянка, выскочила Рим с одетым фартуком в кровавых пятнах, а в другой руке держа плоскогубцы. Девушка ударила головой рядом стоящего священника, схватила его за шею и начала угрожать, что вырвет язык, как "тому черту", попутно приговаривая, как они могли утаивать информацию о некой библиотеке, которая поможет им победить в войне, которая за несколько дней унесла больше тысячи жизней. Следом за ей, не менее злым, но сдержанным(поскольку знал, что такая выходка может стоить им жизни, которая и так висит на волоске из-за их побега с Марно), вышел Кольт, схвативший Рим за руку с плоскогубцами, отведя ее в сторону и помахав пальцем, будто говоря "нельзя". Поняв, что кидаться на любого священника не очень, она бросила злой взгляд на свою давнюю подругу и родственницу Чарли, которая опустила глаза в пол.
- А ты чего не говорила?! Мы сколько лет вместе работали и ты молчала! Столько потеряли из-за этого, столько!...
Она собралась наброситься и на её, но имеющий большую физическую силу Кольт и подоспевший Зигфрид не дали сделать и шага Харнер.
- Чего ты держишь меня, кобыла здоровая? Твоих друзей убили чёртовы предатели из-за ее и их молчания!
- Рим, ты забыла, что Чарли здесь выполняла все те приказы, которые ей церковь давала? Если бы не это, то нас казнили уже давно, прошу тебя, успокойся и винить в этом надо правительство, которое узурпировал какой-то ублюдок, сидящий на троне на собачьих правах.
Кольт сам винил в молчании ещё и церковь, считая, что если они передавали им некоторую информацию по черной плоти, то, эту и могли тоже передать. Последнее тоже является правдой, которую осознал не только он, а и все солдаты, едва понимающие, что происходит: члены инквизиции, Чарли и Рудольф истинные  цари, да и не только они, а вся верхушка церкови и все присутствующие здесь священники тоже. Рим не надо было долго объяснять, особенно сейчас, когда она нервах и принимала любую информацию. Она ослабила попытки вырваться и если бы не держали, то упала и вместо злобы, на её лице была грусть, но, даже она выглядела странно, будто она была сумасшедшей(впрочем, это считают многие за правду на фоне последних событий).
Инквизиция, ещё во времена Гиммлера и после при Гюнтере, была главной военной структурой правопорядка на территории Вегиммии, которая в первую очередь выступала за интересы Гиммлера, но, во время Европейской войны, при руководстве Ханса Кессельринга, она восстала против Гюнтера и во время эпохи германских милитаристов, было отельное государство - Инквизиция Гиммлера, но, уничтоженное во время великого раскола и сейчас, Шертхальмовцы поняли, что Рудольф и Чарли имеют права на становление новыми царями. Расспросы у церкви, что за библиотека были практически бесполезными и они не хотели отвечать даже сейчас. Единственное, что им удалось выпытать, так это, что там лежит информация обо всём. Перевгоры зашли в тупик и священники собрались уходить и уходя, они предложили Рудольфу пойти с ими, оставив Шертхальм, но, не вставая с колен и сквозь зубы, он сказал, что "ни за что не пойдёт с отродьями ради выдуманной и невозможной цели". Окончательно убедившись, что он не подчиняется приказам, им оставалось только вздохнуть и уйти со штаба, оставив их одних. Стоило им скрыться за одним из поворотом, как Рудольф тут же встал и уже сам помогая Вальтеру опереться, сказал: " - Их, лже гиммлероевцев, резать надо". "Хоть сейчас бери и переворот устраивай прям" раздался голос Яна из той комнаты, откуда вышла Рим и Кольт.
Рим быстро пришла в себя и подобрав плоскогубцы, пошла обратно в комнату и только потом заметила Вальтера, а потом и Дэвис и заметил его.
- Это было просто невероятно! Это нам так поможет... Так... Такие планы у нас... Меня на тебя, Вальтер!
- Ты же за нас?
Посыпался поток вопросов Вальтеру, на которые он пытался ответить и на вопрос Кольта он безоговорочно ответил "Только за вас. Надо будет - умру". Рим осматривала Вальтера так, будто он медицинском осмотре и удивлялась, насколько быстро зажили раны, ведь ещё несколько часов назад, его мозг был оголен, а ноги оторваны. Она хотела спросить и узнать ещё очень много, но, она заинтересовалась, почему он вообще пришёл, точнее, его принесли сюда его друзья. "Мне сказали, что Браун жив".
Рим засмущалась, будто он спросил какой-то личный вопрос и пыталась намеком показать, что происходит с им сейчас: показывала на облитый кровью фартук, маску, кровавые плоскогубцы... Вальтер не понимал этого кривления и в сцену вступил Зигфрид, которому было больно от любого осознавания, что происходит с его другом, с которым он сблизился очень быстро и ответил прямо "Пытают" и эти слова подтвердило резкое и больное на слух "Мама" из комнаты и следующий хруст костей. Зигфрид и София быстро удалились, не желая видеть, а Рудольф остался помогать едва двигающемуся другую, который попытался пройти в комнату, вслед за Рим. С помощью Бисмарка, они зашли в комнату, освещаемой несколькими свечами, пол, чем ближе к центру был покрыт кровью и местами черной жидкостью, а в самом центре стоял стул как в кабинетах дантиста, на котором сидел не Вильгельм, а просто его живой обрубок без пальцев, с переломанными ногами, вырванными клочьями волос и зубами, с большим количеством усеянных гематом и порезов. От такой картины стало очень неспокойно и Вальтер хотел бы уйти, но, что-то ему показалось, что если он не уйдет, то это поможет Вильгельму испытать меньшую боль.
- Кем был рыцарь?
Ответа на вопрос Кольта небыло и Ян, который вместе с Рим выполняли роль палачей, вогнал ему в десну деревянную, волокнистую щепку. Сил кричать у его небыло, только всхлипы и редкие слова.
- Я понимаю твой испуг и страх за его, Вальтер, но, у нас выбора нет, да и он всё равно восстанавливает травмы, прямо как ты. Мы пытались узнать обычным языком, но, он и слова не сказал и только тогда мы перешли к пыткам. На самом деле, мне тоже его жалко, но и жалко моих и Яна друзей, которых убили по его вине.
- Смотря на его травмы он крепкий орешек.
- А то. Он рассказал нам только о том, что сердце - самый важный орган и что можно концентрировать восстановление от организма на одной части. Но этого вообще недостаточно и точно не все, что он может нам рассказать.
Рим сняла с себя кровавую маску, дабы её было понятнее слышно.
- А почему вы не вините Дайона и Герду? Они же вообще скрывались среди нас несколько лет, чтобы в итоге зачем-то предать... Мы с ними так, а они.
Вальтер вспомнил времена, когда они дружили и проводили время друг с другом. Как ещё в начале обучения кричали Дайону и Герде "Тили тили тесто жених и невеста", как они ночью пробирались в склад с провизией и затем наедались ветчиной из червей и один из самых их последних совместных событий: когда Вальтер впервые убил человека на митинге, Герда подсела к ему и успокоила его, а затем к им подключился Дайон.
- И зачем ты тогда это говорил, если, в итоге, убил столько человек сам?
- Вальтер, ты о чём?
Спросил Рудольф.
- Да наверное вспоминает о Герде и Дайоне. Если бы мы вместе учились, я бы тоже вспомнила. Отвечая на твой вопрос, Вальтер: зачем нам судить мертвых и едва живых? Мы их судим, но, сейчас, этот "суд" идёт над другим человеком...
Девушка посмотрела и помахала головой в сторону Вильгельма.
- "Едва живых"?
- А ты что, не помнишь?
- Рим, он это, вообще ничего не помнит, почти. Память совсем отшибло, даже сейчас отвечает как-то вяло. Может, в следующий раз ему всё расскажем, а сейчас, он пожрёт и восстановиться, а?
- Эй - эй, Руд, вообще-то мне интересно, что с этими скотами сейчас! А ну, отпусти меня, я сам!
- Да куда ты там сможешь пройти, дуралей? Если хочешь, то хорошо:
Рудольф отпустил Вальтера и он, сам не понимая зачем, сделал несколько шагов и едва удержался на ногах, расставив руки в стороны для поддержания равновесия, но его подхватил рядом стоящий Кольт, не дав грохнуться на окровавленный пол. Бисмарк вздохнул и вышел из комнаты, но, не ушёл, а стоял возле двери и ждал, когда они закончат.
- Раз уж тебе отшибло мозги, то я напомню.
Вмешался в разговор Ян.
- Ты в своём кулаке нёс тело Дайона и мы нашли его рядом с тобой. Как ты вообще его достал, мы без понятия, но, на обратном пути трупа коровоподобного мы не нашли, но и сейчас не об этом. Этот засранец живым оказался, хотя его разорвало на две части. Мы его захватили и сейчас он сидит с присобаченной растяжкой на к его рукам и если он хоть двинется, его разнесёт на части.
- ... Но я не уверена, что даже это его убьёт, ты же, похоже, разорвал его изнутри, так что какой-то взрыв ему точно ничего не сделает.
- Вы не убили его?!
- Нет, а что? Ты же сам принёс его нам и мы его захватили.
Несколько событий с момента, как он был в форме зубастого вернулись в его память и одно из них было то, зачем он взял изуродованный труп Дайона: просто доказать смерть урода. Осознание того, что он жив, пришлось ему пережить ещё труднее, чем после осознавания того, кем является Рудольф и что делают с Вильгельмом. Вальтер попытался объяснить, что его следует убить, ибо они абсолютно ничего не получат с его. Он жил с ними несколько лет, притворяясь одним человеком, а в итоге предал их и показал свою настоящую натуру, так почему он расколется под пытками в этом случае? Герда, если не застрелилась бы, выдала всё, но не Дайон. "Он же предал нас, без какого либо сожаления. Он легко выберется, дай ему возможность!" Часто звучало с его уст, но, командующие не видели причин, чтобы его убивать и просто предложили ему посмотреть на его и состояние, в котором он находится. Из-за таких волнительных и громких возгласов Вальтера, Вильгельм будто забыл, что его пытают поднял голову и захлебывающимся голосом окликнул его:
- Вальтер, стой!
Вальтер обернулся и увидел его избитое и кровавое лицо, а с глаз давно перестали литься слезы. Он будто не замечал, что здесь присутствуют все те, кому он не хотел рассказывать все то, что расскажет и говорил это искренне Вальтеру.
- Грустно, что вот так всё обошлось, а ведь я надеялся, что меня примут. Ладно, не об этом. Вальтер, знай: в тебя подселили семя отдельно от нас. Случайно или намеренно, незнаю. Это был не рыцарь, кто-то другой. Мы искали тебя и нашли, но, ты не захотел идти с нами... Не со мной если что, а с ними, я хотел просто уйти от ни-
Искренность и некоторое безумие в глазах Вильгельма выдавало то, что он говорит правду и это не могли не заметить командующие. Ян, поняв, что сейчас он рассказывает всё то, что молчал, влетел в его с ноги и от такого удара кресло, крепко зафиксированое, на котором он сидел, сильно качнулось в сторону. Воздух с его лёгких был выбит и он издал протяжное "пааа", а после его голыми руками начал колотить Ян, приговаривая "Рассказывай, сукин сын, рассказывай!". От каждого удара, Вальтер закрывал глаза, будто бьют его и сказал Пилсудскому, что Вильгельм расскажет всё только ему. На секунду остановившись, он подумал, что это какой-то бред, а потом понял, что ведь и правда. Уступив место Вальтеру, он отошёл в сторону и все ждали, когда раскроется вся тайна. Но, Вильгельм уже знал, что эту информацию передадут и узнают командующие, а не только Вальтер и он молчал как рыба в воде. "Понятно" сказал Ян и треснул его кулаком по голове, от чего он, наконец, потерял сознание и не чувствовал боли, а командующие смогли показать Вальтеру, что Дайон никуда не денется. Но, показывать пошёл только Кольт и Рим, а Ян, отвязав тело Вильгельма, понёс его в другую комнату, приговаривая "вон там ты точно всё расскажешь".
Его камера находилась буквально напротив камеры Вильгельма, но, дверь была более массивной с люком, который надо открутить, дабы открыть дверь. Сам Кольт открывал дверь и никто не заметил, кроме Вальтера, что его рука и он сам дрожал. Дэвис осмыслил слова Вальтера и начал переживать о том, что он действительно может вырваться. Он дрожал, но, его лицо было не поколебимо, как почти и всегда, никогда не выражающее эмоций. "Почему он весь дрожит, а на лице ничего? Почему он всегда спокоен, но, может неожиданно взорваться?" Появились мысли в его голове, ответ которых уходил далеко в его прошлое. Но, эти мысли прервал неожиданный жест, который, на самом деле, очень простой и обычный - он посмотрел в глазок двери, прежде чем открыть дверь. "- Не понял" сказал Кольт и попытался лучше всмотреться в глазок. "Что там?" Спросили остальные командующие и Рудольф, всё это время стоявший рядом. "- Ты как свет потушил!" Крикнула Рим, смотря в глазок и остальные поняли, несмотря в сам глазок, что там: свет был потушен и они ничего не видели. Рим уже начала крутить люк, как Вальтер в очередной раз вмешался и попытался остановить их. Что-то, может, интуиция или что-то другое, как будто человек, сказала, что если они откроют дверь, не укрывшись, то их всех убьёт. Его, ожидаемо, посчитали дурачком, но, Кольт прислушался и приказал последовать словам Вальтера - надо открыть дверь при этом стоя не прямо перед ней, а сбоку, чтобы если что-то и вырвалось или взорвалось, то массивная железная дверь их укрыла. Все(Чарли и Рудольф тоже) последовали приказу и один человек начал крутить люк, медленно, осторожно... За 5 секунд до открытия, Вальтер, без разрешения, создал костные броне наросты на руках и укрепил кожу на важных артериях на шеи и заметил, что плоть для этого шла к нему не со всех 4 сторон, как тогда, а шла из под двери. "Дерьмо." Сказал он и после открытия двери, в комнату, напротив которой была эта, на большой скорости вылетело несколько ошмётков черной плоти, а после, раздался мощный взрыв, который оглушил всех присутствующих, но, не ранил, потому что они укрылись за большой дверью. В ушах звинело, а голова кружилась и Кольт приказал всем бежать к выходу из подвала. Шатаясь и потеряв координацию, они нашли в себе силы сначала просто идти по направлению к выходу, а затем бежать. Оборвчиваясь, они видели, как черная плоть выбирается из комната и распространяется по всему коридору, в том числе гонясь за за ними. Завернув за угол и уже подбегая к казармам и спальням, они встретили стоящих вдоль стены Софию и Зигфрида, которые о чём-то разговаривали, но, прекратившие, увидев бегущих солдат и они поняли, что происходит почти сразу, побежав следом за ними.
- Где Ян?
Спросил Кольт
- На улицу пошёл с Вильгельм ом, в другой корпус.
Ответил Зигфрид и тут же, здание штаба затряслось, со стен и потолка начала сыпаться крошка, а кирпичи, из которых выложен подвал трескались, превращаясь в труху. Не надо было быть гением, дабы понять, что происходит - Дайон вырывался и начинает превращаться в коровоподобного! Вальтер, полностью не восстановившийся от битвы в Марно, бежал медленнее всех, даже с учётом помощи Рудольфа и в последний момент додумался укрепить мышцы ног, дабы ускориться, но и этого было малого. Все успешно выбежали и продолжили бежать, дабы здание не упало на них, но, скорости Вальтера не хватило и обломки здания упали прямо на него, похоронив заживо. Он был жив, ведь на его упали не кирпичи и камни, а доски и другой, менее прочный материал, это только его обездвижило и вырубило его. "- Вальтер, что не день, так ты куда-то встреваешь!" Крикнул Рудольф и резко развернулся, чуть не упав, побежал к ему, чтобы достать его из под обломков. Здание уже обвалилось и угрозы того, что раздавит и их небыло, поэтому, вместе с им к нему подбежали и остальные, начав помогать. Доска за доской, обломок за обломком был убран, но, когда до его оставалось убрать всего лишь несколько обломков, им это помешал сделать обломок мраморной скульптуры, придавивший все остальное так, что если не убрать его, то их тоже не убрать. Но, он был настолько тяжёлым, что даже с силами подоспевшего Яна они не смогли его сдвинуть с места. В это же время, коровоподобный полностью сформировался и смотрел прямо на них, своими узкими глазами, а с его челюсти падали обломки здания. Кто-то пытался приложить больше сил, кто-то пытался дозваться до Вальтера, но, времени было мало и Кольт приказал сесть на лошадей, стоящих рядом в стойле и бежать как можно быстрее. София не знала, что ей делать и пока одна часть бежала к стойлу, она разрывалась между тем, что ей делать.  Достать Вальтера, как это пытается сделать Рудольф, или сбежать со всеми остальными? Когда коровоподобный сделал несколько шагов в их сторону, она сделала свой выбор - бежать с остальными. Рудольф остался единственным, кто пытался достать Вальтера и когда его силы иссякли, он попытался позвать его, чтобы если он его слышал, то он смог превратиться в зубастого.
- Вальтер, Вальтер! Слышишь меня! Вылезай отсюда! Скорее!
Ответа, ожидаемо, небыло, но, главное, он всё слышал и находясь в полу - обморочном состояние и видя странное видение, в котором он был старше на несколько лет, был в каком-то городе, по которому шагало нечто настолько большое, что его пальцы были больше самих домов и оно порождало вокруг себя очень много чёрной плоти. Он смотрел на это, а рядом с ним стоял неизвестный ему мужчина в возрасте, такой же блондин, как и он и разговаривающий с им, а Рудольф будто пытался достучаться до его сквозь невидимый купол.
- Чего это он кричит?
- А почему ему не кричать?
- Разве, он не смирился, что от этого чудовища невозможно уйти и он догонит за шаг?
- Он не поэтому кричит, Вальтер, а потому что тебя завалило зданием и коровоподобный вот вот раздавит их всех.
- Коровоподобный? Его же нет уже как несколько лет.
- Ты похоже, не понял, что это всё нереально, тебе от удара по голове мерещится всякое.
- Аа, понятно...
Вальтер замолчал и начал осматривать это огромное чудовище. Оно было похоже на ящера и человека одновременно, имея вытянутую форму, прямохождение, но, лапы были массивными с когтями, длинный хвост и такая же вытянутая морда ящера. Рудольф всё продолжал стучать в невидимый купол и Вальтер вновь повернулся к нему:
- Руд, уймись же ты, это же только сон.
- А я бы послушал его. Всё таки, он твой лучший друг, с которым ты рос, поступил в полицию, Шертхальм и в итоге находишься здесь. Он переживает больше не за свою жизнь, а за твою, хотя это вовсе на его похоже. Видишь, как резко изменился твой друг? Если ты ничего не сделаешь, то все, кого ты знаешь... София, Зигфрид, Кольт, Рим, Ян, Чарли, ребята с полиции и сам Рудольф погибнут. По твоей вине. Ты бы поступил так? Не думаю. Дайон, Герда, Вильгельм и остальные - предатели, те плохие люди, которых ты так всю жизнь обещал "бить". Так что сейчас происходит с тобой? Ты дашь этим плохим людям просто так взять и покончить со всеми, кем ты так дорожишь, да?!
Мужчина подвернулся к Вальтеру и врезался в его лбом, прижав к невидимому куполу и смотря прямо в глаза.
- Может, они не плохие люди? Может, они просто иначе думают?
- А какая сейчас это разница? Твои близкие в опасности, сейчас либо действуешь, либо никак.
Некоторые слова этого мужчины были сказаны голосом Рудольфа. В основном, это те слова и фраза, отсылающие на то, что все близкие сейчас погибнут и что "плохие" люди продолжат жить, пока "хорошие" сдохнут как мухи. Его сердце, а следом остальные части тела и органы начало увеличиваться и чернеть от чёрной плоти и перед самим превращением, он сказал:
- Я понял. Все, абсолютно они должны сдохнуть. Неважно как, просто умереть.
Услышав это, мужчина улыбнулся, будто говоря "это я и хотел услышать".
- А кто вы такой?
- Я? Я...-
Упавшие на его обломки разлетелись в стороны от большой силы, которая оттолкнула их, а Рудольф едва увернулся и отбежал в сторону. У всех на глазах сначала сформировалась большая оболочка, вокруг её сердце и весь остальный организм из чёрной плоти. Пока коровоподобный тогда и сейчас формировался продолжительное время, зубастый сформировался буквально за 5-15 секунд и в отличие от того, что они видели в городе, этот был крупнее(8-10 метров), обладал ещё более выразительной большой челюсти с зубами и спинными наростами, а также волосы теперь не торчали куда попало, а повторяли форму волос своего хозяина(но, как и все остальное, они были полностью чёрными).
Зубастый зарычал на коровоподобного и встал в боевую стойку, готовясь к атаке, но его остановили крики солдат, просящих его остановиться и послушать их. К счастью, он их слышал и видел и повернулся к им, при этом продолжая быть на чеку и иногда оглядываясь на Дайона. В роли переговорщиков выступила Рим и Ян, они и же дали ему следующие указания: "Надо выиграть время для наших, чтобы они подготовились и помогли тебе справиться с коровоподобным. Не лезь в лобовую атаку, хотя он и меньше, но, он более устойчив и может повалить тебя, а там кто знает!" После указаний Харнер, Вальтер перевёл свой пугающий взгляд на Рим, но, вместо отсутствия какой либо реакции вообще или испуга, она засмущалась, будто на ее смотрит не 10 метровое нечто, неизвестно откуда взявшее материал для создания такого костюма(или это вовсе не костюм, а полноценная метаморфоза?), а человек, которого она любит больше всего на свете.
Следующим заговорил Ян:
- Сейчас все остальные, кроме нас, побежали искать что-то горючее, чтобы спалить нахрен его, если сам не справишься! Мы будем направлять тебя туда, где нет наших, чтобы не раздавил их!
- Да! И не лезь в большую схватку, пока он не будет измотан, риски слишком велики. Помнишь, как тогда, в городе ты не в лобовую шёл, а кругами бегал? Сейчас что-то подобное придумай!
Коровоподобный не собирался ждать, пока они наговорятся и сминая обломки штаба, помчался к Вальтеру. Ян и Рим быстро отбежали, а зубастый смог увернуться от столкновения с ним, просто сделав несколько шагов в сторону и набрав в когтистую лапу осколков и обломков зданий, бросил их со всей силы во врага, когда он бежал на него для очередной атаки. Но это было ему что слону дробина и весь урон впитал в себя его массивный череп, которым он врезался в его и протащил по земле несколько десятков метров.
Вальтер видел всё, что происходит от лица зубастого и имел абсолютно полный контроль над его действиями, а также его человеческое сознание сохранялось в этой форме и он мог даже думать о своём и продумывать следующие удары, даже не зная, где находится его основное тело, если оно вообще не трансформировалось в это зубастого. "А ты крепче, оказывается, чем я думал. Ну конечно, бегает такая бочка на 4 ногах и как ей не сбить с ног двуного, сам то ты вообще ни на что не способен, на тренировках даже Хуберту проигрывал... Ты убил его, ты! Не только его, ещё других и ранил многих. Сука, убью тебя! Вырву твой мозг!" Благодаря спинным наростам, торчащих из спины как очень тонкие, но длинные и крепкие шипы, его не впечатали в землю и это помогало ему держаться. Имея полную свободу управления руками, Вальтер размахнулся и хотел нанести удар по голове, но Дайон схватил пастью руку. Боль была, но, не такой сильной, если он был бы в форме обычного человека. Не дав управлять ему одной рукой, Дайону было легче добраться до самого главного места у всех хозяинов - сердце(о нём Вальтер не знал и думал, что у их всё как у людей и самая главная часть это мозг). Удар его огромной лапой не смог раздавить мышцы и сердце из-за брони, поэтому, ему пришлось приложить больше сил и отвлечься, выпустив руку из пасти и перегрызя в ей связки и сухожилия. Имея ростовое преимущество, с помощью руки и ноги, он вырвался из этого положения, проползя у его под брюхом и разорвав его когтями.
Заражённые оказались слишком близко к основной группе солдат и Вальтеру пришлось подойти к Рим и Яну, дав немного времени Дайону на побег, рана которого не восстанавливалась и с его живота выпадали кишки и капала черная, густая кровь. Но, рука Вальтера также не восстанавливалась, что означало только одно - сердца и роя нет поблизости и это схватка до победного конца. Смотря на плачевное положение коровоподобного, Пилсудский и Рим приказали ему добить его, пока есть такая возможность. С рёвом, как будто зная о своей победе, Вальтер бросился к коровоподобному и впился огромной и мощной челюстью в его спины, перекусив его позвоночник как палку, а когтями начав рвать его шею, постепенно пробираясь до головы и мозга. Он накинулся на его со спины и передвигаясь на 4 лапах, Дайон, ничего не смог ему сделать и пытался просто уползти, неся на себя Вальтера. Через несколько секунд, раздалось несколько выстрелов, а ещё чуть позже - целая канонада из винтовочных выстрелов по Дайону. Кольт, Рудольф, Чарли, София и Зигфрид, видя, что преимущество у Вальтера, принялись ему помогать выстрелами из винтовок, которые без восстановления от сердце плоти, отрывали его куски. Ещё несколько ударов и он добрался до головы. Не смотря на потрескавшиеся когти от ударов по его невероятно массивному черепу, он продолжил кромсать голову, пока Дайон не издал очередную звуковую волну. Простое "Здесь" повторялось в течение 5 волн, которые слышал Вальтер, но, не понимали люди.
Ответ на то, что это означало нашёлся через несколько секунд. Луна, которую было едва видно, закрыли чьи-то крылья и ещё через секунду, со спины Вальтера раздался мощный взрыв, обломав ему спинные наросты и нарушило его координацию, что заставило отпустить Дайона и схватиться рукой за спину. В момент яркой вспышки от взрыва, солдаты смогли разглядеть большую фигуру в небе, напоминающую демона и вспоминая, что произошло несколько часов назад, они поняли, что это вампир! Тот, который вместе с Гердой и Дайоном предал их, но, почему-то не бросившись бежать за ними. Он ждал ночи, тогда, когда в ночном небе его небыло видно. Приоритетом, был сам Вальтер и ещё один взрыв от артиллерийского снаряда, который переносил вампир вновь пришелся по нему и только благодаря броневым пластинам на руке не дал ему разорвать спину и органы. Ян и Рим смогли перебижать к своим, но, от этого было мало толку, ибо все был без понятия, как сбивать того, кого даже не видно? Единственное, что они смогли, так это пару раз успешно попасть в вампира, когда он пролетал, закрывая собой луну. Это не нанесло ему почти никакого урона и он как начал бомбить Вальтера с неба, так и продолжил, пока мозг Вальтера сам не додумался, как спастись из этой ситуации. Пользуясь случаем перерыва от обстрела, он жёстком попросил их отойти в сторону, окружавших несколько баллонов и канистр с горючими газами и склад с ними, а затем указав на Луну. Никто не понял, что означал второй жест, но, они отошли от здания и Вальтер взял в руку баллоны, дождался, когда они начнут стрелять и через несколько секунд подбросил баллоны вверх. Артиллерийский снаряд пришёлся прямо в цель и порвал спину зубастого, но, он ещё стоял на ногах и от взрыва с ударной волной, баллоны на большой скорости влетели прямо в вампира и взорвались, ранив его и воспламенил. Рой из пуль полетел в горящую летучую мышь, пытавшуюся улететь, но огонь, который ей так помогал мгновениями позже, предательски мешал. Едва держа руку, Вальтер снёс ею склад с баллонами и забросил взятое в вампира. Большинство даже не долетело, но те, что долетели, создали взрыв больше, чем артиллерийский и от существа остались падающие горящие обрубки крыльев, так как они были более устойчивы к повреждениям. За время, пока они справлялись с вампиром, Дайон успел уйти и скрыться в лесу.
Солдаты и командующие ликовали и благодарили Вальтера, смотрящего прямо на них, но, не выражая ни эмоций, ни показывая жестов. Через несколько секунд, огромная туша упала, чуть не раздавила их и радость сменилась паникой, а потом снова - радостью, когда из разорванной спины в области сердца вышел Вальтер. Его рука болталась без движения, а спина была окровавлена, но, главное это то, что он был жив, хоть и с трамвами и в очень спутанном сознание. Остатки Шертхальма, из некогда огромной организации могли остаться и расположится в многочисленных домиках по территории штаба, но, Кольт сказал, что их никто за организацию больше не теряет и им следует убираться в лес, пока их не убили не заражённые, а люди.