Глава 6: Судный день, спасательная капсула и проблемы с эрекцией (эго Ахмеда)
Звуки гимна Атбасара, доносящиеся из динамиков подбитого крейсера «Мамзель», смешивались со скрежетом разрываемого металла. Золотой гигант медленно, но верно заваливался на бок, окутанный дымом и паром от взбесившихся унитазов.
— Ха! Шах и мат, сучки! — Рамиль в восторге пнул ногой дымящуюся турель. Он был весь в саже, с безумной улыбкой на лице. — Ибра, ты видел этот салют? Это лучше, чем кокаин с пупка киборга! Готов поспорить, у капитанши сейчас от злости вся синтетическая кожа на лице полопалась.
Ибрагим, который судорожно пытался отсоединить свой нейроинтерфейс от горящей консоли, только огрызнулся:
— Рамиль, если ты сейчас не закроешь свой рот, я перепишу твой цифровой профиль, и ты по документам станешь 80-летней апашкой, которая обожает вязать носки. И, кстати, твой «щит», кажется, поджарился. Я чувствую запах гари... и это не от проводов.
— Не ревнуй, сладкий, — Рамиль подмигнул ему, вытирая сажу с лица. — Просто признай, что без моей грубой силы ты бы уже давно превратился в кучку цифрового пепла.
Последний аргумент бизнесмена
Вертолет «Шурик-Express» вибрировал так, будто внутри него происходила оргия роботов-трансформеров. Двигатели чихали маслом и искрами.
— Даулеееет ! — орал Ахмед, не отрываясь от смартфона. На экране был открыт чат с поддержкой банка. — Я подаю в суд на производителя этого ведра! Я только что отправил им претензию на тридцати листах, и они посмели ответить мне автоматическим сообщением! Я всегда прав, я добьюсь компенсации за моральный ущерб и испорченный маникюр!
— Ахмед, если ты сейчас не замолчишь, я использую твою претензию в качестве туалетной бумаги! — огрызнулся Даулет, лихорадочно переключая тумблеры, которые уже ни на что не влияли. — Мы падаем! У нас нет правого винта, левый держится на соплях Евгения, а ты споришь с ботом!
— Бот — тоже личность! — парировал Ахмед, судорожно печатая ответ. — И у него больше шансов выжить, чем у нас, если ты не перестанешь вести себя как суицидальная белка за рулем комбайна!
Гений в огне
Евгений стоял посреди этого хаоса, спокойно наблюдая за тем, как догорает его самодельная электромагнитная пушка. В его пронзительном взгляде читалось нечто среднее между глубоким разочарованием в человечестве и искренним любопытством: что же взорвется следующим.
— Юмор в том, — произнес он своим ровным, ледяным голосом, — что мы все сейчас сдохнем из-за того, что Шурик сэкономил на замене масла в 2120 году. Это самая тупая и ироничная смерть, которую я мог себе представить.
Внезапно он вытащил из кармана старую жвачку, прилепил её к мигающей красной кнопке и коротко хохотнул.
— Но есть нюанс. Я модифицировал спасательную капсулу. В неё влезет только четверо. И угадайте, кто останется?
В кабине повисла гробовая тишина. Даулет на секунду перестал дергать штурвал. Рамиль и Ибрагим переглянулись. Ахмед медленно опустил телефон.
— Евгений! — закричали они хором.
— Расслабьтесь, — Евгений лениво потянулся. — Это была шутка. Черный юмор, как вы любите. Я останусь. Кому-то же надо нажать кнопку катапультирования. К тому же, я всегда хотел узнать, каково это — сгореть в атмосфере, слушая гимн Атбасара в исполнении унитазов.
Теснота и ненависть в капсуле
Через минуту четверых парней втиснули в крошечную спасательную капсулу. Капсула была рассчитана на двоих худых азиатов, но никак не на накаченного Рамиля, упитанного Ахмеда и двоих их друзей.
— Так, пацаны, — прохрипел Даулет, чье лицо было прижато к стеклу. — Я не могу пошевелить ногой.
— Это не твоя нога, это мой локоть, идиот! — огрызнулся Ибрагим, чья голова покоилась на плече Рамиля. — Рамиль, ты можешь убрать свой бицепс из моего уха? Я слышу, как твой единственный нейрон пытается договориться с твоим гормоном роста.
— Ой, не ной, Ибра, — Рамиль буквально кайфовал от ситуации, стиснутый со всех сторон. — Зато тепло. И вообще, это самый интимный момент в моей жизни. Почти как в том фильме...
— Если ты сейчас вспомнишь «Горбатую гору», я тебя укушу! — пообещал Ибрагим.
Ахмед, зажатый посередине, умудрялся удерживать смартфон перед носом.
— Пацаны, вы не поверите! Эта дура с крейсера, капитанша, она только что выложила сторис в Инста-сферу! На фоне горящего унитаза! И у неё больше лайков, чем у меня! Это несправедливо! Я сейчас напишу ей, что её ракурс — говно, а я всегда прав в вопросах фотографии!
— АХМЕД! — рявкнули все трое.
Капсула отделилась от горящего вертолета. Евгений, стоящий у люка, проводил её взглядом, сплюнул и спокойно произнес:
— Ну что ж, Шурик. Посмотрим, кто кого.
Капсула с бешеной скоростью понеслась вниз, к бескрайним степям Атбасара, унося с собой четырех идиотов, один смартфон и море токсичности.