Велосипедистка с родинкой

Майк ехал с напарником к Кэсси по делу её брата.

Пробки тянулись на дорогах. Машина медленно ползла к перекрёстку. Они остановились на красный.

На велосипедной дорожке рядом стояла девушка: в кепке, больших наушниках, очках и снуде до самых глаз. Наклонилась вперёд, упершись руками в руль. Джинсы натянулись так, что оба детектива синхронно зависли.

— Влепить бы ей... пару штрафов... — сказал Майк и засмеялся.

Напарник широко улыбнулся.

Загорелся зелёный. Они обогнали её и поехали дальше.

Добрались раньше. Кэсси ещё не успела вернуться. Их машина стояла у калитки. Напарник рассматривал район.

— Пантовый. Дом мелкий, но дорогой. Наверное, насосала, — лениво протянул он.

Майк повернул голову:

— Если всё так просто, чего ты себе на дом не насо... не приобрёл?

Напарник хотел что-то огрызнуться, но замолчал: знакомый велосипед притормозил у ворот. Та самая девушка спешилась и покатила велосипед к калитке, снимая по пути очки, наушники и снуд.

Это была Кэсси.

Детективы переглянулись и одновременно сделали вид, что их тут вообще нет. Майк почувствовал, как лицо нагревается — редкость для него.

Кэсси остановилась перед ними:

— Добрый день, детективы! Проходите!

Она открыла калитку и впустила их во двор, будто ничего не слышала.

А Майк поймал себя на мысли, что хотел бы провалиться сквозь землю.

В её доме всё было каким-то серым, нейтральным. Таким же, как и сама хозяйка.

Допрос подходил к концу. Детективы уже осмотрели комнату Сэма. Но Майк нарочно не спешил. Сам не понял, зачем. Как будто хотелось ещё немного задержаться. Ещё минуту. Или две. И ещё чуть-чуть её побесить.

Она слишком явно ждала, когда они уйдут. Стояла в дверях с этим выражением: «заканчивайте уже». И почему-то именно это заставляло его тянуть время.

Он нарочно переспросил напарника о какой-то мелочи, которую прекрасно расслышал с первого раза. Потом медленно пролистал блокнот, хотя записи уже закончились.

Поймать её взгляд не удавалось. Она смотрела куда угодно, в стену, в окно, на часы, но только не на них.

Кэсси скрестила руки на груди, с отрешённым видом. Растрёпанная после велосипеда. Глаза тяжёлые после бессонной ночи.

Хоть икону пиши, — мелькнуло у него, и он едва заметно усмехнулся про себя.

Тряхнул головой, будто сбрасывая мысль.