Глава 15

Утро в укрытии было тихим. Эльза проснулась и сразу заметила: Лешего рядом не было.

На мгновение её охватила тревога, но потом она успокоилась: наверное, он проголодался или пошёл к реке попить.

Она не спешила выходить, прислонившись спиной к дереву, глаза устремлены в лес. Мысли всё ещё возвращались к вчерашнему бою.

— Я… достаточно изучила эти места, — пробормотала она тихо. — Монстров здесь было мало… но они оказались чертовски опасными.

Пауза. Эльза глубоко вдохнула и выпрямилась.

— Значит… пора идти в другой лес. Изучать новые места. Я пришла сюда за лекарством.

Она начала собирать сумку: записную книжку, лечебные травы, бинты, вчерашние ягоды, арбалет. Кинжала она уже не могла найти — потеряла его вчера.

Мысли снова вернулись к Лешему.

— Будет трудно его оставить… А вдруг с ним что-то случится… — её голос дрожал. — Но он не беспомощен. Он справится на своей территории. А я… я должна идти дальше одна.

Эльза сжала ремни сумки и глубоко вдохнула. Решение было принято.

Когда Эльза вышла из укрытия, Леший уже возвращался. Он ходил на четвереньках, выглядел относительно спокойно, но при виде её сразу оживился и ускорил шаг, остановившись на расстоянии, издав характерный звук.

Эльза тяжело вздохнула, стараясь придать себе серьёзность.

— Леший… — сказала она тихо. — Мне придётся идти. Ты сделал для меня достаточно… Я благодарна тебе. Но мне пора. Прощай.

Она развернулась и начала идти. Монстр не понял её слов и просто последовал за ней. Эльза резко остановилась и повернулась.

— Нет, Леший, — покачала головой, стараясь держать тон твёрдым. — Ты останешься здесь, понял?

Она указала на себя, потом на дорогу:

— А я ухожу. Надолго. Может, навсегда.

Леший смотрел на неё растерянно, будто не понимая, почему его оставляют.

Эльза отвернулась и шагнула вперёд, но вдруг почувствовала, что сумка дергается. Леший ухватился за неё зубами, грустно глядя на неё своими глубокими глазами.
Ей стало больно смотреть на этот взгляд. Она с усилием дернула сумку, освобождая её из пасти монстра.

Леший издал звук, который Эльза никогда раньше не слышала — долгий, надрывный скул, в котором не было ни капли звериной ярости, только чистая, концентрированная тоска. Этот звук ударил её в спину больнее, чем когти Слепой Женщины.

— Прощай, Леший… — сказала она тихо, чувствуя, как сердце сжимается.

Она ушла, тяжело дыша, а боль от разлуки будто отдавалась в каждой мышце. И она чувствовала его пристальный взгляд с того места, но не обернулась боясь, что он пойдёт за ней.