Глава 7. Ошибка

— Марк...

Шёпот прозвучал настолько близко, будто неведомый собеседник стоял вплотную к его спине, едва не касаясь губами уха.

Марк судорожно крутанулся на месте, готовый защищаться. Непроглядная тьма. Никого. Лишь размытые контуры мебели да тусклые отсветы далеких уличных фонарей в оконном стекле. Сердце испуганной птицей билось где-то в районе горла, мешая сделать полноценный вдох.

— Кто здесь?! — сорвался он на хриплый крик.

Ответом ему служило мертвенное молчание. Но едва парень успел сделать шаг назад, как электричество внезапно вернулось: люстра под потолком вспыхнула пронзительным, режущим глаза светом. Квартира оказалась абсолютно пуста. Ни единой живой души.

Марк еще пару мгновений стоял неподвижно посреди комнаты, переводя дух. Затем рывком сорвал с вешалки куртку и вылетел на лестничную площадку, с силой захлопнув за собой дверь. Оставаться в этих стенах один на один со своим ужасом он больше не собирался.

Лера отперла замок почти мгновенно, словно всё это время караулила у порога. Выглядела она изможденной до предела: глубокие тени под глазами, бледная кожа, а в руках — кружка с давно остывшим, подернувшимся пленкой чаем.

— Ты тоже его слышал? — тихо, без предисловий спросила она.

Марк застыл на пороге, так и не сняв капюшон:
— Ты... ты знаешь про шёпот?

Лера судорожно дернула плечом и отвела взгляд в сторону. Это мимолетное движение Марк зафиксировал сразу.
— Лера.
Она продолжала упорно молчать, гипнотизируя чашку.
— Лера!
— Да, — выдохнула она, прислонившись к косяку.
— Откуда тебе известно про шёпот в пустой комнате?

Пауза растянулась, становясь тягучей и невыносимо тяжелой. Наконец, девушка глухо, почти беззвучно произнесла:
— Потому что ровно год назад он звал меня по имени точно так же.

У Марка внутри всё перевернулось от ледяного предчувствия.
— Что?

Лера на ватных ногах прошла в глубь гостиной и бессильно опустилась на диван. В ее движениях сквозила странная обреченность — так ведут себя люди, решившиеся наконец признаться в чем-то, что долгие месяцы выжигало их изнутри.

— Мне тоже звонили, Марк.

В комнате словно разом выключили все посторонние звуки.
— Когда?
— Год назад. Прошлой весной.
— И звонок был... после 03:13?
Она едва заметно кивнула.
— И ты сняла трубку?
— Да. Я ответила.

Марк смотрел на нее в упор, чувствуя, как внутри закипает глухая ярость вперемешку с непониманием:
— Почему ты мне ничего не сказала?!
— Потому что тогда ты бы перестал мне доверять.
— А сейчас должен?!

Лера нервно, натянуто усмехнулась:
— Справедливо.