Глава двадцать девятая
Ко времени переговоров небо над ялдарским племенем налилось больным желтоватым оттенком, а с запада на него медленно наползали тяжелые, иссиня-черные грозовые тучи, предвещая грозу. Вязкая духота давила на плечи, просачивалась между шатрами и окутывала людей, придавливая к земле ощущением неминуемой бури.
Встретивший послов Салданар сполна наслаждался погодой. Он пристально посмотрел на сосредоточенного Каллистара, похожего на равнодушную статую Антара, под глазами которого расцвели темные круги, почти вызывающе спокойного лорда Тэйгаса — и улыбка Салданара стала еще шире.
— Духи неба сегодня не в настроении, — насмешливо сказал он, указывая наверх. — Это сулит нам интересную беседу, сыны Атластиона. Следуйте за мной.
И повел послов к шатру кагана. Эльтанин поравнялся с Антаром позади принца. Взгляд Устроителя Судеб рассеянно прошелся по облачению Звездного Опекуна и задержался на рукаве, где в сложной серебряной вышивке запуталось крошечное белоснежное перышко — последнее напоминание о вчерашних праздничных одеждах. Прежде чем разум успел остановить его, рука потянулась вперед сама собой. Движение, отточенное сотнями подобных жестов в прошлом, оказалось быстрее мысли. Тонкие пальцы, повинуясь привычке, легко сняли перо с темного сукна.
Эльтанин слишком поздно понял, что сделал — ровно в тот миг, когда Антар уже почувствовал прикосновение. На один вдох оба замерли, и для Антара мир сузился до этого единственного, невозможного жеста. Звездный Опекун чуть не сбился с шага, но постарался сохранить непроницаемое выражение лица. Эльтанин вернул контроль над эмоциями и того быстрее: с ленивым изяществом, словно ничего не произошло, он стряхнул перышко с кончиков пальцев и отвернулся.
Шатер кагана встретил церемониальной торжественностью. Пиршественные столы уже убрали, центральный очаг мерно тлел, пространство казалось огромным и пустым. На помосте восседал каган Урхан, рядом с ним неподвижно стоял шаман Алтан-Ге, а вдоль стен на низких скамьях молчали старейшины с лицами суровыми, как далекие скалы. Послов Атластиона на этот раз посадили напротив ялдаров: Каллистар занял центральное место на горе подушек, по обе стороны от него, как два хранителя его воли и чести, расположились Антар и Эльтанин.