Глава 31

ЭЛЕОНОРА

Не бывает плохих или хороших людей. Такое деление в принципе субъективно и носит исключительный характер. Если вы встретили человека, который не вписывается в программу ваших ожиданий – он по умолчанию не может быть хорошим, а если делает что-то, что по вашему мнению является абсурдом то и вовсе становится плохим.

Будучи воспитанной в окружении лордов и графов, я делила людей на достойных моего внимания и недостойных. Мне хватало нескольких минут разговора, одного оценивания внешнего вида и беглого взгляда на руки, чтобы испытать однозначные чувства и определить заговорим ли мы когда-нибудь снова.

Почему руки? Потому что в длине пальцев, цвете ладоней и форме ногтей кроется история. Думаю, не имеет смысла говорить и об ухоженности, не важно мужчина это или женщина.

Кириан Нильсен видимо был создан, чтобы ломать все, к чему прикасается. Точно так же, как он сломал мою систему.

Я возненавидела его с первых минут знакомства, испытывала призрение во время каждой последующей встречи и была бы счастлива, если бы жизнь перестала нас сталкивать лбами. Он был недостоин даже стоять с кем-то вроде меня рядом, но Кириан сделал все, чтобы монополизировать мое внимание, вызвать интерес и, в последствии наблюдений и общения, восхищение.

Даже его руки с мозолистыми ладонями, но аккуратно подстриженными ногтями и поблекшими от солнца и морской воды татуировки должны были вызвать брезгливость. Но вместо этого я смотрела как переплетаются нитями синеватые вены, прячась под футболкой и нервно сглатывала, вспоминая, как он схватил меня за горло этой рукой в наш первый день знакомства. Это были руки мужчины, не страшащегося тяжелой работы, и я признавала, что они были безумно сексуальны.

Кириан Нильсен был противоречив, как внутренне, так и снаружи. Я никогда не знала, какой он сегодня и никогда не смогла бы определить буду ли я хотеть его или попытаюсь задушить во сне.

Тоже самое происходило и сейчас, в связи с последними событиями я чувствовала к Кириану злость и обиду, но при этом страстно желала. Хотела его прикосновений, хотела снова увидеть его маниакально-собственническую сторону и хотела разбить бутылку о его голову. Он был прекрасен, как падший ангел, но также опасен, как дьявол.

Моё сердце бьется о грудную клетку с невероятной скоростью локомотива. В ушах стоит гул, а горло дерет от недостатка кислорода, пока Кириан, сжав мои волосы на затылке, грабит мой рот. Это нельзя было назвать поцелуем. Это было сражение. Грубое, кровавое сражение, где будут лишь проигравшие.

Я была на грани, потому что несмотря на испытываемую злость на Кириана, я ненавидела себя за то, как сильно боялась того, что он остановится.

На долю секунды разум берет верх, я поднимаю обе руки, чтобы оттолкнуть его, восстановить контроль, которого на самом деле не хочу, но слишком гордая, чтобы целовать губы, на которых еще виднеется помада другой женщины. Система трещит по швам, гордость рассыпается на мелкие кусочки, когда Кириан стонет в мой рот и прижимает к своему телу. Я снова поддаюсь, цепляюсь за его футболку, будто тону, мы так близки, что я уже не понимаю, где начинаюсь я, а где заканчивается он.
Кириан трется о мой живот своей эрекцией, заставляет меня стонать. К черту помаду. К черту Саманту и всех остальных женщин. Он мой.

- Тебе всегда будет мало меня, не так ли?

Насмешливый голос скользит по моим губам, я хочу ответить, но он грубо сжимает мои волосы у корней, что у меня появляются слезы. При этом он не прерывает поцелуй. Не может. Так же зависим, как и я.

- Свинья... - Удается прошептать мне в секундном перерыве.

- Смени пластинку, принцесса, мы оба знаем, что ты хочешь меня. - Он кусает меня за нижнюю губу и сильно тянет, чтобы вызвать еще одну вспышку боли и еще один стон. - Но тебе стоит попросить вежливо.

Низкое незнакомое мне рычание вырывается наружу, когда достоинство побеждает бабочек в животе и я снова отталкиваю его. Это было не просто, а сердце явно протестует, поскольку колотится так, будто собирается пробить ребра.

- Для начала сотри дешевую помаду своей подружки с лица, прежде чем говорить о вежливости. И нет, я больше не собираюсь тратить свое время на тебя.

Пристально глядя мне в глаза, Кириан вытирает рот тыльной стороной ладони. Он делает это медленно, слишком медленно для такого простого действия от чего это выглядит гораздо сексуальней, чем должно быть.

Его голубые глаза скользят вниз по моему откровенному топу, который Талия заставила меня надеть, и я тут же замечаю легкий румянец на его щеках то ли от желания, то ли от злости. Хотя, как мы помним, Кириан - это желание и ненависть в одном флаконе.

- Сколько раз тебе повторять, принцесса? Никогда не говори никогда. – Кончик его розового языка выглядывает наружу будто дразнит, быстро двигается по губам и скрывается во рту. Боже. - Уверен, если наклоню тебя и стяну эти до боли маленькие шортики, то обнаружу, что ты мокрая. И я уверен, что заставлю тебя умолять о моем члене, чтобы ты могла кончить так сильно, чтобы увидеть гребанные звезды.

Моя челюсть сжалась от его самоуверенного тона. Я ненавидела огромное эго Кириана и обожала одновременно.

- Хорошая попытка. – Улыбнувшись ответила я. - Но ты больше не прикоснешься ко мне. - Можете называть это трусостью, но я была в шаге от катастрофы и отказывалась дать Кириану шанс нажать на курок.

В ответ на мои слова появилась та самая, фирменная ухмылочка с высокомерным, привлекательным изгибом рта. Глядя на нее, я готова признать, что дьявол красив. Так ведь всегда и бывает, правда? Все соблазнительные вещи выглядят прекрасно, чтобы заманить вас на путь разврата.

Эта улыбка так же сообщала – ты пропала, Элли. Наивная и глупая принцесса, ты можешь бороться, но в конце концов все равно сломаешься.

Осознав насколько беспомощна перед Кирианом, я почувствовала еще больший гнев. Это произошло так резко, будто на голову вылили ведро темного и вязкого мазута. Мне даже показалось, что это наш конец, что мы разрушили все, что смогли построить.
Но в следующее мгновение пространство между нами стерлось, а наши рты вновь столкнулись в отчаянной борьбе. Обычно, я была рада уступить в этой игре за доминирование, но не сегодня. Сегодня мне было крайне важно почувствовать, что я не ниже его. Я наравне с ним.

Кириан тоже не собирался сдаваться, движения становились все более хаотичными и дикими. Его пальцы, так же, как и мои летали над нашей одеждой желая поскорей избавиться от нее. Мой топ, его футболка, мои шорты, его джинсы. Всё полетело на пол, пока мы не оказались полностью голыми. Кожа к коже, нагревшаяся от нетерпения, один кислород на двоих. 

- Встань на четвереньки.

Приказ грубый, такой от которого тело покрылось мурашками. Но вместо того, чтобы как обычно подчиниться, я посмотрела на него с вызовом. 

- Заставь меня.

Он фыркнул. - Забавно наблюдать, как ты, зная, что в любом случае проиграешь, все еще пытаешься бороться. - Говорит он спокойно, но в следующее мгновение разворачивает меня у стены, бьет коленом по моим ногам, что мне приходится согнуться пополам. Его губы скользят по моей шее. – Твоя непокорность обойдётся тебе слишком дорого позже. Я вымещу на тебе каждое слово.

Я молчу, знаю, что он исполнит все, что пообещал. Бороться нет смысла. Пока. 

Одной рукой Кириан сжимает мои запястья за спиной, а другой проводит пальцем по набухшему клитору. Прикосновение вызывает наполовину вздох, наполовину стон. Один палец проникает внутрь, а другой остается на клиторе.

- Как я и предполагал, ты чертовски мокрая. - Издевается Кириан. Он погружается глубже, но я такая влажная, что почти не чувствую трения. - Или, может, тебя возбудило наблюдение за мной с другой девушкой?

- Так же, как тебя возбудила мысль обо мне и Алексе?

Жгучий шлепок прилетает на мою ягодицу, я поддаюсь вперед и ударяюсь макушкой о стену.

- Забудь его имя, принцесса, кроме меня для тебя больше никого не существует.

Мне хочется ответить, но дыхание совсем сбилось, хотя Кириан едва начал.

- А теперь, будь хорошей девочкой и попроси меня.

Я снова пытаюсь послать его, но вместо слов вырывается очередной вздох, поскольку Кириан играет грязно: согнув пальцы внутри меня, попадает в нужную точку, которая заставляем меня покрыться потом и задрожать. Он выходит и заходит обратно, движения сопровождаются безумно откровенными хлюпающими звуками.

- Умоляй меня трахнуть тебя.