Глава 11

Солнечный свет льётся отовсюду: сквозь редкие зелёные листья и сплошь облепившие раскидистые ветви белые цветы. В этом году яблони расцветают на неделю раньше — и альфа с омегой с самого утра берут покрывало для пикника, заходят в пекарню за свежим яблочным пирогом и едут прямиком в парк.

— Скоро совсем места свободного не останется, — смеётся Найджел, проводя ладошкой по предплечью мужа, на котором, окружённая витиеватыми скандинавскими узорами, четко проступает буква «Р». — Надо приберечь его для следующих имён.

— Следующих? — лукаво приподняв одну бровь, Киллиан нависает над омегой, расслабленно лежащим со спящим на его груди малышом. — И сколько же ещё их будет?

— Два?

— Два? Хм... — альфа осторожно гладит головку младенца, после чего скользит пальцами Найджелу по щеке. — А может, три?

— Кто знает, — омега щурится от солнца, не в силах сдержать улыбку. — Может и три.

В этом году яблони расцветают на неделю раньше. В этом году будет пятилетний юбилей их знакомства. В этом году они узнают, что через девять месяцев Киллиану всё-таки нужно будет сделать ещё одну татуировку.

— Он отключился?

— Что? Думаешь? Вот чёрт, похоже на то...

— Нам яйца оторвут, если с ним что-то случится.

— Да не каркай ты! Вон он лежит на сиденье, всё с ним в порядке.

— А шишку на лбу ты как объяснишь?

— Как было, так и объясню! Не я же его головой о дверь приложил...

То, что он в машине, Найджел понял по тряске и мерному гудению двигателя. Пахло резко и неприятно: дешёвым пережаренным кофе, каким-то освежителем и потными телами двух альф. А ещё почему-то яблоками. Спелыми, сочными, чей запах въелся уже и в одежду, и волосы, и в кожу, и, казалось, в самую душу.

— Киллиан...

— Очнулся, — шепнул кто-то низким голосом и, прокашлявшись, неловко продолжил уже чуть громче. — Виконт, Эддерли, как вы себя чувствуете? Вы ударились о дверь автомобиля, когда... эм-м... пытались вырваться. Но мы сразу же оказали вам первую помощь! Не сомневайтесь!

Голова гудела и пульсировала, лоб саднило и пекло. Но больше всего заболело сердце, когда воспоминания накатили на омегу одним многотонным валуном.

Побег. Порт. И горячая ладонь Киллиана, крепко сжимающая его руку. «Я всегда буду рядом», — шепчут прямо в ухо уже такие родные губы, и Найджел робко улыбается, уткнувшись носом в ямку на шее альфы, пытаясь подавить какой-то глупый иррациональный страх.

Незнакомые чёрные фигуры обступили их внезапно, плотным кольцом, не давая даже надежды на побег.