Глава 27. Хозяин и пленник.

Горькая боль прощания сжимала грудь, затрудняя дыхание. Чувства разбились у порога, уступив место утраченному доверию. Нил прекрасно осознавал, что однажды он вновь встретится с Эндрю, если обстоятельства вынудят их сотрудничать. Но прежняя надежда ушла безвозвратно, открыв глаза на мелкие детали, ранее остававшиеся незамеченными. Может быть, он сам не видел истины, позволяя другим вести его куда угодно, думая, что они поступают правильно? Впервые он испытал настоящую утрату, словно потерял какую-то важную деталь, необходимую для полноценного существования. Ни слез, ни острой тоски больше не было. Осталось лишь тихое разочарование и ясное понимание, что он отказал Эндрю в последнем шансе. Выбор был сделан исключительно ради себя самого, а не ради удобства других. Раньше он ставил желания окружающих выше собственных нужд, но теперь приоритеты изменились кардинально. Истина ударила по нему беспощадно, возложив всю ответственность лично на него. Принятие самого себя, похоже, стало единственной возможностью избежать внутренней пустоты, грозящей перерасти в разрушение воли.

Войдя в дом, Нил заметил, что дядя Стюарт, скорее всего, находился в полицейском участке из-за найденного тела молодой женщины на кладбище. Происхождение этого дела оставалось неясным, единственное предположение заключалось в том, что Рико мог убить её. Нил саркастически подумал, что король наконец замолк, удивительно долго сохраняя молчание. Возможно, это было частью его плана — освободить в душе Нила то, чему он сопротивлялся долгие годы, заставляя его бояться самого себя. Осмотрев комнату, Нил обратил внимание на открытое окно. Стояла поздняя ночь, Жана нигде не было видно. Несмотря на подозрения относительно Жана, Нил не стал закрывать окно, вдруг тот вернётся. Не то чтобы он доверял ворону, но что-то в нём неизменно притягивало внимание, словно он был своеобразной родственной душой.