Глава XXIII. Новая норма

- Итак, я придумал... - оповестил нас Ир.

- И ты расскажешь нам что именно только после того, как объяснишь появление людишки в нашем доме, - перебила его я.

Голубые глаза Ачед сузились, а рот открылся от удивления.

- Человек? – переспросил ее звонкий голосок. - Тут? – ее глаза прошлись по мрачному помещению.

Ир сомкнул руки на груди, крепко сжав зубы.

- Да, я тоже не понимая, в чем суть ее прихода, - вставила Идия, а затем комната на-полнилась звуком льющийся жидкости. – Умм, 500 лет выдержи – самое то!

Она успела выпить пять бутылок самых дорогих в этом мире бутылок вина лишь за неделю нашего пребывания здесь.

Это с учетом того, что она не выносила высокоградусные напитки.

- Пора бы объяснить, кому и что показалось, - последовали слова Авара, чей голос был немного грубым.

- И наконец закрыть эту тему, - Гул продолжил мысль близнеца, и его голос был из-рядно мягче, обнажая различия между ними.

Все взгляды устремились на Ксюра, который устало выдохнул, и, поднявшись со своего места, заговорил:

- Она человек...

- А ты дебил, - возмутилась Идия. – Очевидное рассказано – переходим к существен-ному.

Брат злостно посмотрел в слегка пьяные зеленые глаза сестры и, игнорируя наши ухмылки, продолжил:

- Я повторюсь, она – человек, а как давно мы общались с ними, именно в нашем греховном облике со знаниями всей истории человечества? Никогда, потому что мы никогда не касались их жизнь по-настоящему, не знали, что же в головах тех, кого мы так ненавидим.

- Держи друзей близко, а врагов еще ближе... - произнесла, задумавшись, Ачед.

Ксюр медленно кивнул.

- Ты предлагаешь нам их узнать? – возмутилась Идия, а затем опрокинула очередную стопку.

Их взгляды встретились, излучая небольшие искорки.

Похоже, Идия была безумно зла, но что-то подсказывало мне, что Ксюр не является этому виной.

Даже люди не являются.

- Мы держали их невыносимо близко, но даже не подозреваем, о чем они думают, на что способны. Много ли информации нам принесли воспоминания из «жизней»? Что ты помнишь, Идия? Разобралась ли ты с человеческой психологией, поняла ли смысл их поступков?

Но в ответ не было произнесено и звука. Зеленые глаза лишь оценивали дно опустевшего стакана, не желая выдавать сокровенное.

Не услышав должного ответа, но и не услышав критики собственных слов, он обратился ко мне:

- Биа, - голос Ксюра был спокойным, но в глазах прослеживалась небольшая капля мольбы, - Зои была твоей сестрой, ты должна осознавать, что она не поддается обычной человеческой логике, как мы привыкли.