Глава 3. Поручение

К десяти утра Эмили снова стояла у ворот особняка Вейнов, чувствуя себя так, будто за одну ночь прожила чужую жизнь и теперь должна была вернуться в свою прежнюю, только уже не зная, имеет ли на нее право.
Марта проводила ее до выхода молча, поправила край ее пальто почти механическим движением и только у самой двери задержала взгляд на ее лице.
— Помните, мисс Эмили, — сказала она тихо, — иногда самое опасное в поручении не то, что вам велели сделать, а то, чего вам не сказали.
Эмили сжала пальцы на ремешке сумки, внутри которой лежал темный конверт с черной печатью.
— В этом доме все говорят загадками, потому что боятся сказать правду?
Марта не обиделась.
— В этом доме правду обычно узнают слишком поздно.
Эмили хотела ответить, но тяжелая входная дверь уже открылась, впуская холодный утренний воздух. За воротами стояла черная машина, а рядом с ней — Томас, все такой же неподвижный и безмолвный, как часть мрачного пейзажа.
— Я думала, наблюдение будет незаметным, — сказала Эмили, бросив на него недовольный взгляд.
— До университета вас довезут, — ответила Марта. — Дальше вы пойдете одна.
— Одна, но не свободная.
— Свобода редко возвращается сразу.
Эмили усмехнулась, хотя ей совсем не было смешно.
— Спасибо за утешение.
Она села в машину, не дожидаясь, пока Томас откроет ей дверь, и всю дорогу до университета смотрела в окно, стараясь запомнить маршрут. Поворот у старого моста. Аптека на углу. Узкая улица с закрытым книжным магазином. Если ей когда-нибудь удастся сбежать, она должна знать, куда бежать.
Но мысль о побеге каждый раз упиралась в одно и то же.
Отец.
В девять утра врач должен был снова прийти к нему. В девять утра лекарство должно было снова попасть в его кровь. В девять утра Адриан в очередной раз напоминал ей, что держит не ее тело, а то единственное, ради чего она не могла позволить себе быть смелой до конца.
Когда машина остановилась у университета, Эмили вышла, не оборачиваясь.
Она почти сразу почувствовала взгляд.
Не Томаса. Не Адриана. Кого-то другого.
Эмили медленно огляделась. Студенты спешили к корпусам, кто-то смеялся у лестницы, кто-то пил кофе из бумажного стаканчика, и все выглядело настолько обычным, что от этой обычности становилось невыносимо больно.
Еще два дня назад она была частью этого мира.
Теперь она шла через двор университета с письмом вампира в сумке и пыталась не думать о том, кто именно наблюдает за ней из толпы.
До полудня оставалось почти два часа.
Эмили отсидела первую лекцию, почти не слыша преподавателя. Перед глазами постоянно всплывала черная печать на конверте, холодный взгляд Адриана и его спокойный голос: «Я хочу, чтобы он увидел в тебе слабое место».
Что это значило?
Почему Кристиан должен был увидеть в ней слабое место?
Ее слабое место? Слабое место Адриана? Или приманку, которую они оба еще не научились правильно использовать?
На перемене Эмили вышла в коридор и остановилась у расписания, делая вид, что ищет номер аудитории. На самом деле она высматривала Кристиана Хейла.
Она знала его в лицо, хотя раньше почти не обращала внимания.
Кристиан всегда держался особняком. Высокий, молчаливый, с внимательным взглядом человека, который замечает больше, чем говорит. На лекциях он садился ближе к выходу, редко участвовал в обсуждениях и исчезал сразу после занятий, словно университет был для него не местом учебы, а точкой наблюдения.
Теперь это уже не казалось странностью.
Теперь это казалось предупреждением.
Эмили заметила его ровно в полдень.
Кристиан появился в конце коридора внезапно, будто вышел из тени между двумя потоками студентов. На нем была темная куртка, в руке — папка с конспектами, а лицо оставалось таким спокойным, что Эмили почти поверила: перед ней обычный парень.
Почти.
Потому что, когда он поднял глаза, она увидела в них холодную серую внимательность, от которой по спине прошел неприятный холодок.
Эмили заставила себя сделать шаг вперед.
— Кристиан.
Он остановился.
Несколько студентов прошли между ними, смеясь и обсуждая предстоящий зачет. Их голоса казались слишком громкими, слишком живыми, слишком далекими от того, что происходило сейчас.
Кристиан перевел на нее взгляд.
— Мы знакомы? — спросил он сухо.
Эмили почувствовала, как пересохло во рту.
Она могла соврать плохо. Могла выдать себя дрожащим голосом. Могла посмотреть не туда, сказать лишнее, сделать одно неправильное движение — и тогда последствия ударили бы не только по ней.
Она медленно достала из сумки темный конверт.
— Нет. Но меня попросили передать это тебе. Лично в руки.
Кристиан не сразу взял письмо.
Сначала он посмотрел на конверт. Потом на ее пальцы. Потом снова на лицо.
И за одну секунду изменился.
Спокойствие исчезло.
Ноздри едва заметно дрогнули, будто он уловил запах, которого не должен был быть в университетском коридоре. Взгляд стал острым, почти опасным.
— Кто дал тебе это?
Эмили протянула конверт ближе.
— Я не знаю.
— Не лги.
Слова прозвучали тихо, но в них было столько угрозы, что Эмили невольно отступила.
Кристиан сделал шаг следом, взял ее за локоть и быстро увел в сторону, туда, где коридор сворачивал к запасной лестнице. Движение было настолько резким, что она не успела сопротивляться.
— Отпусти, — прошипела она, пытаясь вырвать руку.
Он прижал ее к стене не грубо, но достаточно сильно, чтобы она поняла: если он захочет, она не сдвинется с места.
— Откуда у тебя письмо? — спросил он, наклоняясь ближе. — Кто тебя прислал?
Эмили почувствовала, как сердце резко забилось, отдаваясь тревогой где-то в груди.