Глава 23.

Томас.

Я не спал всю ночь.

Оливия лежала рядом, уткнувшись лицом мне в грудь, и впервые за всё время выглядела по-настоящему спокойной. Без привычного напряжения в плечах, без этого дикого взгляда загнанного зверя, который появлялся у неё каждый раз, когда кто-то подходил слишком близко. Во сне она выглядела моложе. Мягче. И это почему-то било под дых сильнее, чем кровь на её руках несколькими часами ранее.

Я лежал неподвижно, обнимая её одной рукой, и смотрел в потолок, пока за окнами медленно светлело небо. Сон даже близко не подходил. Стоило закрыть глаза — мозг начинал прокручивать одно и то же снова и снова: пустой дом, трое ублюдков, пистолет, её кровь, её голос у меня на пороге.

«Мне нужно одолжение».

Блять.

Меня выворачивало от одной мысли, что она справилась с этим одна. Что, истекая кровью, она сначала вытащила Ари, убила троих мужиков, придумала, как убрать последствия, и только потом пришла за помощью. Не ко мне даже. Просто — за помощью. Как к последнему варианту.

И хуже всего было то, что я прекрасно понимал почему.

Потому что она не доверяет никому настолько, чтобы позвать сразу. Потому что привыкла выживать одна. Потому что в её голове просить помощи — слабость.

От этой мысли внутри поднималась какая-то больная, удушающая злость.

На неё.
На себя.
На всех вокруг.

Я смотрел на её лицо в темноте и ловил себя на том, что не могу отпустить её даже во сне. Будто если уберу руку — она исчезнет. Снова сбежит. Снова полезет в какое-нибудь дерьмо одна.

Чёртова психопатка.

Под утро она всё-таки провалилась в настолько глубокий сон, что даже не почувствовала, как я осторожно убрал руку с её талии и поднялся с кровати. Несколько секунд я просто стоял рядом, глядя на неё в своей футболке, растрёпанную, бледную, со следами усталости под глазами, и внутри происходило что-то очень неправильное.

Слишком тихое для меня.
Слишком... нежное.

Меня это бесило.

Внизу уже слышался шум.

Нил ржал как конченый. Именно ржал — громко, задыхаясь, стуча ладонью по столешнице так, будто ему сейчас кислород перекроет. Кайл, наоборот, был в ярости. Он орал на него через всю гостиную, потому что этот идиот стащил его книгу и теперь носился по дому, уворачиваясь от попыток убийства.

— Верни, блять, книгу!

— Ты слишком молод для тюрьмы, Кайл! Подумай о будущем! Ты ещё можешь стать отцом!

— Я хочу тебя закопать!

Идиоты.

Обычно меня это хотя бы немного веселило. Сегодня — нет. Я был чернее грозовой тучи и, кажется, парни это поняли сразу, потому что спустя пару минут дом всё-таки заткнулся.