Глава 5. Зов крови

Лес не просто дышал — он знал. Каждый корень под ногами, каждое ветвистое дерево, каждый холодный порыв ветра — всё вокруг будто сливалось в одно существо. Сознательное. Смотревшее прямо на него.

Нил шёл босиком. Сапоги остались где-то на окраине, когда ему показалось, что земля под ногами просит прикоснуться. Что мох поддаётся мягче, когда его кожа обнажена. И он подчинился. Сначала несмело. Потом — почти с наслаждением. Почти…

Луна прорезала облака, и серебро рассыпалось по поляне, будто кто-то рассыпал ртуть. Он вышел туда, где лес обнажает сердце, и замер. Потому что она уже была здесь.

Чёрная волчица.

Та самая. Из сна. Из боли. Из крови.

Она стояла на дальнем конце поляны. Глаза её сверкали неестественным светом — не просто светом зверя, а чем-то… разумным. Как будто знала всё о нём — больше, чем он сам.

Нил выдохнул. Едва не задохнулся от собственного страха.

— Кто ты? — прошептал он. — Что ты делаешь в моей голове?

Волчица не двигалась. Лишь уши дрогнули, когда он сказал «голова».

— Я — не в голове, — раздалось внутри. — Я — в тебе.

Он пошатнулся. Сердце било тревогу.

— Ты… не реальна. Я схожу с ума.

— Ты — возвращаешься. К себе. Я — твоя суть, а не безумие.

— Уйди. Прошу.

— Поздно. Ты позвал меня. Когда кровь на руках была ещё теплой. Когда сердце твоё билось в такт охоте. Ты забыл? Я — нет.

Нил обхватил голову руками. Всё пульсировало. Казалось, кости дрожат.

Волчица сделала шаг. Потом ещё. Не угрожающе — спокойно. Уверенно. И в этом спокойствии была дикая опасность.

— Ты чувствуешь? — её голос — не голос, шёл изнутри. — Ты слышишь, как дрожит ночь? Это не страх. Это уважение. Природа чувствует тебя. Теперь ты один из её детей. Один из нас.

Он хотел бежать. Но не мог.

— Я не волк, — прошипел он сквозь зубы. — Я человек.

— Люди не слышат шорох мышей под землёй. Люди не знают, где враг, не видя его. Люди не убивают в бою с улыбкой. А ты?

В этот момент в голове вспыхнуло: бой. Кровь. Крики. Лица. Один особенно — пустые глаза, зрачки разбежались в разные стороны. И его рука — сжимающая горло врага. И тепло, и шок, и возбуждение… ужас.

Он отшатнулся. Закрыл рот, чтобы не закричать. Но тело уже знало. Всё вспоминало само.

— Ты чувствовал вкус убийства, — прошептала волчица. — И тебе понравилось.

---

Он не знал, как вернулся в общежитие.

Но он стоял в душе. Горячая вода текла по спине, а руки дрожали так, будто несли на себе всю тяжесть мира. И, что странно — он не чувствовал облегчения. Только тишину.