Олимпиада

Автобус дребезжал по дороге, старый, рассыпающийся, будто ещё одно резкое движение — и он разлетится на части. Путь тянулся в бесконечную серую мглу, и казалось, что этот маршрут никогда не закончится — как затянувшийся дурной сон, от которого не проснуться, как ни щурь глаза.

Меня направили на олимпиаду по литературе в соседний посёлок, хотя на самом деле это был скорее городок, который трудно было бы назвать полноценным городом. Мы с моими бывшими друзьями обзывали это недоразумение «пгт».

«ПГТ» — поселок городского типа

Не скажу, что я блистала знаниями настолько, чтобы заслужить это право. Просто девочка, которая должна была ехать, заболела, а я оказалась единственной, кто хотя бы понимал, что такое сила эпитета и зачем Достоевский мучает своих героев.

Я попыталась отказаться. Сказала, что мне это неинтересно, что не хочу участвовать. Но кому было до этого дело?

Хотя в этом была и своя радость: сегодня мне не придётся ни видеть вечно мрачного Самохина с его взглядом «вы тут все мусор», ни слушать, как Рома между делом бьёт словами, будто ножом по рёбрам — спокойно, точно, с расчётом.

Пусть катятся оба. Хотя бы на день. Хотя бы сегодня.

Так я и оказалась в этом автобусе — среди взволнованных отличников, которые нервно грызли ручки, спешно шептались, лихорадочно перелистывали тетради, будто от этого зависела их жизнь.

Их азарт казался мне одновременно смешным и нелепым. Какой-то ритуал для амбициозных, мечтающих о медалях и почётных грамотах.

Неужели это действительно важно? Эта гонка за грамотами, за строчкой в резюме, которое потом всё равно пылится в ящике с остальным хламом.

Я чувствовала себя здесь лишней, словно случайный гость на чужом празднике.

Когда мы приехали, школа встретила нас как-то не по-доброму. Всё белое, пустое, как в больнице. Коридоры длинные, стены свежевыкрашенные, а в воздухе — запах краски вперемешку с мокрой тряпкой. Тихо так, будто все ушли или спрятались.

Я стояла у стенда. Просто читала объявления, потому что делать больше было нехрен. И вдруг — удар в плечо, как под дых. Не сильно, но с таким посылом, будто я тут лишняя. Будто мне вообще тут стоять не положено.

— С дороги, корова, — сказала девка, скользнув по мне взглядом, как по витрине со скидками.

Передо мной — вся из себя: волосы накручены так, будто с утра крутили на бигуди всей семьёй. Юбка в обтяжку, губы намазаны каким-то розовым блеском, ногти длинные, кривые, но накрашены. На голове — резинка с блёстками.