глава 17

Мы стояли около двери Розы. Моя рука замерла перед кнопкой звонка. Во мне поднялась необъяснимая тревога вперемешку с трепетом встречи. Сказать, что я скучала по лучшей подруге – ничего не сказать. И я все еще в тайне надеялась, что все обойдется. Что она не предавала меня. Что это все просто большое недоразумение. Конечно, мозг говорил, что это конец, но сердцу не прикажешь. Она была моей самой лучшей подругой после мамы. Той, с кем я провела свое детство. Росла. Училась. Совершала ошибки. И впервые почувствовала настоящую дружбу.

Перед глазами проносилось детство. Как мы сидели за одной партой. Как играли в игры по сети. Как смеялись до потери пульса. Как устраивали ночевки. Обсуждали мальчишек и бесивших нас девчонок. Неужели это конец?

Я почувствовала, как Женя сжал мою руку. Я мигом обернулась на него и встретила поддерживающий взгляд. Я рассказала ему все. Абсолютно все про эту ситуацию с Розой. Он ничего не сказал. Только обнял меня и сидел со мной до тех пор, пока я не успокоюсь. Пока я рассказывала, я успела несколько раз разрыдаться. В душе все еще теплилась надежда на то, что все будет хорошо. Но стоило мне только вспомнить тот взгляд, которым она смотрела на меня тогда, в коридоре, в тот самый день, я понимала: как раньше уже не будет.

Честно, я думаю, что смогла бы простить ее. Чисто теоретически. Но вот только если она действительно будет раскаиваться. Если действительно отпустит Женю. Но вот только в голове, где-то глубоко я понимала, что она не отступит. От этого становилось еще тяжелее.

— Давай вместе, — внезапно прошептал он.

Парень накрыл мою ладонь своей и нажал на дверной звонок. За дверью послышалась трель. Я не была уверена, что Роза дома. Но я точно знала, что ее мама сегодня на работе – у нее должна быть смена. Так что если подруга дома, то поговорим мы наедине.

Мое сердце бешено заколотилось, когда я услышала шаги за дверью. А затем дверь распахнулась. Я увидела родное лицо. Она обвела нас взглядом и улыбнулась. Что-то вновь было не так в ней. Но я не могла понять.

Она сделала пару шагов назад. Ее кудрявые розовые волосы были распущены и еле доставали до плеч. А когда Роза улыбнулась, то я увидела, что она проколола уздечку. Ее улыбка ее была неестественной, походившей на сумасшедшую. Роза сильно похудела. Ее лицо осунулось.

— Приве-е-ет.

Вроде обычное приветствие Розы, но что-то было не так. Я чувствовала это в атмосфере.

Мы вошли в квартиру. Женя был чуть позади меня, позволяя управлять ситуацией, но если что, готовый придти на помощь.

— Спрошу в лоб – зачем ты это сделала?

Я пыталась держать себя в руках. Надеюсь, у меня хорошо это получалось. Я специально вспоминала все мерзкие вещи, что делала девушка, чтобы любовь и тоска по ней не взяли вверх.

Та расплылась в еще большей улыбке. Она прислонилась плечом к стене и сложила руки на груди. Сказала:

— Что я сделала?

— Дуру выключай. Весь этот цирк с Ефимовыми и изменами.

Девушка усмехнулась. А затем рассмеялась. Словно в припадке. Напряжение пронзило каждую клеточку моего тела. Мне даже было в какой-то степени страшно. Потому что я не понимала, что с Розой.

А когда ее глаза распахнулись, то я впервые заглянула в них. Мое тело ослабло. Ужас застыл в горле. Пазл сложился. Я впервые почувствовала себя такой глупой и наивной. Все указывало на это, а я не видела. Я не понимала. А может и понимала, просто не хотела признавать. Воздух куда-то пропал из легких. Ноги ослабли, но я стояла. Думаю, я бы упала, если бы не рука Жени, крепко сжимающая мою. Она отрезвляла. Я впервые в жизни почувствовала такой шок. Я такое не испытывала даже когда увидела «измену» Жени.

Зрачки Розы были неестественно широкими. Там почти не было видно радужки. Глаза были красными. В голове тут же пронеслось все.

Косметика, конфеты, ключи, зарядка и прочая хрень. Все это есть у любой девушки. И только я хотела уже закрыть, я зацепилась за баночку с таблетками. Она была спрятана в незаметном кармане. На ней не было никаких надписей, обычная белая баночка с таблетками.

...

— Роза, что с тобой?

— Со мной все чудесно. Я так прекрасно себя еще не чувствовала. Я словно парю в облаках. Вот только есть одно но. Мне не хватает Женечки.

...

— Чего это с тобой, Ефимова? Ты под чем-то?

Внезапно Катя громко рассмеялась. Без веселья, но искренне. С ней определенно что-то не так. Она настолько пьяна?

— Не тому человеку ты этот вопрос задаешь, Эва.

В голове мелькали все эти события, а я никак не могла поверить, что это реально так. Роза принимает? И кто еще об этом знает кроме Ефимовой? Да какого черта? Как она вообще начала? Роза всегда была против этого дерьма!

Как давно? Почему я не замечала? Я и в правду сильно была увлечена Женей, что не заметила, что Роза принимает. Я не заметила. Упустила из вида. Не посчитала важным.

А если она начала принимать из-за меня? От этой мысли у меня затрещало в ушах. Руки затряслись. Мне не хотелось быть той, кто разрушил судьбу дорогого мне человека. Нет, только не это...

— Роза, послушай... — аккуратно сказала я дрожащим голосом. Женя сильнее сжал мою руку – видимо тоже заметил глаза Розы. Но я точно помню, что тогда, когда мы разговаривали в коридоре, у нее все нормально было со зрачками. И все наши встречи до. Вот только поведение было странным, — мы тебе поможем.

Та резко впилась глазами в меня так, что мне стало не по себе, было такое чувство, будто она сейчас набросится на меня. Но подругу я не боялась. Это же моя Роза. Она бы никогда не причинила мне вреда. И Жене. Она же его любит.

— Мне не нужна помощь, — внезапно грубо заговорила девушка. Так она не разговаривала со мной никогда. Она говорила так, словно я была маньяком, который приглашает ее к себе домой, «посмотреть котят».

— Роза, мы вытащим тебя из этого дерьма! — чуть повысила голос я, пытаясь достучаться до моей Розы, — для этого и нужны друзья!

— Да не друзья вы мне! Друзья всегда поддержат! Примут тебя таким, какой ты есть! И у меня есть такие друзья. И ты мне нахер не сдалась.

От ее слов к горлу подкатил ком. Я просто застыла, как вкопанная. Вспомнила девчонок, с которыми она была. Может это они ее подсадили на...

Я сглотнула, пытаясь совладать с собой и своим шоком. К такому я точно не была готова. Господи, какая же я наивная...

— Роза... как давно ты... — не могла я нормально произносить это слово.

— Как давно я что? Принимаю? Месяца два. Может больше.

Значит, это было еще до того, как мы поссорились. Но это не значит, что в этом нет моей вины. Но почему? господи, что вообще происходит?

— Я могу тебе помочь! Роза, прошу, пошли с нами. — Пыталась докричаться я до девушки, но все тщетно.

Та резко повеселела. Сощурила глаза и сказала:

— Отдай мне Женю. И, может быть, я с тобой пойду.

Меня словно током ударило. Что у нее вообще в голове творится?

По ней было видно, что даже если я отдам ей парня, если брошу его прямо здесь, то она не пойдет со мной. Потому что ей нравится это. Без понятия, что она употребляет, но ей это явно нравится. И она точно сама не захочет бросать.

— Роза, ты же понимаешь, что я тебе его не отдам.

Роза сделала шаг вперед и оперлась боком о тумбочку. Женя все это время тактично молчал, позволяя мне управлять ситуацией. Девушка посмотрела на нас пронзительным взглядом, а потом уперлась глазами в Женю. И сказала:

— Выбирай сам. Я, которая подарит тебе кучу крутых эмоций. Или эта скучная и однообразная Эва. Она не даст тебе того, чего могу дать тебе я.

Девушка расплылась в какой-то безумной улыбке. В этот момент я поняла, что она употребляет что-то тяжелое. В наркотиках я совсем не разбираюсь. Ее взгляд частенько бегал по углам, словно она боялась там кого-то увидеть. Может, она ловит галлюцинации из-за этой дряни?

Я замерла. Я точно знала, что Женя выберет меня, но не знала, как на это отреагирует Роза. И от того мне было страшно.

— Роза, пошли с нами. Мы тебе поможем, — как можно более дружелюбно сказал Женя. Я даже увидела в глазах Розы сомнение. Неужели она настолько была влюблена в парня, что готова бросить зависимость ради него?

Но это колебание вмиг ушло. Глаза стали жестче, безумнее. Я никогда такого не видела. Она сказала:

— Она или я?

Я посмотрела на Женю. Все мое тело было напряжено.

— Я покажу тебе реальный кайф, — прошептала девушка.

— Извини, Роза, но мне такой кайф не нужен.

Я вздрогнула. В глубине души я надеялась, что если Женя скажет, что выбирает ее, то она пойдет с ним, но головой я точно понимала, что нет. Она просто хочет с ним сторчаться. Вот и все. Это осознание словно наковальней упало на голову.

А в следующие мгновения прошли так быстро, словно по щелчку пальцев. Я даже моргнуть не успела, как Роза вытащила пистолет из тумбочки, около которой стояла и направила его на нас. Рефлекторно Женя задвинул меня себе за спину, а в следующую секунду мы оба поняли – дуло направлено на него. Девушка улыбнулась. А я оцепенела.

— Так не доставайся же ты никому.

Глаза девушки вновь метнулись в угол, и она шире улыбнулась. Словно там кто-то сидел. Словно кто-то нашептывал ей, что делать.

— Роза, нет! — Крикнула я.

— У тебя есть три секунды, чтобы изменить решение. Раз... — ее безумная улыбка стала шире. Я вообще перестала узнавать подругу. Она не способна на убийство. Нет...

— Роза... — тихо сказал Женя.

Он находился под дулом пистолета, но не переставал держать меня за руку. Он наоборот крепко ее сжимал и словно говорил, что все будет в порядке. В эти секунды я подумала: «если мы выживем, я никогда его не отпущу. Ни за что». Только сейчас, когда я поняла, что он может умереть, я поняла, насколько сильно я его люблю.

В ушах затрещало от страха. Дыхание куда-то делось.

— Два...

И я уже была готова броситься на Розу. Забрать у нее пистолет. Получить пулю. Лишь бы Женя был цел. Я и в правду была готова. И я даже сделала шаг. Но в этот момент слишком быстро появилась Катя. В ее руке была тяжелая ваза. А в глазах решительность.

— Три, — вместо Розы сказала Катя и разбила вазу о голову Розы. Ваза разлетелась на осколки, а девушка упала без сознания.

Я не знаю, что мной двигало. Мне не было дела до того, жива ли Роза. Мной управлял адреналин. Я мигом упала на пол и схватила пистолет, который держала Роза, а затем направила его на Катю. Кому-кому, а ей я точно здесь не верила.

После нашего примирения с Женей прошло пару дней. И все это время я думала, думала, думала. И все больше и больше убеждалась, что во всем этом дерьме замешана Катя. И я не удивлюсь, если это она решила подсадить Розу на наркотики, чтобы тем самым испортить мне жизнь.

Катя всегда меня ненавидела. И я была настолько наивной, что верила ей. Доверится Кате – с самого начала был проигрышный вариант. А я как самая последняя дура поверила.

Не скажу, что мне больно от предательства. Мне больно от того, что я такая глупая. Я разочарована сама в себе.

Катя с огромными глазами вскинула руки и отошла на пару шагов.

— Рязанцева, это вместо спасибо?

Женя внимательно следил за мной, чтобы я не натворила ничего непоправимого. Я чувствовала его взгляд.

— Что тебе надо от нас? Говори! — закричала я.

В глазах девушки был страх и растерянность, когда она поняла, что я не шучу.

— Ты больная? Ствол убери, дура! — закричала от безысходности девушка, но я видела, что ей страшно. Ее руки тряслись, а глаза бегали.

— Хорошо, давай начнем по порядку, — крепче сжала я пистолет в руках, не беспокоясь о том, что там могут остаться мои отпечатки, — ты знала, что Роза принимает. И всеми силами пыталась мне на это намекать. Несмотря на то, что мы с тобой давние враги и тебе должно быть плевать на меня. Потом ты говоришь мне о том, что мне изменяет Женя и показываешь это. Вопрос номер два: как же так получилось, что ты так удобно оказалась в нужном месте в нужное время, а самое главное – показала это все мне. Мы враги и ты должна радоваться, что меня водят за нос. Но ты зачем то решила показать мне это. Потом ты мне говоришь, что будешь караулить у двери, чтобы ко мне никто не зашел. Но ты куда-то пропала, а ко мне в комнату зашел твой брат и у Жени чудесным образом оказались интересные фотографии. А как только ситуация вышла из-под контроля, то появилась ты. Очень подозрительно, не считаешь? И вишенкой на торте будет твое присутствие здесь.

Я натянуто улыбнулась девушке, все еще держа на мушке. Стрелять я умела, тут много ума не надо. Меня тети научили. Так что выстрелить в нее не было проблемой. Вот только буду ли я в нее стрелять – вот вопрос.

Катя стояла в растерянности и шоке. Она открыла рот и попыталась что-то сказать, но у нее не получилось. Она просто стояла, открывала и закрывала рот. Я продолжила:

— Думала, я настолько глупая, что поверю, что ты так ни с того ни с сего решила мне помогать? Да ну? Может это ты все подстроила, а на Розу спихнула? Может это ты тут главная барыга и крыса? — вскинула я бровь.

У Кати отвисла челюсть.

— Эва, я тебе клянусь, это совпадение.

— Да ну? И с чего мне тебе верить?

Я была как никогда серьезна.

— О том, что Роза принимает, я знала с самого начала – девочек, с которыми она связалась, знают в... некоторых кругах, — аккуратно сказала Катя последние два слова.

— Каких? — грубо спросила я и крепче сжала ствол.

— Таких, где доза дороже матери, — усмехнулась девушка. Кажется, она смирилась с тем, что на ее направлен пистолет и перестала так явно бояться. Может, просто не верила, что я могу выстрелить. И я действительно не смогла бы. Если бы только она не начала излучать опасность. На ее губах заиграла злая ухмылка.

Я нахмурилась.

— Ты откуда про них знаешь?

Девушка сжала зубы и отвела взгляд. Ухмылка с ее лица вмиг пропала. Что-то изменилось в ней. Отвечать она явно не хотела. Я сразу поняла, что здесь что-то личное, но жалеть ее не хотела. Во мне проснулась тетя Рената. Я строго сказала:

— Говори.

— Брата я из этого дерьма доставала. Вот и знаю этих уродов, — неохотно сказала девушка.

Тут в разговор вклинился Женя:

— Леша принимал?

Девушка недовольно посмотрела на парня. В ее глазах мелькнула боль, но она тут же спрятала ее.

— Да. Мне повезло, что он не был так сильно зависим.

Брата и сестру связывало больше, чем могло показаться. И мне даже стало жаль Катю. Но показывать я этого не стала. Все еще держа пистолет, спросила:

— А измена?

Ее взгляд уперся в Женю. Было в нем что-то недоверчивое. Словно она реально верила в то, что он изменил мне. Но вот только я ей не верила.

— Ко мне подошла девушка, не помню имени, такая, с каштановыми волосами. У нее еще татуировка стрелы на ключице. Сказала «смотри, там Женя Эве изменяет», — Катя посмотрела на Оверина, — Я смотрю, а там и в правду ты сидишь. А на коленях у тебя Роза. И вы целуетесь.

— Это был не я. — твердо сказал парень.

— Кто знает, — неоднозначно пожала плечами Катя.

Я смотрела прямо на Катю. Пыталась найти хотя бы намек на ложь, но либо она говорила правду, либо была отличной актрисой. И от этого мне было тяжелее.

— А мне зачем сказала?

Тут что-то во взгляде Кати изменилось. Промелькнула какая-то печаль. Но Катя молчала. И не говорила.

— Отвечай, когда я спрашиваю.

Она посмотрела мне прямо в глаза. И почему-то мне показалось, что она не врет. Она только покачала головой и сказала:

— Ты не поймешь.

Я не стала выпытывать из нее это. Конечно, в любой другой ситуации я бы ей не поверила, выпытывала ответ, но почему-то на смену Ренате пришла мама. Милосердная, добрая, но в тоже время готовая убить за свое.

— А около комнаты мне кто-то крикнул, что мне мама звонит. Эвелина, если я не отвечу матери с первого раза – она не будет разговаривать со мной неделю. Я не могла не ответить, — глаза Кати стали еще печальнее. Она уже не так уверено отвечала мне, но все еще это не было похоже на ложь. Да, звучит бредово, и я ей не совсем верила. но какая-то надежда все-таки плескалась во мне, — а когда взяла телефон, то поняла, что мне никто не звонил. Вернулась, а там ты моего брата избиваешь.

Меня терзали сомнения. Я подумала, что даже если я ей поверю, то ничего не изменится. Пистолет я на нее наставляю только потому что хочу ответы на вопросы и она может представлять для меня угрозу. Но я не выстрелю в нее без веской причины. Даже если она мне сейчас лжет – я ничего с этим не сделаю. Главное, что у меня, в конце концов, все хорошо. Но сейчас мне нужны ответы. Может, я еще могу помочь Розе.

Я очень хотела взглянуть на тело подруги, но в голове звучали слова тети: «всегда смотри противнику в глаза. Что бы ни случилось».

— А сейчас я пришла, чтобы предупредить, что если она продолжит приставать к моему брату – я сдам ее ментам. Если Леша сорвется – я всем этим шавкам глотки перегрызу. Она ведь его просила о помощи, когда пыталась подставить тебя, Эва. Он сначала не хотел мне говорить. А потом я сама поняла. После Розы я собиралась ехать к тебе, но ты меня опередила.

Я стояла с пистолетом и не понимала – верить мне ей или нет? Что мне делать? Постояв так пору секунд, я опустила пистолет. Катя заметно расслабилась и медленно опустила руки.

Я не была уверена, что Катя говорит правду. Я уже ни в чем не была уверена. Но я устала. Как же сильно я устала. От всех этих разборок, недомолвок, вранья. Я просто прикрыла глаза и сказала Жене:

— Звони папе. Скажи, что мне нужна его помощь.

Я знала, что он приедет. Прилетит. Приползет. Потому что я нуждаюсь в нем. Потому что он – мой отец. И во мне уже не было страха, что папа разочаруется во мне. Я просто устала.