По-настоящему
Джессика проснулась от звуков Глейда, шагов, голосов, скрипа дерева, и не сразу поняла, где находится. Несколько секунд она просто лежала, глядя в потолок хижины, чувствуя, что тело тяжёлое, будто не отдохнувшее вовсе. Сон был прерывистым и беспокойным, наполненным обрывками вчерашних разговоров, взглядами, недосказанными фразами.
Она медленно села, опустив ноги на пол. Голова больше не кружилась, слабость отступила, оставив после себя лишь глухую усталость. Физически ей было лучше настолько, что это почти пугало. Потому что внутри стало хуже.
Джесс прислушалась. Никто не звал её. Никто не стучал в дверь. Никто не интересовался, как она. Глейд начинал новый день так, словно её не существовало.
Она вышла наружу, щурясь от утреннего света. Люди проходили мимо, занятые своими делами, переговаривались, смеялись, спорили, и никто не обращал на неё внимания. Ни одного взгляда дольше секунды. Ни одного шага навстречу.
Вчерашние слова всплывали в памяти сами собой, цепляясь друг за друга. Слабая. Глупая девчонка.
Джесс сжала пальцы, чувствуя, как внутри поднимается знакомое, опасное чувство, не злость, а что-то куда хуже. Осознание того, что если она сейчас просто пойдёт обратно в хижину и закроется там, ничего не изменится. Она не станет частью Глейда. Она снова окажется где-то на краю, лишней. И, пожалуй, впервые за долгое время её это напугало по-настоящему.
Но в итоге она нашла в себе силы, решилась пойти на завтрак, ведь понимала, что не переживет еще раз эти галлюцинации. Тогда она не спала, почти не ела, и это не привело её ни к чему хорошему. Это привело её к той девочке, которая делала ей слишком больно.
К столам она шла без особого аппетита, скорее по привычке, чем из настоящего голода. Утро ещё не успело окончательно разгореться, воздух был свежим, но в груди у Джесс стояла тяжесть, будто ночь так и не отпустила её. Она почти не смотрела по сторонам, но ровно до тех пор, пока знакомые голоса не заставили её невольно замедлить шаг.
Ньют и Галли сидели за одним из столов. Наклонившись друг к другу, они о чём-то говорили, и в их разговоре было слишком много лёгкости. Ньют улыбался, бросал короткие реплики, а Галли отвечал ему редкими, но искренними усмешками. В какой-то момент он даже тихо рассмеялся, опуская голову, будто стараясь скрыть это. Они выглядели нормально. Спокойно. Почти счастливо. И ни один из них не посмотрел в её сторону.