Смех висельника (32)

Демьян лежал на кровати, невидящим взором сверля серую поверхность стены. Лиан устроился на верхнем ярусе; оба молчали, и эта тишина была тяжелой, как могильная плита.

— Я только что раскрыл главу террористической ячейки внутри академии, — произнес Демьян в пустоту.

Наверху что-то грохнуло. Волчонок буквально скатился с кровати, запутавшись в одеяле, и вскочил на ноги быстрее, чем Демьян успел моргнуть. Вцепившись пальцами в собственные волосы, он уставился на соседа обезумевшими глазами.

— ТЫ ЧТО СДЕЛАЛ?!

Демьян криво улыбнулся, всё так же не отрывая взгляда от стены. — Попал пальцем в небо. У меня были лишь фрагменты, осколки мозаики, смутные догадки. Руру — ключ, но она слишком мелкая сошка для того, кто стоит на вершине. Им нужен был кто-то могущественный. Кто-то, способный контролировать систему изнутри. Таких в академии всего двое, если не считать Айрис.

Лиан застыл в ступоре, его дыхание стало сиплым. — Ты умрешь за это, — прошептал он. — А я умру просто потому, что услышал это от тебя.

— Знаю. Помолчи. Мне просто нужно было выговориться.

Демьян продолжал изучать трещины на стене. Волчонок бессильно опустился на пол, подтянув колени к подбородку.

— Тот шпион... которого подселили к тебе, — подал голос Демьян спустя долгую минуту. — Кто он?

— Не начинай, — отрезал Волчонок . Он не хотел об этом думать. Сейчас — точно нет.

— Ты должен сообщить Королеве, — Лиан заговорил быстрее, приходя в себя. — Это важно.

— И тогда весь мой план пойдет прахом, — Демьян произнес это так буднично, что Лиана пробрал озноб. — Я перестану быть ей нужным, и она выкинет меня. Мой единственный шанс выжить — использовать обе стороны. Балансировать над пропастью, пока канат не оборвется.

— Когда ты стал таким? — Волчонок смотрел на него с ужасом. — Что они с тобой сделали ?

Демьян наконец повернул голову. Его взгляд был холодным, как поверхность замерзшего озера. — Извини меня.

Лиан промолчал. Он долго смотрел в глаза Демьяну, а потом резко отвернулся, пряча лицо в тени. — Готовься к турниру, — бросил он через плечо. — Там всё и закончится.

— Если бы ты действительно меня ненавидел, Лиан, ты бы уже был у Айрис. Ты бы рассказал ей о моем плане, и меня бы казнили до заката. Так почему ты до сих пор не можешь меня простить?

Волчонок молчал. Долго. Слишком.Оно длилось целую вечность, пока Лиан не выдохнул, дрожа от едва сдерживаемого бешенства: — Потому что ты ублюдок, Демьян. Ты сделал меня соучастником. Теперь, если я пойду к ней, меня казнят вместе с тобой. Думаешь, ты умнее всех? Клянусь, на турнире я размажу твое лицо по арене. За всё.

Демьян посмотрел на него с тихой, надломленной грустью. — Ты прав, умный Волчонок. Я гораздо глупее, чем хочу казаться.

Демьян шел по коридору, чувствуя, как в ушах всё еще звенит горечь слов Лиана. Он толкнул дверь в кабинет Ариэля и молча положил листок на стол. — Вот моя команда, профессор.

Дьяволенок взял бумагу. Его взгляд скользнул по строчкам, вернулся к Демьяну, затем снова к списку. Брови профессора поползли вверх. — Вы хотите сказать, что собираетесь стать капитаном этого состава?

Демьян кивнул, выпрямив спину. В каждой его черте сквозила холодная, отчаянная решимость. Хвост дьяволенка задвигался с такой силой, что начал хлестать по стенам, выбивая пыль. Профессор широко, хищно улыбнулся и отвесил глубокий поклон. — Браво. Я вынужден забрать свои слова назад. Вы больше не бездарность, мой дорогой Демьян. Вы — нечто гораздо более интересное.

Демьян моргнул. Взгляд снова упал на имена в списке, и по затылку пробежал ледяной ток. Сохраняя остатки достоинства, он вышел из кабинета, кожей чувствуя приближающуюся бурю.

— ЧТО?! ПОВТОРИ ЕЩЕ РАЗ, ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?!

Руру покраснела так, что казалось, из её ушей сейчас повалит пар. Ёцу из последних сил удерживала её за плечи, хотя сама смотрела на Демьяна с нескрываемой опаской.

— Я вписал себя в качестве капитана команды, — спокойно ответил Демьян. Он не смотрел на девушек, сосредоточенно копаясь в кармане мантии.

— ДА КАК ТЫ СМЕЛ?! ТЫ ДАЖЕ НЕ ОБСУДИЛ ЭТО С НАМИ! — Руру вырвалась из хватки Ёцу, подлетела к Демьяну и вцепилась в его воротник, заставляя смотреть ей в глаза. Её рыжие волосы растрепались, напоминая огненный ореол. — Немедленно иди назад и забери этот проклятый список! Так дела не делаются!

Демьян не ответил. Вместо этого он медленно достал из кармана перо с характерной зазубриной на стержне. Руру осеклась на полуслове, её ладонь взметнулась к губам. Копытца Ёцу нервно застучали по ковру, издавая сухой, тревожный звук. Руру выхватила перо, жадно рассматривая его, и обменялась быстрым взглядом с Ёцу. Маска легкомысленной девчонки сползла с лица рыжей за долю секунды.

— Откуда это у тебя? — вмешался подошедший Лив. Он стоял рядом, завороженный.

Руру быстро спрятала перо в складках одежды, нервно озираясь по сторонам. — Не здесь, — её голос стал стальным. В нем не осталось ни капли прежнего дружелюбия.

Демьян прошел сквозь магическую стену — теперь это ощущение казалось ему привычным и почти домашним. Группа спустилась в недра замка. Металлическая дверь, лязг ключей, и вот они в комнате с приглушенным светом.

Уют этого места был обманчив. Всюду валялись горы вещей: грязная одежда, носки, обрывки бумаг. На одном столе были рассыпаны чертежи здания, на другом — детальная схема сложного часового механизма. Ёцу тут же подбежала и накрыла чертежи собой, бросая на Демьяна косые взгляды. Из шкафчика в углу доносился странный, ритмичный стук, а из-под дверцы медленно вытекала струйка черной, густой крови.

Окон здесь не было. Только огромная карта на стене за диваном, где красными точками были отмечены транспортные узлы Федерации.

— Располагайся в последнем пристанище свободы в этой проклятой дыре, — Лив по-хозяйски завалился на диван, закинул ноги на стол и достал то, от чего Демьян не мог отвести глаз.

— Что ты куришь? — спросил Демьян.

Лив не ответил. Поправив свою нелепую шапку, он протянул гостю толстую, пропитанную чем-то маслянистым сигару. Демьян, ведомый каким-то лихорадочным возбуждением, взял её и сделал глубокую затяжку. Кровь мгновенно закипела в жилах, в виски ударил пульс. В сизом дыму лица разъяренной Руру и зажавшейся в углу Ёцу показались ему сплющенными, карикатурными.

Демьян начал смеяться. Сначала тихо, потом всё громче, пока смех не превратился в истерический хохот. Он сам не понимал, что в этом смешного, но остановиться не мог.

— Ты что, в первый раз? — Лив с опаской отобрал у него сигару.

Руру сделала шаг вперед, её скулы свело от напряжения. — Откуда у тебя перо? Говори, мразь.

— От голубя... — выдавил Демьян сквозь приступ хохота.

Руру грязно выругалась и отвесила Ливу мощный подзатыльник — его дурацкая шапка слетела, обнажив сальные волосы. Лив огрызнулся, но Демьян уже ничего не замечал.

— Вся моя жизнь... это просто трагикомедия! — выкрикнул он, задыхаясь. Смех перешел в болезненный кашель, Демьян начал сползать на пол, сгибаясь пополам от судорог.

Никто не поспешил ему на помощь. Они стояли кругом и смотрели на него, как на сломанную, опасную вещь.