Глава 16. Нужна искра
Утро в Париже встретило Виолетту мягким золотистым светом, пробивающимся сквозь потёртые занавески. Лучи разбивались о пыльное стекло и рассыпались по стенам радужными бликами, окрашивая всё вокруг в тёплые кремовые тона.
Номер был крошечным — кровать с продавленным матрасом, столик у окна, плетёный стул. Но после ночей под открытым небом Лондона, это место казалось раем: здесь было тепло и безопасно. За него она отдала семьдесят франков, подсунув портье заколдованный документ с конфундусом — потёртый, с расплывшимися чернилами, но всё ещё работавший.
Вчерашний день всё ещё звенел в её ушах, как набат, не давая покоя. В лондонском аэропорту Хитроу рёв турбин самолётов буквально выворачивал её сорочью суть наизнанку — каждый звук был как удар молота по натянутым до предела нервам, каждая вибрация отзывалась в костях нестерпимой болью. Птичий инстинкт кричал одно: бежать, бежать, бежать! Это место пахло смертью и металлом, здесь железные птицы убивали настоящих.
Но человеческий разум заставлял идти дальше, шаг за шагом, преодолевая панику. Пришлось оборачиваться человеком прямо в туалете аэропорта и медленно, на подкашивающихся ногах, тащиться в терминал, где толпа гудела и бурлила, как разбуженный гигантский улей.
Виолетта нашла рейс в Париж — Air France. Времени было достаточно, чтобы успеть обменять остававшиеся фунты на франки в небольшой конторе, где предложили грабительский курс, но выбора не было. Во Франции с неё бы содрали больше. Потом она просидела в зале ожидания, наблюдая живой театр человеческих эмоций: пассажиры суетились с чемоданами, дети плакали от усталости и непонимания, влюблённые парочки целовались на прощание, словно расставались навеки.
Дождавшись объявления посадки, Виолетта укрылась за стойкой кафе. Убедившись, что никто не смотрит, она стала сорокой и поползла между сумками пассажиров, прячась от людских глаз в мире исполинских ног и колёс чемоданов.
Рюкзак молодого парня с открытой молнией стал её билетом в небо. Она расстегнула его клювом — грубая ткань царапала, запах чужих вещей щекотал ноздри — и втиснулась внутрь среди мятых шорт и футболок, пропахших дешёвым дезодорантом и потом. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его услышат все вокруг, несмотря на грохот моторов.