ГЛАВА 9. Он приедет?
Утро началось рано. Слишком рано, чтобы быть случайным. Слуги разбудили вовремя — с расчётом. Без лишних слов. Я быстро умылась и почти сразу направилась в столовую. Внутри уже было тихо. Все сидели за столом. Слишком собранные для обычного завтрака.
— Доброе утро, — прозвучало по очереди.
— Доброе утро, — ответила я, хотя утро таковым не ощущалось.
Мы ели молча. Тишина не была спокойной — она держалась, как натянутая нить. И именно король её разорвал.
— Прости, что так рано, — сказал он ровно. — Сегодня вечером будет пир-бал в честь маленького принца. Прибудут гости со всех королевств…
Короткая пауза.
— И, возможно, император Запада.
Слова легли тихо. Но ударили сильнее, чем если бы он сказал это громко.
Я заметила всё сразу. У кронпринца едва заметно дёрнулся мускул на лице. У королевы из рук выскользнула ложка. Звук оказался слишком громким для этой тишины.
Что-то внутри меня отозвалось мгновенно. Не страх. Не радость. Что-то глубже. Магия будто проснулась, отозвалась на одно только упоминание.
— Хорошо, — сказала я спокойно.
Слишком спокойно.
А внутри уже звучало:
Он… приедет?
И если да — что это значит для меня?
Заберёт?
Откажется?
Признает… или оставит?
Я не стала продолжать. Не сейчас. Не здесь.
После завтрака я почти сразу поднялась и направилась в библиотеку. Хотелось тишины. Пространства, где можно не думать — или хотя бы не чувствовать так остро. Я протянула руку к двери… и она открылась раньше, чем я успела коснуться.
Кронпринц.
Мы остановились почти вплотную. Слишком близко, чтобы сделать вид, что это случайность.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он сразу.
— Читать пришла.
Он усмехнулся. Легко. Но без прежнего тепла.
— У тебя сейчас есть на это время?
Пауза.
Он чуть изменил тон:
— Я хотел поговорить с тобой перед балом. Думаю, сейчас тоже подойдёт.
Я кивнула.
— Говори. Я слушаю.
Он смотрел прямо. Дольше, чем обычно. И в этом взгляде было напряжение, которое он даже не пытался скрыть.
— Если он приедет… — начал он тихо, — будь готова услышать не то, что хочешь.
Я не сразу поняла. Или не хотела понимать.
— Что ты имеешь в виду?
Он не ответил сразу. Чуть отвёл взгляд, словно подбирая слова, которые не причинят лишнего.
— Родителей не выбирают.
Фраза прозвучала ровно. Но внутри неё было больше, чем он сказал.
Я смотрела на него, не зная, что ответить. Впервые за долгое время — действительно не зная.
Он задержался ещё на секунду. Взгляд стал мягче. Почти.
— Иди в комнату, — добавил он. — Слуги уже ждут. Не заставляй их волноваться.
И вот это прозвучало уже иначе. Не приказ. Но и не просьба.
Я почувствовала холод. Лёгкий. Почти незаметный.
И только сейчас поняла: он больше не говорит со мной так, как раньше. Не так тепло. Не так открыто.
Мысль вспыхнула сама:
А Владиус… он бы приехал?
Я невольно коснулась браслета на запястье. Холод металла отозвался воспоминанием — тёплым, неожиданно живым. Библиотека. Его голос. То, как он говорил прямо.
Я подняла взгляд — и встретилась с глазами кронпринца. Он смотрел на мои руки. Внимательно. Слишком внимательно.
Я вздрогнула. Хотела что-то сказать. Объяснить — что именно, я и сама не понимала.
Но не успела.
Он уже отвернулся. Открыл дверь и вышел, не добавив ни слова.
Я осталась стоять. И почти физически почувствовала, как отдаляется его присутствие. Его энергия.
Тишина вернулась. Но уже другая.
Я глубоко вдохнула и пошла к себе.
Дворец изменился. Это ощущалось сразу. В коридорах стало больше движения. Слуги спешили, не останавливаясь, не задерживая взгляды. Казалось, их стало вдвое больше.
В комнате меня ждали.
Много.
Я остановилась на пороге. Около двенадцати горничных. Все выстроены, собраны, внимательны.
Одна шагнула вперёд.
— Здравствуйте, принцесса Милиара. Я Рита, старшая. Мы будем готовить вас к обеду и к вечернему балу.
Она замолчала — и всё началось.
Движения были быстрыми. Чёткими. Слаженными.
Они не спрашивали. Не уточняли. Просто делали.
Осторожно. Почти аккуратно до напряжения.
Словно боялись.
Меня.
Меня одевали не в то, что удобно. В то, что было выбрано заранее. Подготовлено. Решено без меня.
Ткань легла тяжело. Глубокий бургунди — насыщенный, тёмный, с коричневым отливом. Цвет выглядел благородно. Слишком.
По подолу рассыпались камни — как застывшие звёзды. Холодные. Чёткие. Идеальные.
Я смотрела на своё отражение и не могла до конца понять — это я… или роль, которую на меня надели.
К обеду всё было готово.
В столовой было тихо.
За столом — только четверо: кронпринц, близняшки… и я.
После обеда меня почти сразу увели. Всё происходило быстро, без лишних слов. Вода — горячая, почти обжигающая. Руки — чужие, но уверенные. Они двигались так, будто делали это сотни раз. Меня мыли, сушили, одевали, подбирали оттенки, накладывали краску на лицо — слой за слоем, аккуратно, точно. Я почти не участвовала в этом процессе. Просто стояла. Позволяла.
Украшения вызвали удивление. Не внешним видом — ощущением. Они казались… тяжелее, чем должны были быть. Не по весу. По значению.
Рита это заметила.
— Эти украшения с Запада, — сказала она, не поднимая взгляда.
Короткая пауза.
— Король велел надеть их на бал.
Я кивнула. Спрашивать не стала.
Серьги — крупные, в форме вытянутой капли. Алмаз, чистый, прозрачный… и в самой глубине — будто тень. Не пятно, не изъян. Что-то живое, едва уловимое, как движение внутри света.
Такой же камень лёг на шею. Колье холодно коснулось кожи, и на секунду показалось, что оно… отзывается.
Когда причёску закончили, все вышли. Быстро. Почти одновременно.
Дверь закрылась, и тишина стала полной.
Я осталась одна перед зеркалом.
Долго смотрела. Слишком долго.
Черты были знакомыми. Но всё остальное — нет.
Слишком собранная. Слишком чужая. Слишком… идеальная.
Я не могла до конца поверить, что это я.
Взгляд скользнул в сторону.
Столик.
Кулон.
Тот самый. С трещиной.
Она была тонкой. Почти незаметной. Но теперь — видимой. И от этого… необратимой.
«Родителей не выбирают.»
Слова всплыли сами.
Я отвела взгляд. Но не от мысли.
Рука опустилась ниже. К запястью.
Браслет.
Холодный металл. Чёткий рисунок.
Цветок севера.
Символ, который… не должен был что-то значить.
И всё же значил.
Интересно… он приедет?
Мысль появилась тихо. Почти осторожно.
И сразу же за ней — другая:
Я бы хотела с ним поговорить.
Не потому что нужно.
Потому что… с ним было проще понимать.
Или казалось, что проще.
Стук в дверь раздался ровно тогда, когда мысль начала уходить глубже.
Чёткий. Вежливый. Без лишнего.
Время.
Я ещё раз посмотрела на отражение.
На серьги.
На колье.
На себя.
И только потом развернулась.
— Войдите.
Служанка сопроводила меня к высоким дверям зала. За ними уже звучали голоса — приглушённые, собранные в единый ровный гул. Я остановилась на мгновение. Не потому что боялась. Потому что чувствовала, как внутри всё снова становится слишком острым.
— Леди Милиара, — громко объявили за дверью.
Створки распахнулись.
Я вошла.
Гостей было ещё немного. Зал не шумел — он дышал. Свет ложился мягко, отражаясь от золота и стекла, от тканей, от глаз. И всё же… взгляды. Они появились сразу. Несколько. Внимательных. Оценивающих.
Я сделала ещё шаг. И ещё.
И почти сразу ко мне подошли.
Молодой мужчина. Притягательный, уверенный в себе настолько, чтобы не скрывать этого. Светло-русые волосы, карие глаза, в которых играла лёгкая дерзость. Улыбка — открытая. Голос — ниже, чем ожидалось.
— Приветствую вас, леди, — сказал он, чуть склонив голову.
Я на секунду растерялась. Слишком быстро. Слишком прямо. Я уже собиралась ответить — вежливо, аккуратно —
— Остынь, Рейв. Она обещала танец мне.
Голос прозвучал мягко. Почти лениво. Но в нём было достаточно, чтобы остановить не только разговор — движение.
Я обернулась раньше, чем успела подумать.
Этот голос…
Слишком знаком.
Слишком…
— Владиус.
Имя сорвалось само. Без титула. Без контроля.
Я сделала шаг вперёд, почти не осознавая этого. Радость вспыхнула быстрее, чем я успела её сдержать. Слишком живая для этого зала. Слишком настоящая.
Он стоял чуть в стороне от света. Как будто не входил в него полностью. Тёмный, собранный, спокойный — и в этом спокойствии было больше, чем в любой демонстрации силы.
Его взгляд остановился на мне.
Медленно. Внимательно.
И на секунду… стал мягче.
— Леди Милиара, — произнёс он уже вслух, с лёгкой тенью усмешки.
Будто поправляя.
Будто напоминая, где мы.
Я замерла. Только сейчас осознав, как прозвучало моё «Владиус».
Слишком лично.
Слишком…
Рейв усмехнулся рядом, переводя взгляд с меня на него.
— Значит, не показалось, — протянул он. — Ты действительно успел первым.
Владиус не посмотрел на него. Даже не повернул головы.
— У нас был уговор, — спокойно сказал он.
Пауза.
— И я его не нарушаю.
Рейв на секунду задержался, словно взвешивая — стоит ли продолжать. Потом усмехнулся шире и отступил.
— Что ж. Тогда не буду мешать. Пока.
Он бросил на меня короткий, цепкий взгляд — уже без прежней лёгкости — и ушёл в сторону зала.
Тишина между нами длилась всего мгновение.
Но в ней было слишком много.
Я посмотрела на Владиуса.
— Ты… приехал.
Глупо. Очевидно.
Но других слов не нашлось.
Он чуть наклонил голову.
— Ты сомневалась?
Вопрос прозвучал мягко. Почти легко.
И всё же…
что-то в нём было.
Я не сразу ответила.
Потому что — да.
Сомневалась.
Но сказать это вслух… не смогла.
Он протянул руку.
— Потанцуешь со мной?
И только сейчас я заметила, как вокруг стало тише. Не потому что гости исчезли. А потому что внимание снова сместилось.
На нас.
На него.
И на мой ответ.
Естественно, я согласилась. Не зря же Макс тратил на это время.
Я вложила руку в его ладонь. Холодную. Уверенную.
Музыка уже звучала — мягко, плавно, будто подстраиваясь под шаги, которые ещё не были сделаны.
Он повёл.
Легко. Без лишнего усилия.
И я… не сбилась.
Тело вспомнило быстрее, чем разум успел вмешаться. Шаг, поворот, дыхание — всё сложилось в одно движение. Ровное. Точное. Почти естественное.
Но дело было не в танце.
Взгляд.
Он не отпускал. Не давил — держал. Как будто считывал каждое движение, каждую заминку, каждую мысль, которая могла сорваться наружу.
— Ты изменилась, — тихо сказал он, не разрывая ритма.
— Немного, — ответила я так же спокойно.
Он чуть склонил голову, будто прислушиваясь не к словам, а к тому, как они прозвучали.
— Быстрее, чем стоило бы.
Я не ответила.
Потому что не знала — это упрёк… или наблюдение.
Поворот. Его рука на моей спине — чуть сильнее, чем требовал танец.
Контроль. Или проверка?
— Тебе здесь нравится? — спросил он вдруг.
Простой вопрос.
Слишком простой.
— Здесь… красиво, — ответила я.
Он усмехнулся. Едва заметно.
— Я не об этом.
Музыка замедлилась.
— Тогда ты знаешь ответ, — тихо сказала я.
Пауза.
И впервые за весь танец его взгляд стал глубже.
— Да, — произнёс он. — Знаю.
Музыка стихла.
Мы остановились почти одновременно.
Слишком синхронно, чтобы это было случайностью.
Я отпустила его руку не сразу.
Он — тоже.
И только потом мы разошлись на шаг.
— Ты хорошо учишься, — сказал он уже чуть легче.
— У меня был хороший учитель.
Короткий взгляд.
Он понял.
И не стал спрашивать.
Мы направились к столу с напитками.
Зал к этому времени уже начал наполняться. Голоса становились громче, движения — живее, воздух — плотнее. Пространство переставало быть личным.
Я взяла бокал, но не сделала глоток.
Он стоял рядом. Слишком близко, чтобы это было просто случайностью, и достаточно спокойно, чтобы никто не усомнился.
— Я хотел… — начал он.
И не договорил.
Голоса в зале резко стихли.
Объявление прозвучало громко, чётко, отрезая все разговоры:
— Великий и мудрый король эльфов и мать-королева, а также кронпринц и принцессы!
Я обернулась вместе со всеми.
Двери распахнулись.
И в этот момент я вдруг остро почувствовала —
это только начало.
Они заняли свои места. Всё было выверено — расстояние, порядок, взгляды.
Гости один за другим подходили к трону: приветствия, поклоны, дары. Речь звучала красиво, отточенно, как будто заранее выученная.
Среди первых был Рейв.
Я невольно задержала на нём взгляд.
Когда объявили его титул, я замерла на долю секунды.
Юный правитель оборотней.
Слишком… легко он тогда подошёл. Слишком просто говорил.
Он поклонился, передал дар, обменялся короткими словами — и отступил. Уже другим. Более собранным. Настоящим.
Я перевела взгляд на остальных.
Один за другим. Дар за даром. Слова. Улыбки. Паузы.
И вдруг мысль — почти случайная, почти тихая:
А он?..
Неужели даже подарок не пришлёт?
Это безразличие… ко мне?
Или к ним?
Мысль не успела оформиться до конца.
Зал резко стих.
Не постепенно — сразу.
Как будто звук просто… убрали.
Напряжение прокатилось волной. Густой. Осязаемой.
Двери распахнулись.
Имя не прозвучало.
И именно это было громче любого объявления.
Почти все опустились на одно колено.
Резко. Без команды.
Кроме королевской семьи.
Двух правителей.
И… меня.
Я осталась стоять.
Не потому что решила.
Потому что не успела понять, что происходит.
Странное чувство прошило тело. Как будто что-то внутри узнало раньше, чем разум догнал.
Он шёл прямо к трону.
Макс.
Спокойный. Собранный. Чужой — и в то же время слишком знакомый.
За ним — двое демонов. Молодые. Крепкие. Несущие тяжёлые сундуки.
Воздух стал плотнее.
Король выглядел напряжённым. Не внешне — глубже. Это читалось в паузах, в том, как он сел, как опустил руки на подлокотники трона.
Королева рядом — тише. Но не спокойнее.
Макс остановился. Достал пергамент.
Король и королева заняли свои места окончательно.
И только тогда он заговорил.
Голос прозвучал чётко. Ровно. И в полной тишине — слишком громко.
— Искренне поздравляю с рождением второго сына. Желаю ему долгих лет жизни.
Короткая пауза.
— В дар передаётся сундук с сокровищами демонов.
Один из сундуков открыли.
Свет вспыхнул от камней, от металла, от силы, которая чувствовалась даже на расстоянии.
— Ах… — вырвалось у королевы.
По залу прошла волна. Не шум — дыхание. Восхищение, смешанное с осторожностью.
Макс не смотрел на них.
Он смотрел на короля.
Передал пергамент.
И открыл второй сундук.
Достал пергамент. Красный.
Тяжёлый даже на вид.
И в этот момент… изменилось всё.
Те, кто стояли — опустились.
Медленно. Неохотно.
Но опустились.
Даже правители.
Я осталась стоять.
Теперь уже осознанно.
И почувствовала взгляды.
Много.
Слишком много.
Макс заговорил снова.
— Приказ императора Запада.
Пауза.
— Максимилиан Орл официально назначен моим послом в эльфийском королевстве.
Слова легли тяжело.
Но это было только начало.
Он сделал ещё вдох. И продолжил.
— Объявляю всему миру: у меня есть наследница.
Тишина стала глухой.
Как будто зал перестал дышать.
— Отныне и во веки… любой, кто посмеет её тронуть — пощады не будет.
Каждое слово — как удар.
— Имя её…
Пауза.
Я не дышала.
— Милиара де Белиал фон Андрос.
Мир не рухнул.
Он… сдвинулся.
Я стояла.
И впервые за всё время — не могла сделать ни шага.