25. ужасные сигареты
Амир
Месть — это намеренное причинение зла кому-либо с целью отплатить за потери, страдания, обиды. «Месть — это блюдо, которое приносят холодным». Бред. Красивая метафора. Но если ты хочешь мстить, значит, ты не равнодушен. Ты не сможешь подать это блюдо холодным. В нем всегда будет горечь раскаленного металла, жар тающего превосходства, опьяняющее чувство долга и мнимой справедливости. Когда идешь на этот шаг, злость застилает разум. Ты делаешь все ради цели, и тебе плевать на всех — даже на самых близких.
Я плохо помню тот день, когда все изменилось. Смутный, убого тянущийся день. Не знаю, какая была погода, — может, я и не смотрел в окно. Но суть того дня я запомнил навсегда.
Отец был зол. Он часто злился из-за дел, но в тот день кричал особенно громко. Он без конца звонил кому-то, и его буквально трясло от ярости. Мамы долго не было. Она уехала гулять с подругами, оставив младшую сестру на меня. И уже тогда во мне поселился ужас. Он копошился под сердцем, не давая покоя. Старая служанка ходила по дому и причитала, а я успокаивал Амину, потому что она хотела к маме.
Но мамы больше не было. Нет, она вернулась, но... иногда я думал, что лучше бы ее убили тогда. Ужасные мысли. Они въелись в мозг, как ржавчина. Я винил себя за них, но вытравить не мог. Не помню, как она выглядела в тот миг, но ее глаза — помню точно. Мутные. Пустые. В них не было ничего, только ледяная вода. Совсем как у Максим. Она не узнавала нас с сестрой, не говорила. Тогда я не понимал, что произошло. Сейчас, выросший, я догадываюсь, но не хочу знать. Эта тема стала запретной в нашем когда-то светлом доме. Я знаю, что случилось что-то ужасное, но даже думать не смею — что именно.
Мама сходила с ума. Медленно и мучительно. Она либо плакала, либо молчала. Перестала выходить к семейным ужинам, и они стали безжизненными. Она всегда была шумной, солнечной, но теперь ее не было. Самое страшное — она была здесь, но умерла для всех. И для себя тоже. Больше всех мне было жаль сестру, Амину. Ей нужна была мать, которая просто исчезла в один скверный день. Амина смотрела на меня и спрашивала:
— Мама меня больше не любит? Почему она на меня не смотрит?
А я не знал, что ответить. Я и сам был ребенком и задавался теми же вопросами. Почему мама больше не целует меня перед школой? Почему она так часто плачет? Почему кричит по ночам?
А потом мама застрелилась из отцовского пистолета. Ушла тихо. Обнаружила ее служанка.