Цена Господина 2

АЧимин проснулся один. Рядом с кроватью на тумбочке лежала записка, нацарапанная торопливым почерком Чонгука:

«Уехал по делам. Вернусь к вечеру. Не скучай. Люблю. Гук»

Чимин улыбнулся, прижимая бумажку к груди. Дурацкий, нелепый, любимый альфа. Даже записку оставил, словно они обычная пара, а не наследник и слуга, за которыми охотится Кан Сокджин.

День тянулся медленно. Чимин попытался читать, но буквы расплывались. Попытался вышивать - уколол палец. Всё валилось из рук. Сердце колотилось где-то в горле, предчувствуя беду.

К вечеру он не выдержал. Решил спуститься на кухню, приготовить что-нибудь вкусное к возвращению Чонгука. Может, его любимый суп? То, что готовила мать Чонгука, пока была жива. Старая кухарка как-то поделилась рецептом, и Чимин запомнил.

Он шёл по коридору второго этажа, когда услышал голоса. Они доносились из кабинета старого Чона. Дверь была приоткрыта - всего на щёлочку, но достаточно, чтобы звуки вытекали наружу.

Чимин хотел пройти мимо. Не его дело. Но вдруг услышал своё имя.

- Чимин не узнает. Ни в коем случае.

Голос старого Чона. Чимин замер. Сердце пропустило удар.

- Ты уверен, что твой сын не догадается? - второй голос принадлежал Кан Сокджину. Чимина передёрнуло от отвращения.

- Чонгук слишком доверчив, когда дело касается этого омеги. Он думает, что я смирился. Он думает, что любовь всё победит. - Старый Чон горько усмехнулся. - Мальчишка. Совсем ещё ребёнок.

- А ты, значит, мудрый отец? - в голосе Кан Сокджина звучала насмешка.

- Я отец, который спасает свою семью. Чонгук возненавидит меня. Но пройдёт время, и он поймёт. Альфы понимают такие вещи.

Чимин прижался к стене, боясь дышать. В вишневой крови стучало: беги, не слушай, уходи.

Но ноги не слушались.

- Значит, план такой, - продолжил Кан Сокджин. - Через три дня у Чонгука деловая встреча в городе. Он уедет на весь день. В это время ты отправляешь Чимина с каким-нибудь поручением - например, в городскую прачечную за твоим костюмом. Мои люди перехватят его по дороге.

- А если он не поедет?

--Прикажи. Ты же господин. Омеги обязаны подчиняться.

Пауза. Чимин зажмурился, молясь, чтобы старый Чон отказался.

- Хорошо, - раздалось через мгновение. - Но ты обещал - никакого насилия. Ты просто... поговоришь с ним.

Кан Сокджин рассмеялся. Этот смех прозвучал как пощёчина.

- Конечно, поговорю. Очень близко поговорю. Не волнуйся, старик. Я аккуратен. Твой Чимин вернётся через сутки. Немного уставший, немного испуганный, но живой. А ты получишь свои бумаги и забвение долга.

- А если он расскажет Чонгуку?