Часть третья: Город призрак
Утро пришло серое, тяжёлое. Сквозь щели в стенах фудтрака пробивался мутный свет, в котором медленно кружились пылинки. Аня спала, укрытая пиджаком Клима, её лицо во сне казалось почти спокойным — только брови иногда вздрагивали, будто она видела что-то тревожное.
Клим сидел у двери, сжимая в руках самодельное копьё. Он не спал — боялся, что если закроет глаза, то не услышит приближение опасности. В голове гудело от усталости, но мысль работала чётко: нужно уходить из парка. Здесь слишком много следов, слишком много тварей, слишком много смерти.
Аня проснулась от резкого движения — Клим встал и подошёл к ней.
— Пора, — сказал он тихо. — Нужно идти.
Она села, растерянно оглядываясь; потом вспомнила, где находится, и лицо её снова стало напряжённым.
— Сколько я спала?
— Не знаю. Несколько часов. Рассвет уже.
Аня поднялась, вернула ему пиджак — тот был влажным от её дыхания, но Клим всё равно накинул его на плечи.
— Есть хочешь? — спросил он.
— Нет. Пить хочется.
— Я нашёл ручей недалеко, но туда нельзя — там следы, свежие. Тварь приходила на водопой.
Аня поёжилась.
— Значит, вода — тоже риск.
— Всё теперь риск. — Клим пожал плечами. — Надо выбирать, какой меньше.
Они собрались быстро. Припасов почти не осталось: немного воды во фляге, пара галет, найденных в кармане Ани, да кусок вяленого мяса, который Клим припас ещё вчера. Оружие: топорик Ани, самодельное копьё, нож. И чувство, что этого катастрофически мало.
Клим толкнул дверь и выглянул наружу. Парк встретил их безмолвием — влажным, тягучим, будто нехотя отпускающим ночных гостей. Где-то вдалеке крикнула птица — первый живой звук за всё утро. Клим прислушался: ни шороха, ни хруста веток. Пусто.
— Пошли, — шепнул он.
Они двинулись на запад, туда, где за стеной деревьев должен был начинаться город. Клим вёл, Аня шла следом, то и дело оглядываясь. Парк постепенно редел, деревья расступались, и в просветах всё чаще мелькало нечто иное — не зелень, а серость. Сначала Клим подумал, что это туман, но потом понял: это стены.
Они вышли к окраине парка и замерли одновременно.