Глава 5.

Уилл приходит в сознание. Когда он потягивается, плечи болят – тупая боль, спускающаяся к основанию позвоночника, видимо, от того, что он провёл ночь, скрючившись в неестественной позе.

Холодный металл обогревателя вдавливается в лопатку, и он сдвигается вперёд.

И тут он чувствует тело, прижимающееся к нему.

Уилл открывает глаза, дыхание сбивается, когда он видит кудрявые чёрные волосы, рассыпавшиеся по подушке, задевающие его лицо. Тёплая спина касается его груди. Знакомый запах. Парень, когда-то друг, а теперь...

Ему требуется несколько секунд, чтобы осознать, насколько близко они лежат друг к другу.

Дерьмо.

Его ступня зажата между икр Майка, его нос утыкается в мягкие локоны на затылке, улавливая слабый запах того же шампуня, которым пользуется он сам.

Их тела прижаты друг к другу, они ближе, чем прошлой ночью, и теперь в бледном утреннем свете это кажется неправильным. Кажется невозможным.

Но это и привилегия. Чувствовать щекотание этих чёрных кудрей на своих губах. Головокружение от запаха Майка. У Уилла скручивает живот.

Тихий утренний гул наполняет подвал. Ни шума ветра, ни гудения обогревателя, только дыхание – медленное и ровное. Тело Майка поднимается и опускается на груди Уилла. Он спит. Он тёплый.

Это как мечта наяву – та, что он придумывал в тринадцать лет, страшась момента, когда ему пришлось бы вынырнуть из неё и вспомнить, что это не реально.

И это тоже не должно быть реальностью. Майк не хотел бы этого, не хотел бы, если бы знал, что это значит для Уилла.

Уилл пытается медленно вытащить ногу из икр Майка, стараясь не разбудить его. Но этого небольшого движения достаточно, чтобы тот зашевелился. Он что-то бормочет во сне и переворачивается на спину, его плечо касается груди Уилла, ноги зажимают его ступню под ними.

Утренний свет, проникающийся через окно подвала, озаряет черты его лица.

Уилл смотрит, не в силах пошевелиться или отвести взгляд.

Лицо Майка близко, одна рука закинута за голову. Волосы растрёпаны, лицо полно сна, брови немного сдвинуты, губы слегка приоткрыты, потрескавшиеся.

Уилл впитывает всё это широко раскрытыми глазами, вспоминая, как рисовал эти губы две ночи назад, но теперь, в утреннем свете, они выглядят слишком реальными. Он выглядит слишком мягким. И он слишком близко.

Майк издает низкий звук. Его ресницы трепещут, прежде чем он моргает, щурится от света, медленно, расфокусированно осматривая комнату, пока его взгляд не останавливается на Уилле.